Криптовалюты: Консультации Фонда Хазина

Официальная инфляция в 5 раз ниже, чем реальная!  3

Экономика

06.03.2017 10:00

Михаил Делягин

41

Официальная инфляция в 5 раз ниже, чем реальная!

Здравствуйте, дорогие друзья. Я очень рад возможности общения с вами. Сегодня мы обсудим ряд скандальных вопросов, относящихся к экономике. Начнем мы не с экономики. Я экономист. Хороший экономист отличается от не очень хорошего тем, что он понимает, что почти ничего в мире нельзя сделать совсем без денег. Можно, но мало. Но деньги не являются главным. Самое главное – и стимул, и мотивация, и условия, - это не деньги. Деньги – фактор вспомогательный для человеческой жизни. А самое главное в нашей культуре – это справедливость. В общественной жизни в государстве справедливость формализуется через правосудие. Через закон, через суды и правоохранительные органы. Я хочу очень коротко привести вам иллюстрацию того, что, к сожалению, для большинства из нас сегодня правосудие практически так же недоступно, как и качественная медицина. Есть разница. Мы обязательно, если у нас все будет хорошо, будем пациентами медицины. Мы не избежим общения с медиками, мы не избежим общения с врачами. А если нам повезет и у нас все будет хорошо, мы можем избежать общения с правосудием. Но люди, занимающиеся бизнесом, люди, которые работают на предприятиях, под руководством людей, которые занимаются бизнесом, сталкиваются с нашим правосудием все чаще и чаще. И ситуация, на мой взгляд, такая же ужасающая, что и с медициной. Правосудие становится все менее доступным. А нормальной экономической жизни, как и нормальной жизни в целом, без доступа к правосудию нет. Причем обвинять некого. Потому что в ситуации с медициной и врачей жалко. Они поставлены в невыносимые чудовищные условия. И себя, пациента, тоже жалко. В нашей судебной системе судей жалко не меньше, чем людей, которые попадают в нехорошую ситуацию.

В Лефортовском суде Москвы начинается суд, который не привлечет ни малейшего внимания ни общественности, ни СМИ. Это правильно. Потому что это дело не имеет общественно-политического звучания. Просто я увидел краем глаза в интернете фамилию человека, с которым я довольно близко общался 20 лет назад, после этого мы не общались. Я сохранил к нему огромное уважение. Его зовут Хайдаржон Алимович Аннаев. Человек в 1991 году закончил физфак МГУ. А я закончил экономический факультет, что существенно менее значимо. В условиях распада всего и вся он не пошел в банду, он не пошел на рынок, он не пропал, он решил служить своей стране, пусть даже она сменила название, язык и идеологию. И он выбился в незначительные чиновники московской мэрии. С середины ноября он находится в СИЗО по обвинению в коррупции. Я вполне допускаю, что он виноват. За 20 лет люди могли измениться. Я ничего не знаю про это дело. Я зашел на официальный сайт Лефортовского суда и посмотрел, что за дело и как оно движется. За время с середины ноября, если убрать новогодние каникулы, за три месяца должно было состояться 16 заседаний суда. По достаточно банальному и простому вопросу. Этих заседаний суда не было. 10 были отменены в связи с неявкой свидетеля. Одно было отменено в связи с неявкой прокурора. 4 были отменены по иным причинам. Представьте себе, что вы собираетесь на суд, от которого зависит ваша жизнь. Даже если вы виноваты, даже если вы действительно реально совершили преступление. И каждый раз, 16 раз на протяжении трех месяцев, суд переносится по совершенно уважительной причине.

Кто там рассказывает про сталинский террор? Кто там говорит, что был ужас и кошмар? Сейчас правосудие практически парализовано. Потому что дело перекладывается, перекладывается и перекладывается. И, может быть, будет перекладываться дальше. Помимо того, что это издевательство над подсудимым, это издевательство над прокурором. Он отсутствовал один раз. Соответственно, он 14 раз приезжал на суд. И, наверное, через час он тоже приедет, чтобы узнать, что рассмотрения опять не будет, потому что что-то где-то изменилось. Это человек, который находится на государственной службе. Он действительно должен решать человеческие судьбы. Наши с вами судьбы. Это его работа. Но он не может это сделать, потому что он уже 14 раз был на этом судебном заседании, которое откладывается, и, может быть, будет еще много других раз.

Я не могу сказать ничего плохого про судью. Потому что судья, с одной сторон, скован по рукам и ногам довольно жестким регламентом. Свидетели не пришли, рассматривать в их отсутствии дело есть процессуальное нарушение, на колу мочало, начинать сначала. Сделать так, чтобы необходимые свидетели действительно были доставлены, для этого нужно очень сильно напрячься. И нагрузка этих судей, я могу сказать, я проходил через суды, правда, по очень мягким вопросам, и, когда у человека в день 13 дел, и на дело выделяется 20-30 минут по графику, это официально, это висит на дверях кабинета, и это считается нормальным? Такого рода перегруз ведет, извините, не к профессиональной деформации. Такого рода перегруз судейского корпуса ведет к угрозе жизни и здоровью, в прямом смысле этого слова. Разумеется, если судья ответственный.

Я не говорю про обычные проблемы наших судов. Когда адвокаты, помнящие советское время, рассказывают нынешним адвокатам, как уважительно относились советские судьи к сторонам процесса, им просто не верят. Когда советские адвокаты рассказывают, что была реальная состязательность, новые адвокаты им просто не верят. Когда читаешь некоторые судебные решения, я не говорю о конкретной истории, с которой я начал, но вдруг выясняется, что, оказывается, судья поставлен, с одной стороны, в невыносимые условия чудовищной перегрузки, а с другой стороны, под видом независимости суда он полностью освобожден от всякой ответственности. Сплошь и рядом судьи принимают не просто заведомо неправосудные решения. Скажем, не сплошь и рядом, но бывают такие случаи. Они иногда принимают решения, прямо противоречащие действующему законодательству. И им за это ничего не бывает. И они знают, что им за это ничего не будет. Ну, могут попасть под дисциплинарную ответственность, их могут даже исключить из судей. Но это достаточно сложная и достаточно редкая процедура.

С одной стороны, судьи под тяжелейшим психологическим прессом. И физиологическим прессом. С другой стороны, они знают, что они, по сути дела, освобождены от ответственности. В этой ситуации страна, по сути дела, лишена правосудия. А правосудие – это основа повседневной жизни, это основа представлений о справедливости, это основа экономики в том числе. Потому что, если можно безнаказанно обмануть своего контрагента, тогда о какой регулярной хозяйственной деятельности вообще может идти речь? Это реальная проблема. Понятный шаг, который можно сделать, это вернуть выборы судей. При Советской власти вроде демократии было не особо много, но как-то сильно больше, чем сейчас. При Советской власти судьи были выборные. Да, это были выборы достаточно формальные, но все судьи, кроме Верховного суда, я абсолютно уверен в этом, должны и сейчас выбираться и отзываться избирателями, если работают плохо.

 

Возвращаемся окончательно к экономике. Прошел Сочинский инвестиционный форум. На нем сказали много интересных, забавных и отчасти даже поучительных слов. Заключили много инвестиционных соглашений. У меня вообще было ощущение, что на таких форумах собираются люди двух категорий. С одной стороны, губернаторы и бизнесмены, некоторые даже министры реально работают, договариваются об инвестициях, договариваются о новых проектах. В общем, приносят пользу. Когда больше, когда меньше. Иногда не очень получается. Иногда получается здорово. Но люди действительно работают, все у них правильно. А с другой стороны, приезжают политические назначенцы разных сортов, которые, добро бы они просто делали высказывания, добро бы они просто пиарились. Но они пиарятся иногда так, что запугивают всех и подрывают усилия реально работающих людей по созданию новых производств, по привлечению инвестиций.

Когда я в очередной раз слышу из уст разного рода титулованных бездельников о необходимости повышения пенсионного возраста, я понимаю, что публичная демонстрация неадекватности руководства министерств, ведомств и даже правительства -нашего либерального клана, она разрушает титанические усилия по привлечению инвестиций, которые прилагают их же собственные иногда заместители. Но на Сочинском инвестиционном форуме было сделано заявление, которое затмило все. Сообщили, не кто-нибудь, министр финансов Силуанов объявил о том, что будут введены так называемые народные облигации федерального займа. Люди памятливые вздрогнули. Советские облигации при Сталине были не совсем добровольными. А при Брежневе и те, которые были при Хрущеве, они были добровольными, они были выигрышными, они работали как лотерея, но потом та их часть, которую не успели погасить при Советской власти, она сгорела из-за обвального повышения цен в результате либерализации, которую провели Гайдар и компания. С другой стороны, в 1997 году перед дефолтом 1998 года тоже ввели народные облигации. Правда, не государства, не Минфина, а Сбербанка, но тоже они были, они тоже были популярны среди начальства. Потому что обеспечивали гарантированную прибыль. И тоже были нехорошим предзнаменованием.

Облигации предполагается ввести со средней доходностью 8,5 % годовых, на три года. Облигации будут разные. Какие-то будут с фиксированной доходностью, какие-то – с плавающей, в зависимости от тех или иных экономических индикаторов. Сумма их будет незначительна. Говорится о 20-30 млрд. рублей на три года. По сути дела, это сущие копейки в масштабах экономики. Может быть, если это будет популярно, то сумма будет увеличиваться. Номинал облигаций тысяча рублей. Это действительно будет доступно гражданам Российской Федерации. Если посмотреть с точки зрения нас, граждан, ситуация довольно странная. Во-первых, непонятно, зачем это нужно государству. Я напомню, что за январь федеральный бюджет был просто в раю. Его дефицит был неразличим без микроскопа – 0,4 % ВВП. Неиспользуемые остатки средств на счетах федерального бюджета выросли на 1,4 трлн. рублей. Причем эти деньги не занесли ни в Резервный фонд, ни в Фонд национального благосостояния, они так и остались валяться без движения в основном. Неиспользуемые остатки достигли 6,9 трлн. рублей. Зачем людям, которые захлебываются от денег и не знают, куда их девать, нужны жалкие 20-30 млрд. рублей? Когда ответа на простейший вопрос «зачем вам мои деньги?» не следует и нет даже в теории, уже есть сильное желание нажать на тормоз и забыть об этом собеседнике навсегда.

С другой стороны, 8,5 % годовых – это средняя доходность по депозитам в десятке крупнейших российских банков. Это вполне нормальная приемлемая доходность. Маленькая проблема. Мы четко знаем, что 10 крупнейших банков, скорее всего, не обанкротятся. Если бы речь шла даже о первой двадцатке, да, там есть мой любимый «Русский стандарт», там, наверное, есть какие-то еще другие забавные банки. То есть, есть некоторые опасения. В отношении первой десятки, не знаю, как у вас, уважаемые коллеги, у меня опасений нет. Несмотря на то, что я не помню шестой, седьмой, восьмой, девятый и десятый банки из этой десятки. Но, тем не менее, возникает простой вопрос: а зачем? Чем ценная бумага лучше депозита в банке? Есть один существенный фактор. Ценная бумага может быть использована в качестве залогового ресурса. То есть, если вам понадобится вдруг взять кредит, и у вас есть депозит в банке, вам нужно будет разрывать этот депозит досрочно и терять проценты. А если у вас есть облигация федерального займа, вы сможете ее досрочно сдать, получив свой определенный процент, который предусмотрен условиями. А с другой стороны, вы можете под нее взять кредит, если вдруг захотите делать так.

На самом деле все это касается очень небольшой части наших сограждан. По данным газеты «Ведомости», которая в фактуре обычно бывает точна, у нее проблемы с оценками фактуры, половина граждан Российской Федерации сбережений не имеют вообще. Из остальной половины 70 % имеют сбережения, на которые можно прожить не более месяца. То есть реальные сбережения, о которых вообще можно всерьез говорить, имеют 15 % населения Российской Федерации. Это немного людей. 20-30 млрд. рублей разместить можно. Причем я думаю, что главные интересанты этого дела будут даже не граждане, а будут именно банкиры.

В чем проблема для нас с вами в этих бумагах? Проблема очень простая. Если доходность 8,5 % будет обеспечиваться в первый же год, если эта доходность начнется, если бумаги выйдут буквально сейчас, в июне-июле, на полгодика брать можно совершенно спокойно. И то не факт, что не будет девальвации. У меня есть серьезный страх девальвации. Я знаю, что у нас есть люди, которые доверяют правительству Медведева. Их, правда, все меньше и меньше, но они все еще есть, они могут взять. Но если доходность 8,5 % настоящая будет только со второго года, а это так проскальзывает периодически, то через полтора года у нас точно будет ослабление рубля. То есть мы с вами потеряем при вложениях в любые рублевые инструменты, в том числе и в облигации федерального займа. Но если вы в любых условиях хотите обязательно вложить только в рубли, валюта вам не интересна, другие инструменты вас не интересуют, и по каким-то причинам вы не хотите идти в банк из первой десятки, тогда да, тогда эти облигации действительно интересны.

Они интересны, на мой взгляд, для бизнеса тоже, если бизнес недостаточно мощный, чтобы покупать облигации федерального займа, другие госбумаги, которые выпускаются сейчас, бизнес, скажем, совсем средненький, но что-то нужно делать со свободными деньгами на короткое время, а банкам особого доверия нет, можно будет покупать эти ценные бумаги. Они не сделают погоды. Они не изменят ни наше потребительское поведение. Ни наше сберегательное поведение. Вообще эти 20, 30 и даже, если сильно повезет, то 40 млрд. рублей будет незаметны в масштабах экономики. Но есть некоторое разнообразие. Если относиться к этому по принципу Мао Цзэдуна «пусть расцветают сто цветов», то, наверное, можно это делать. Конечно, правительство не должно брать займы, когда оно захлебывается от денег. Но 20-30 млрд. рублей под 8,5 % годовых – это не очень большая сумма денег, выброшенная на ветер. Тем более, что не на ветер, а гражданам Российской Федерации в основном. Только за январь правительство взяло займов на 113 млрд. рублей чистыми. И совершенно непонятно, зачем оно это делает. Это один из приоритетов правительства Медведева – поддержка финансовых спекулянтов. Эта поддержка осуществляется в таком масштабе, что 20-30 млрд. погоды не делают.

Таким образом, учитывая ограничения по вероятной девальвации и учитывая ограничения, что мы не знаем, какие именно будут выпускаться серии в какой последовательности, потому что 8,5 % нам обещают доходность в среднем, это может быть низкая доходность за первый год и высокая доходность за третий год. С другой стороны, одни серии могут иметь доходность пониже, другие серии могут иметь доходность повыше. И в этом придется разбираться, если вы хотите с этим связываться. Но, тем не менее, если вы все-таки захотите с этим связываться, то с учетом этих ограничений это делать можно. Самое главное, чтобы вы входили в эти 15 % граждан Российской Федерации, которые сжимаются как шагреневая кожа и у которых все еще есть сбережения. Правда, я сильно подозреваю, что, если вы входите в эти 15 %, то своим сбережениям вы уже нашли какое-то относительно безопасное и относительно прибыльное применение. И я очень рад за вас. И я надеюсь, что нас будет больше, вопреки экономической конъюнктуре.

Я должен поговорить о неприятном и деликатном – о кривом зеркале статистики, в которое мы смотримся. Мы много говорим о состоянии экономики, называем проценты экономического спада, некоторые в правительстве называют его отрицательным ростом до сих пор. Говорим о промышленном производстве, говорим об инфляции. Но мы часто забываем о том, что эти данные весьма относительно относятся к реальности. И, к сожалению, степень учета реальности в статистике все время меняется. Возьмем простейшую вещь. Возьмем инфляцию. В 2015 году официальная инфляция составила 12,9 %. Специалисты в области социологии провели тщательные исследования, и оказалось, что население оценило рост цен, с которым оно столкнулось, в 26 %. Занижение официальной инфляции примерно вдвое вполне соответствует ощущениям как обычных людей, так и специалистов в области экономики. Это не обязательно грубая фальсификация данных. Подсчет инфляции очень сложная, очень тонкая вещь. Но я могу сказать, что более 480 товаров и услуг по 188 населенным пунктам Российской Федерации, при этом есть населенные пункты, которые деревни, а есть населенный пункт – Москва. Понятно, что даже внутри Москвы, даже на соседних улицах цены могут различаться иногда в разы на одни и те же товары. Это действительно сложное дело. Но официальная инфляция производит впечатление заниженной в два раза за 2015 год.

В 2016 году ситуация улучшилась. Группа социологов, которая исследовала это, сменилась. И специалисты группы «Ромир» стали оценивать инфляцию по оценкам населения. И при официальной инфляции в 5,4 %, это драматическое сокращение, очень резкое, они пришли к выводы, что реальная инфляция, которую ощущаем мы с вами, составила 7,1 %. Всего-навсего на 30 % больше. Это не страшно, это практически нормально. В январе нас порадовали. За два месяца этого года официальная инфляция… Я сейчас назову цифру, пожалуйста, не надо бить по радиоприемнику, не надо его швырять, не надо его пинать. Пожалуйста, поймите, что это техника, она не виновата в том, что вы сейчас услышите. По официальной статистике Российской Федерации, рост цен за январь-февраль составил 0,8 %, менее 1 % за два месяца. В частности, в январе он составил 0,6 %. Очень хорошая статистика, в два раза меньше прошлогодней. Инфляция замедляется. 4% инфляции, которые поставлены в качестве цели нашего правительства и Банка России, будут перевыполнены. Естественно, на костях людей, но кого это волнует в либеральном плане.

А вот социологи «Ромира» посчитали, и оказалось, что в январе рост цен составил 3,2 %. Это почти половина того, что было за весь прошлый год, за один январь. Официальная инфляция, которая в прошлом году, по данным социологов, была занижена на 30 %, в одном только январе этого года была занижена в пять раз. Это чудовищное занижение, даже если оно преувеличено социологами. Это не вдвое, это не искажение статистики, это разрушение статистической картины мира. Когда на фоне этого мы читаем официальную статистику Росстата о том, что у нас, оказывается, реальные доходы населения, то есть нас с вами, в январе, по сравнению с январем прошлого года, выросли более чем на 8 %, то мы понимаем, что, наверное, это не только медведевские 5 тысяч, которыми откупились от пенсионеров за то, что не индексировали их пенсию, вопреки не просто обещаниям, а вопреки закону. Это, скорее всего, еще и занижение инфляции.

Официальная статистика за январь вообще производит шоковое впечатление. У нас на 11 с лишним процентов вырос грузооборот железнодорожного транспорта. Это предельно инерционный показатель. Если грузооборот железнодорожного транспорта растет на 1-1,5 %, это повод для бурного ликования. Значит, у нас действительно все становится хорошо. Если грузооборот железнодорожного транспорта за месяц вырастает больше чем на 2,5 %, люди начинают судорожно искать ошибку, причину того, что это случилось. Потому что при нормальном рутинном развитии экономики так почти не бывает. 11 % - я даже не знаю, что с этим сравнить. Как если всех военнослужащих, и не только в армии, но и в других структурах, погрузить в поезда и постоянно возить через всю страну. Наверное, такой будет рост. Правда, это будет не грузооборот. Потому что живых людей будут перевозить. Подобного рода данные вызывают шоковое ощущение и вызывают не просто недоверие, а ощущение утраты картины нашей экономики.

Я пошутил как-то, что нашим либералам, которые хотят обеспечить экономический рост, не занимаясь развитием страны и продолжая ее разрушать, очень просто обеспечить экономический рост. Достаточно просто запугать Росстат. Я буду следить за своей речью, я буду стараться больше не шутить подобным образом. Потому что не прошло и двух месяцев после этой шуточки, как Росстат начал в ударном порядке пересчитывать данные за последние годы. Может, его никто не запугивал. Может, они сами до этого дошли. И несколько раз подряд меняли статистику. Скажем, сообщили, что в прошлом году у нас рост промышленного производства составил 1,1 %. И уже президент Путин об этом успел сказать и порадоваться этому публично, и вдруг в субботу, в выходной день, Росстат радостно сообщает, что на самом деле промышленный рост еще больше – 1,3 %. И экономический спад у нас в прошлом году совершенно ничтожен – 0,2 %. Причем сначала предполагали, что он будет 0,8 %, теперь он 0,2 %. При этом в той же самой справочке Росстата указано, что Росстат еще не посчитал инвестиции за четвертый квартал. Как можно не знать инвестиций за четвертый квартал и при этом давать объем ВВП за весь год, это большая тайна. Это вообще непонятно. И это создает колоссальные вопросы в отношении всей системы статистики.

А это небезопасно. Потому что статистика – это не пропаганда. Статистика – это не рассказ о том, что у нас все хорошо и завтра наступит коммунизм, или, наоборот, все плохо, и мы не доживем до вечера сегодняшнего дня. Нет, статистика – это то, на основании чего реально принимаются решения. Одна из крупнейших государственных компаний перестала доверять официальным оценкам инфляции еще в начале нулевых годов, когда они понесли из-за этого колоссальные убытки. Но государственные решения до сих пор принимаются на основании официальных данных. А что это значит? Это значит, что сначала одной рукой государство занижает официальную инфляцию, завышая тем самым реальные доходы населения. А потом говорит: ой, как хорошо у нас люди живут! Да с этих людей, которые на 8 % за один месяц повысили свое благосостояние, можно же еще больше налогов собрать. Раз у вас, граждане, все хорошо, что вы жмотитесь? У вас средняя заработная плата 36 тысяч рублей. А то, что эта средняя заработная плата – это наши олигархи, условные Абрамовичи, плюс миллионы людей, два десятка миллионов людей, которые имеют доход ниже прожиточного минимума, так это никого не волнует. Значит, можно собрать налоги. Значит, можно не развивать экономику.

А зачем развивать экономику, зачем прилагать дополнительные усилия, когда из-за занижения роста цен в экономике у нас образуется в том числе промышленный рост. У нас образуется экономическая стабилизация. Практически нет спада ВВП, что мы дергаемся? Чего еще лучшего можно желать? У нас вообще все замечательно. И все бы ничего, но это самоослепление государства ведет к абсолютно безумной политике – экономической и социальной, особенно социальной, которая реально может закончиться майданом. Когда я смотрю на деятельность наших членов либерального клана в правительстве, вы знаете, до чего нужно довести выходца из олигархических структур – вице-премьера Голодец, чтобы человек сначала буквально благим матом возопил о необходимости пособия по бедности в России, а потом – о необходимости прогрессивной шкалы подоходного налога? Это не социалист, это не коммунист, это не кто-то, кто защищал бедных. Это представитель крупного бизнеса. Что называется, глянул вокруг себя, говоря словами Радищева, и душа моя страданиями человеческими уязвлена стала. Но люди, которые судят о состоянии экономики по статистическим данным, не позволяют проклюнуться этим росткам разума.

Снижение качества официальной статистики, превращение статистики даже не в кривое зеркало, а черт-те во что, насколько я могу судить, это происходит сейчас, мы даже не можем посчитать погрешность измерений, потому что непредсказуемым образом меняется методика измерений. У нас сейчас кондиционирование воздуха реально учитывается как объем промышленного производства. Да, при оценке динамики ВВП нужно учитывать динамику малого и среднего бизнеса, в том числе в тени. Но к этому нужно относиться крайне осторожно. Потому что это ж в тени. Это все косвенные оценки. И можно очень легко нарисовать бурный экономический рост за счет этих оценок. Или, наоборот, спрятать реальный экономический спад и тем самым обмануть самих себя. И наше государство, по крайней мере, либеральный блок нашего государства, насколько можно судить, не то что не хочет учитывать экономическую реальность. Оно просто не может учитывать экономическую реальность. И социально-экономическая политика, основанная на этом, начинает разрушать, и не только страну в целом, но и конкретные человеческие жизни, и конкретные человеческие судьбы.

Потому что каждое разрушенное предприятие, каждый обанкроченный завод – это сотни и тысячи, в лучшем случае, поломанных человеческих судеб. Когда мы говорим о посадках предпринимателей, которые резко выросли в прошлом году из-за бюджетного кризиса в регионах, мы говорим о сломанных судьбах тех, кто работает на их предприятиях. И это в том числе результат неадекватной экономической статистики. Поэтому с большой осторожностью относитесь к официальным словам о том, что у нас стало все хорошо, или о том, что стало все плохо. Экономическое зеркало, я боюсь, разбито.

Поговорим про Украину. Я понимаю, что многие рассматривают новости с Украины как способ отвлечения нас от наших проблем. Но, с одной стороны, это наши родственники. Пусть даже и довольно странные или попавшие под оккупацию. Тем не менее, это наши родственники – близкие или дальние, у кого как, но практически у всех. С другой стороны, это постоянная угроза для России, потому что, когда 40 млн. человек или чуть меньше, не менее 35 млн., находятся в ситуации, когда им нечего есть, и с каждым днем они живут все хуже, и у них реально нет никаких перспектив, и они это сознают, единственный способ удержания этих людей в подчинении заключается в организации войны. Не важно, какой. Не важно, с кем. Мы видели и блокаду Крыма, мы видим безумные и внезапные обострения боевых действий на Донбассе. Когда расстреливают крупнокалиберными орудиями города, идут в атаку и при этом визжат о нарушении Россией Минских соглашений, при полной поддержке Запада. Мы видели даже кавалерийскую атаку на белорусскую границу, которая на Белоруссию произвела неизгладимое впечатление.

Но когда смотришь на сегодняшнюю Украину, возникает простой вопрос: а за счет чего эта территория еще существует? В условиях разрушения всего. Разрушения основ человеческой жизни. И ответ очень простой. Оказывается, Украина по-прежнему живет за счет поддержки, которую оказывает ей российское государство. Сначала Россия оказалась от права досрочного взыскания долга с Украины. Хотя мы могли обрушить этим украинскую экономику. Потом мы поставляли туда газ со скидкой. Хотя по российским законам, я уж не говорю про международное право, это тягчайшее преступление – финансирование нацизма. Потом мы поставляли туда уголь, спасая данную территорию. И вот пришла статистика. Украинская статистика. Оказывается, в 2016 году Российская Федерация осуществила прямые инвестиции на Украину в размере 1,7 млрд. долларов. Прямые инвестиции России на территорию Украины, где Россию официальные власти считают врагом и периодически говорят о том, как они ведут с нами войну, без Крыма, без Донецкой и Луганской народных республик, выросли в 2,5 раза. При этом Россия является крупнейшим иностранным инвестором. Если весь Евросоюз в целом вложил 45 % прямых иностранных инвестиций на Украину, то Россия в 2016 году вложила аж 38 %. При этом крупнейший инвестор из Евросоюза – Кипр, понятно, что это деньги украинских олигархов, возвращающиеся в страну, вложил немного меньше 430 млн. долларов. Если в 2010 году, до войны, Россия занимала пятое место по накопленным иностранным инвестициям на территории Украины, на нее приходилось менее 6 %, то на 1 октября 2016 года мы занимали четвертое место, уступая НидерландамГермании и Кипру. Это по накопленным за все время инвестициям. На нашу долю приходилось 10 % инвестиций.

Я напомню, официальные власти Украины считают нас исчадием ада. Русофобия является практически государственной религией. Объявлена война русскому языку. Представители украинских властей все время переживают по поводу того, что кто-то еще смеет говорить по-русски, хотя на Украине таких три четверти населения. И при этом Россия является крупнейшим инвестором. Возникает резонный вопрос: что это за экономический мазохизм? Кто ж такие? Может, среди наших олигархов завелись скрытые бандеровцы, которые поддерживают, по сути дела, фашизм, направленный против нас? Я уж не говорю – против народа Украины. Потому что бандеровцы убили больше всех поляков, на втором месте – украинцев по числу жертв. Евреи и русские были уже потом. Тем не менее, статистика вещь прозрачная, и она раскрывает данные.

Оказывается, почти 90 % всех прямых накопленных инвестиций российского бизнеса и российских предприятий на Украину, это инвестиции в банки и страховые компании. Я напомню, что крупнейшие украинские банки, наиболее успешные украинские банки – это дочерние структуры российских банков, причем государственных банков. И, поскольку Россия официально объявлена врагом, на Украине существует такое развлечение – брать кредиты у москалей, как они говорят, в российских банках, четко понимая, что возвращать эти кредиты не придется. Потому что никакой суд не примет решение в пользу российского банка против гражданина Украины. Особенно если тот придет на суд в вышиванке. Просто потому, что судье хочется жить. Его убьют, его просто уволят. Его не просто в мусорную урну засунут, его убьют. И он это знает.

В результате все с удовольствием берут кредиты в российских банках, их не возвращают. Происходит утрата капитала. Соответственно, российские государственные банкиры, я подчеркиваю, как зайки вкладывают десятки и сотни миллионов долларов в украинскую экономику. В частности, Внешэкономбанк в прошлом году вложил в уставной капитал своей дочки 800 млн. долларов, конвертировав ранее выданные ей кредиты. А потом добавил еще 65 млн. долларов. ВТБ тоже вложил, правда, существенно меньшую сумму, но тоже вложил несколько десятков миллионов долларов в свою украинскую дочку этой осенью. Для сравнения, все украинские прямые инвестиции в Россию в 2016 году составили 1,6 млн. долларов. Мы туда вложили 1,7 млрд., а они нам вложили 1,6 млн. – в тысячу раз меньше, на три порядка меньше. И накопленные прямые инвестиции Украины в Россию – меньше 140 млн. долларов за все это время. Понятно, что страна бедная, сейчас она еще и разоренная. Она сейчас еще и уничтожает свою экономику весьма эффективно.

Но это безумие. Ни один нормальный коммерсант не будет вкладывать свои деньги в территорию, где его люто ненавидят. А российские государственные банки – ну год можно заниматься мазохизмом, ну полтора. Но уже три года с момента нацистского переворота в Киеве случилось. Уже всем всё понятно. Сотрудникам этих банков тоже все понятно в Москве. Даже если эти банки на Украине возглавляют какие-нибудь бандеровцы, слушайте, это чистые убытки. Почему государственные структуры наращивают свои убытки? Почему государственные структуры Российской Федерации занимаются, по сути дела, финансированием антигосударственной деятельности? Вот если я, граждан Российской Федерации, сейчас вздумаю от своего имени повторить заявление председателя одного государственного банка Российской Федерации, кстати, очень эффективного банка, о том, что для его структуры Крым – это не часть Украины, я пойду под суд. Поскольку я законопослушный человек, белый и пушистый, я могу рассчитывать на условный приговор в качестве поощрения и в качестве мягкого приговора. Почему руководитель государственного банка может осуществлять антигосударственную политику? Если я сейчас займусь финансированием нацизма, меня посадят в тюрьму, и сделают правильно. Почему структура моего государства финансирует антигосударственную деятельность? Что это за бред? Это вопрос открытый. На него нет, по крайней мере, цензурного ответа. Но я буду задавать его до тех пор, пока наше государство не образумится. Потому что иначе оно будет угрозой для нас.

Если вы считаете, что я говорю о чем-то не актуальном, звоните в студию. Вот вы пишете: «Российские инвестиции в украинские банки – это отмыв бабла наших олигархов». Да если бы! Это же не частные банки, это не олигархические российские банки вкладывают туда деньги. Это государственные российские банки вкладывают туда деньги. Извините, если российскому государственному банку нужно что-то где-то спрятать, для этого не нужно финансировать нацистов в Киеве. Он прекрасно может осуществить сложные финансовые операции и в России. И вообще, я подозреваю, что человек из Москвы пишет, человек ходит по собянинской плитке, которая встала дыбом, чтобы не говорить других образов, хотя москвичи уже говорят по-другому, даже на Охотном Ряду, после первой же весны. Потому что ее клали не для того, чтобы по ней ходить, а для того, чтобы сделать это самое с баблом, как вы изящно выражаетесь. Но в данном случае мы имеем элемент не государственной политики. И мы имеем элемент не олигархической политики. Мы имеем действия российских государственных структур, государственных компаний, государственных банков. И это совершенно ужасно.

Сергей: А может быть, все очень просто? Руководители банков просто воруют деньги, списывая их через Украину?

Для того, чтобы списать деньги, украденные в крупном банке, да еще государственном, есть миллион разных способов. Не нужно при этом гонять деньги через Украину. Можно сделать все гораздо проще.

Возвращаемся к нашим темам. Да, вы справедливо пишете: я забыл вас поздравить с освобождением Пальмиры. Надеюсь, на сей раз – окончательным. И возвращаемся к бывшей Украине. Прошла новость совершенно фантастическая, которую уже все исказили всеми мыслимыми способами. Говорят о национализации украинских предприятий на территории Донецкой и Луганской народных республик. Поскольку уже из терминал «национализация» понятно, что в головах каша, позвольте рассказать, что там случилось. На Украине происходит сейчас очень драматический процесс борьбы за власть. Украина из территории, оккупированной, если говорить предельно просто, американцами, переходит в территорию, брошенную и забытую американцами. Потому что новому президенту не до Украины. У него только что уволили его помощника по национальной безопасности за то, что он посмел поговорить с послом России. А теперь точно такое же дело шьют, извините за мой французский, его генеральному прокурору. Оказывается, генеральный прокурор тоже поговорил с послом России, и это уже чуть ли не уголовное преступление, которое будет расследовать ФБР. Не до Украины бывшим хозяевам.

В этой ситуации у товарища Порошенко оказалось две перспективы. Или быть съеденным в собственном кабинете. Даже не убитым, а именно съеденным. Потому что нравы простеют стремительно. Или начать бороться за власть. Из ситуации гауляйтера Киева Порошенко начинает сейчас переходить в состояние диктатора Украины. Он пытается стать Пилсудским, только в Киеве. Для этого нужно подчинить и частью уничтожить олигархов. Из украинских олигархов самый мощный олигарх – господин Ахметов. Он не минуты не антипорошенковский. Он ни минуты не антинацистский. Он белый и пушистый. Он значительно более киевский, чем донецкий. Хотя основные предприятия расположены в Донецке. Правда, он значительно более принадлежит к Лазурному берегу Франции, как я понимаю, чем к Киеву, но это уже следующий вопрос. Но вопрос о власти имеет свою неумолимую логику. Порошенко просто шоколадный король. У него есть банк, у него есть еще что-то. А Ахметову принадлежит реальный кусок украинской экономики. Чуть ли не четверть довоенной украинской экономики контролируется Ахметовым. А может, и больше.

В результате для того, чтобы стать диктатором Украины, Порошенко должен уничтожить олигарха Ахметова. При этом уничтожить его физически смысла не имеет. Потому что империя, которая им склеена на руинах советской экономики, она породит следующего такого же. Значит, нужно уничтожать империю. И господин Порошенко начал уничтожать империю Ахметова. И, соответственно, огромную часть украинской экономики. Это реальная ситуация. Когда говорят: вот, блокада Донецка и Луганска, какие-то там ветераны-каратели или футбольные болельщики… Был один критерий: если они не согнаны с рельсов, в нарушение всех законов, в нарушение всех норма, если их не расстреляли в упор у ближайшей стенки, это значит, что они действуют в интересах украинской власти. Их попытались согнать с рельсов. Арестованы те, кто пытался это сделать. Кто пытался защитить украинскую экономику. Это значит, что сегодняшнее украинское государство, сегодняшние банды, которые контролируют украинское государство, хотят уничтожить украинскую экономику. Единственная реальная гипотеза, объясняющая блокаду Донбасса, это война Порошенко, именно Порошенко, против Ахметова. Война на уничтожение украинской экономики.

Что это такое? Империя Ахметова давала до войны 70 % угля Украины, 40 % электроэнергии, в том числе 72 % энергии, которая вырабатывалась на тепловых электростанциях, включая газовые. 30-40 % всей черной металлургии. В 2013 году ее валовый доход составил 25 млрд. долларов, только по официальным данным. Понятно, что они сильно занижаются, потому что высокий доход, высокая прибыль украинской экономики, как у нас в 90-х, это плохой бухгалтер, ничего больше. В 2015 году доход сократился более чем вдвое – до 11 млрд. долларов. Но в 2016 году был рост мировых цен и на уголь, и на черные металлы. Это запустило процессы восстановления производства. Цена коксующегося угля за последние полгода выросла более чем в 2,5 раза – с 80 до более чем 200 долларов за тонну. Я имею в виду мировую цену. Аналогично выросла цена на энергетический уголь антрацит высококачественный. Империя Ахметова получила некоторую прибавку сил. Украинская экономика задышала, несмотря на войну, несмотря на все разрушение.

Но есть вопросы борьбы за власть. Если ради идеологии украинские нацисты уничтожили «Южмаш» - крупнейший комбинат, который делал ракеты и который приносил реальные колоссальные доходы, я уж не говорю про обеспечение социальной стабильности, то ради власти они готовы уничтожить все вышеперечисленное. Блокада уже сильно ударила по украинской экономике. Введено чрезвычайное положение в электроэнергетике. Причем отопительный сезон заканчивается, там тепло, как и у нас. Сейчас более теплая весна, чем обычно. Но уже говорится о том, что, может быть, его продлят до конца года. Поскольку без угля Донбасса невозможно обеспечивать работу тепловых электростанций, уже составляются графики веерных отключений, которые, скорее всего, затронут и Киев тоже. Резервов нет, потому что Днепрогэс находится в аварийном практически состоянии, что было выявлено еще в 2013 году. Атомные электростанции работают на пределе загрузки и реально создают угрозу аварий практически постоянно. Они перегружены и будут перегружаться и дальше. В этой ситуации блокада означает уничтожение украинской экономики, но ее украинским властям не жалко, как и украинского народа. Какой народ, когда речь идет о власти?

С другой стороны, если посмотреть на Донбасс, ситуация еще хуже. Потому что Донецкая и Луганская народные республики не имеют даже железнодорожной связи с Российской Федерацией. Поезда не ходят. Казалось бы, что проще – возить гуманитарную помощь поездами. Но нет, возят конвоями, возят фурами, поезда не ходят. Более того, мы страшно гордимся, что мы пускаем железнодорожную трассу в обход территории бывшей Украины. В этой ситуации остановка производств означает смерть десятков тысяч людей. Это плохо и для России. Потому что это огромное количество беженцев. В Донецке и Луганске власти в этой ситуации решили взять ситуацию в свои руки, чтобы участвовать в управлении предприятиями. Хозяйственные руководители уже ничего не могут сделать. Значит должны прийти политические руководители и добавить политические возможности к их хозяйственным. Чтобы как-то сохранить хоть какие-то хозяйственные цепочки или выстроить их через территорию России. Причем о национализации реально речи нет. Сначала шла речь даже о переводе в юрисдикцию ЛНР и ДНР. Но сейчас нет речи и об этом. Только внешнее управление. Ради того, чтобы заводы сохранили свою работоспособность, власти согласны на все.

Владимир: Украина испытывает не только экономический, но и политический кризис. Поведение Украины и ее политической власти похоже на поведение мужа-импотента, который объясняет своей жене, что так лучше. На самом деле ничего лучше в Украине не стало. Народ нищает. Есть настроения в Харьковской области. Люди, приезжающие сюда, открыто говорят, что они готовы вступить в Российскую Федерацию или пойти по пути ЛНР или ДНР, но так, чтобы было без войны, если их примут сразу. Есть и другие области Украины с сильной промышленностью, готовые отсоединиться, потому что на самом деле в Украине становится с каждым днем хуже и хуже.

Что называется, ни убавить, ни прибавить. Александр из Саратова пишет: «Скажите, пожалуйста, вернет нам Украина долг в 3 млрд. или нет?» Какие у нас честные и хорошие люди живут в Саратове. Александр, я вам отвечу другим письмом, от Алексея: «Мы до сих пор признаем нелегитимную, фашистскую власть на Украине. Украинцы вытирают ноги о Россию, русских и все русское. Почему мы позволяем делать это?» Пока наше государство будет позволять украинским нацистам вытирать о себя ноги, заодно вытирать ноги о нас с вами, заодно убивать наших сограждан, до тех пор никакой даже мысли не взбредет кому-то платить России долги. Я напомню, что не на Украине, не в Киеве, в центре Москвы во время очередного шествия общечеловечной рукопожатной нечисти либеральной под камеру избили очень пожилого человека молодые мордовороты, который отказался кричать «Слава Бандере!». Слава преступнику, которого даже гитлеровцы посадили в концлагерь за чудовищную жестокость. Даже для гитлеровцев это была бешеная собака. Правда, сидел он в концлагере в очень комфортных условиях, но, тем не менее, сидел. В центре Москвы под камеру, отнюдь не западноукраинцы, даже не киевляне, избили человека за то, что он отказался кричать славу нацистскому негодяю. И никому ничего не было. И московская милиция сочла, что все в порядке. Она теперь полиция. Полиция же не будет, насколько я могу судить, нас с вами защищать. Это же смысл слов имеет определенный. И суды ни на что не отреагировали. И Следственный комитет, и прокуратура. Типа, так и должно быть в центре столицы Российской Федерации. Если мы так сами к себе относимся, если наше государство так к нам относится, с какой стати украинские нацисты будут его уважать. Они только силу понимают.

Возвращаясь в Новороссию. На самом деле все время войны предприятия Донецка и Луганска платили налоги своим убийцам. Налоги с этих предприятий переводились в Киев. Лишь бы не закрылись предприятия. Лишь бы они работали. Лишь бы они выплачивали деньги. Хоть какие-то, хоть мизерные работающим. Кортнев когда-то спел: «Где добывают смерть с углем напополам». Наверное, на угольных шахтах Донецка, которые оплачивали нацистскую карательную экспедицию против Донецка и Луганска, смерть добывали с углем на четверть. А три четверти – это была смерть. Тем не менее, для украинских нацистов даже это стало невозможным. Они попытались все это остановить. И сейчас все зависит от того, как поведем себя мы. Если мы организуем хозяйственную деятельность, это не сложно, это недорого относительно тех денег, которые валяются в федеральном бюджете без движения, мы можем полностью загрузить все предприятия Донбасса, и они будут платить налоги себе. Они получат реальную хозяйственную независимость.

Да, у нас не очень много есть потребителей для этой продукции. Но эту продукцию можно спокойно отправлять на экспорт. Она экспортная почти вся. Треть всего импорта стального проката поступает в Россию с Украины именно с этих предприятий. Так что они могут поступать и сейчас, только напрямую. Было бы желание. В конце концов, «Азовсталь», расположенная в Мариуполе, уже обратилась к России с просьбой продать ей уголь. Я думаю, было бы очень грамотно продать ей краснодонский уголь, в котором ей отказали украинские власти. Естественно, продать с надбавкой процентов в 30, а лучше – 50. И эту прибыль, за вычетом административных издержек, направить на поддержку Луганской и Донецкой народных республик. Это было бы правильно. Но я очень сильно сомневаюсь, что у российских либералов хватит на это ума и желания. И это не оскорбление. Это констатация факта.

Пока я с вами говорил, в Твиттере появился скан статьи из журнала «Дилетант». Это журнал, который издается, как я понимаю, это проект главного редактора «Эха Москвы» господина Венедиктова, это один из наших либеральных светочей и рупоров свободы слова. Мне прислали скан с сайта этого журнала. Он сейчас довольно широко распространяется в социальных сетях. Так что, даже если они уберут эту статью со своего сайта, сканы останутся. С чудовищными оскорблениями в адрес покойного Чуркина – нашего представителя в ООН. Человек умер в 64 года. Умер довольно странно. Вроде бы от сердечного приступа, но американские медики потребовали токсикологическую экспертизу, которая займет несколько недель. Так что, возможно, его убили. Человек, который стал одним из символов российской внешней политики. Человек, которого травили абсолютно чудовищно и безумно. И человек, который отстаивал российские интересы. Вот за то, что он отстаивал интересы Российской Федерации, нас с вами, за то, что он проводил политику, которая не позволила нас бомбить, как бомбили югославов и сербов, не позволила резать нас в наших собственных подъездах, как резали граждан Ливии, не позволила убивать наших детей, и не только убивать, как это делали с детьми в Сирии. Вот за это российские либералы, не американские цээрушники, не деятели запрещенного у нас «Исламского государства», а российские либералы поливают сегодня покойного человека последними словами. Обзывая его палачом, заявляя, что его защита российских интересов – это по ту сторону добра и зла. Заявляя, что он просто в силу того, что защищал наши с вами интересы, он совершал преступление против человечности.

Я абсолютно убежден, что точно такие же либералы сидят… представители того же самого либерального клана, что и в журнале «Дилетант», по духу, они сидят и в российском правительстве. И они во многом определяют социально-экономическую политику нашей страны. Социально-экономическая политика, которую проводят эти люди против нас, уничтожает, на мой взгляд, Россию и разрушает нашу экономику. Неужели вы думаете, что они позволят защищать свои интересы, позволят спасти от нацизма людей в Донецке и Луганске, которых этот нацизм хочет уничтожить? У наших либералов не получилось с Крымом. Крым спасли вопреки им. Но они хотят взять реванш. И я боюсь, что сейчас при помощи украинских нацистов они этот реванш будут брать. Если рассматривать всю политику наших либералов, то невозможно избавиться от ощущения, что она направлена на организацию у нас чудовищной смуты. На то, чтобы сорвать нас в новый майдан, который будет страшнее украинского. Потому что у нас есть много проблем, которых нет на Украине. Правда, открытого нацизма у нас тоже нет. Нам это, я боюсь, поможет весьма и весьма относительно.

У нас сегодня государство, либеральный клан, овладевший, взявший контроль над всей социально-экономической политикой, не позволяет развивать что бы то ни было, кроме как в партизанском режиме. Причем идея о том, что нужно развивать экономику, как во всех развитых странах, на нашем уровне зрелости финансовой системы, ограничивая финансовые спекуляции, выхолащивается самым бессовестным образом. Если посмотреть, что сделали с программой Глазьева, в которой говорилось, что нужно создать нормальную человеческую конъюнктуру, нужно дать экономике дешевые деньги, ограничивая финансовые спекуляции. Уже в следующей итерации – в стратегии «Столыпинского клуба» - практически нет ограничений финансовых спекуляций. Они крайне незначительны, крайне недостаточны. У нас блокируется на этапе подготовки любой здравый смысл.

Попробуйте сказать либералам, которые сейчас пляшут на могиле Чуркина, пляшут на наших с вами интересах, попробуйте им сказать, что граждане Российской Федерации имеют право на жизнь. Попробуйте им сказать, что гражданин Российской Федерации обязан иметь право получать от государства гарантированный прожиточный минимум. Вам начнут рассказывать про бюджетный дефицит. Хотя бюджет захлебывается от денег. Про угрозу роста инфляции. Хотя она и так официально ниже плинтуса. И будут говорить, что это невозможно. Потому что мы с вами для российских либералов не имеем права на жизнь. Мы вообще не имеем права на существование. И в этом отношении я не вижу принципиальной разницы между либералами правительства Медведева и Банка России Набиуллиной, между нацистами, которые сейчас сидят в Киеве, и между гитлеровцами. Правда, я, может быть, ошибаюсь. Я не вижу этой разницы. И эта экономическая политика, эта социальная политика должна быть изменена. Когда мы начнем развиваться, тогда наступит спокойствие и на Украине, и рай во всем остальном мире. Я в этом абсолютно уверен. И нормализация наших властей, изъятие оттуда либералов есть главная задача, которая стоит и перед российским государством, и перед российским обществом. И в этом отношении мы едины, с моей точки зрения, и с президентом, и с разумной частью государства. Это единство остается претворить в практическую политику.

 


Оцените статью