Американские товарищи дали европейским товарищам «правильную картину мира»

Текст опубликован в журнале «Однако», N20(129) от 25 июня 2012 года. Проблема экономического кризиса в Евросоюзе уже достаточно давно вышла на первый план в мире с точки зрения кризисных опасений. Другое дело, что причины этого частично носят внеэкономический характер: как отмечали российские эксперты по Интернету, темы долговых кризисов в Греции, Италии или Испании появлялись в Сети как черт из табакерки и так же внезапно исчезали. Это демонстрирует искусственность и даже своего рода заданность момента начала кризиса, хотя причины его, безусловно, носят абсолютно объективный характер.

В этой связи принципиально интересно то, как западные элиты комментируют происходящие события. Поскольку они зачастую выдают желаемое (ими) за действительное. Или даже не очень желаемое, но утвержденное (уж коли дается команда на раскрутку темы в СМИ).

В ЭТОМ смысле очень интересен текст Нейла Фергюсона (историка) и Нуриэля Рубини (экономиста), напечатанный недавно в «Шпигеле». И потому, что написали его вполне значимые фигуры (Рубини так вообще является в США «главным по кризису»), и потому, что «Шпигель» — одно из самых авторитетных в Западной Европе изданий. И потому, что уж больно важное было выбрано время — в преддверии повторных выборов в Греции. Да и текст явно адресован Германии и тем, кто может надавить на нее как на ключевого игрока в нынешнем ЕС. Иными словами, скорее всего, он отражает позиции достаточно влиятельных сил в современном мире. Впрочем, прежде чем комментировать статью, нужно вначале тщательно разобраться, что же на самом деле происходит в Евросоюзе. Поскольку нам придется вычленить (по возможности, разумеется) и отличить друг от друга три вещи: реальное состояние дел, понимание авторов статьи и ту позицию (месседж), которую они хотят донести до читателей. И начнем мы с реального состояния дел.

Диагноз проблемыПо нашему мнению, главной причиной проблем Евросоюза (и зоны евро, в этом смысле большой разницы нет) является та социально-экономическая модель, которую он получил из США в 80-е годы. Суть этой модели в стимулировании частного и государственного, то есть конечного, спроса за счет роста долгов. Источником денег при этом выступает эмиссия — на первом этапе кредитная, на втором, после осени 2008 года, денежная.

Поскольку долги нужно возвращать (священное право частной собственности!), то для устойчивости этой, по большому счету, чисто пирамидальной схемы использовался механизм снижения стоимости кредита, который позволял постоянно рефинансировать долги. Фактически должники их не выплачивали, они лишь обслуживали их за счет постоянного роста общей долговой нагрузки.

Понятно, что рано или поздно эта система должна была рухнуть, что и произошло осенью 2008 года. То, что именно в конце этого года (а не чуть раньше или позже) учетная ставка кредитора последней инстанции в мировой экономике, Федеральной резервной системы США, стала равной нулю (на начало «операции», в 1980 году, она равнялась 19%), скорее всего, можно считать случайностью, однако совпадение тенденций — глубокая закономерность. С тех пор ситуация поддерживается только за счет эмиссионных механизмов, однако куда в первую очередь тратить напечатанные деньги — большой вопрос. Собственно, на сегодня есть два основных варианта. Первый — на поддержание финансовой системы. Именно это делали США первые годы после начала кризиса, именно это сейчас делает Европейский центробанк. Второй вариант — поддерживать частный и государственный спрос, это в настоящее время делает ФРС и администрация Обамы, которые увеличили ежегодный дефицит бюджета США за последние годы примерно на триллион долларов. И идут эти деньги в основном на социальные программы, то есть на поддержание спроса.

Фактически денежные власти США сегодня идут по тому же пути, который привел к катастрофе нынешний Евросоюз, более того, они уже подходят к критической точке, с которой начались проблемы Греции и Италии (уровень госдолга в 120% от ВВП), но тут-то все понятно: Обама в первую очередь решает политические проблемы. А вот ЕС…

Понимание проблемыЕС уже не может наращивать долги, и у него фактически остается два варианта: мягкий и жесткий. Мягкий — поддерживать уровень долга на фиксированном уровне, жесткий — сделать так, чтобы этот долг начал сокращаться. Но и тот, и другой вариант дорого обойдется населению — уровень его жизни будет серьезно снижаться.

Наша оценка превышения текущих расходов домохозяйств над их реально располагаемыми доходами в странах ЕС и США составляет примерно 20—25% от ВВП. Эта же оценка была подтверждена премьером Казахстана К. Масимовым на V Астанинском экономическом форуме в конце мая. Отметим, что это именно оценка, для США мы ее проверяли в рамках изучения межотраслевого баланса, для стран ЕС — нет. Но если она верна, то цена даже мягкого варианта, при котором речь идет не о возврате, а лишь о стабилизации объема долга, крайне велика и потребует серьезнейшего изменения всего социально-политического устройства западных стран, вплоть до сворачивания проекта «парламентская демократия».

Более подробное обсуждение этой перспективы не входит в тему настоящей статьи (странное совпадение: в журнале «Профиль», который перепечатал статью из «Шпигеля», сразу за ней идет моя статья, посвященная проблемам среднего класса), но авторы текста в «Шпигеле» не могут ее не ощущать. И не только они.

МесседжИ вот здесь самое главное место, которое и является причиной постоянных наездов на Германию в последнее время — и на G8, и на G20, и на менее пафосных мероприятиях. Дело в том, что пока вся мировая финансовая система, что называется, держится. Но если Греция вылетает из зоны евро, то шансов удержать ситуацию становится крайне мало, причем, скорее всего, детонатором ситуации станет разрушение системы страхования финансовых рисков.

Значит, во-первых, необходимо было любой ценой удержать Грецию, то есть добиться, чтобы там на выборах выиграли сторонники сохранения финансовых соглашений с европейскими властями. А во-вторых, надо добиться от Германии, чтобы она своими финансовыми ресурсами закрывала все дырки, которые возникают в европейской финансовой системе. Разумеется, простыми способами таких целей достичь невозможно — с Германией вообще будут большие проблемы, поскольку многие необходимые решения там можно принять только через бундестаг (парламент), и у канцлера Меркель нет никакой уверенности, что оставшегося у нее политического ресурса хватит на то, чтобы продавить такие решения. Но и без Германии этого сделать никак нельзя — это тот случай, когда обойти ее практически невозможно.

Значит, единственный вариант — создать для немцев и греков (а также испанцев, итальянцев — необходимое подчеркнуть, недостающее добавить по вкусу) такой образ ситуации, который бы принуждал их принимать «единственно правильное» решение, которое позволит максимально отсрочить крах мировой финансовой системы. И вот с точки зрения понимания всего этого посмотрим, что же говорят авторы текста в «Шпигеле».

Запугивают или подталкивают?Начинают они здорово: пытаются объяснить немцам, что те сегодня могут вызвать кризис, сравнимый с кризисом начала 30-х годов. При этом авторы текста делают отсылки ко всем либеральным страшилкам, которые вбили в головы европейцам в послевоенные десятилетия: приход фашизма, наступление тоталитаризма, похороны демократии. Методами нейролингвистического программирования они пытаются вбить в головы западноевропейцев вообще и немцев в частности, что бояться инфляции больше, чем прихода фашизма, нельзя!

Отметим, что успех НСДАП в начале 30-х годов прошлого века во многом связан с тем, что эта партия восстановила промышленное производство, остановленное по итогам поражения Германии в войне 1914—1918 годов и кризиса начала 30-х. Причем восстановила в том числе путем воссоздания национальной денежно-кредитной системы, до того разрушенной державами-победителями. Таким образом, предложение в адрес Германии вновь начать выплачивать «репарации» (пусть и в добровольной форме) скорее направляет ее по сценарию начала 30-х, чем отвращает от него. Впрочем, мы уже отмечали — реальные желания мировой финансовой элиты несколько отличаются от той картины мира, которую они хотят вменить европейской общественности.

Дальше Фергюсон и Рубини рассказывают про банковский коллапс начала 30-х и пытаются объяснить, что если его допустить сегодня, то история 30-х годов с приходом фашистов повторится. Тут связь совсем непонятна — тогда Германия сильно страдала от отсутствия суверенной денежной системы и выплат репараций, сегодня она, хотя бы частично, такой проблемы не имеет. Вообще, тут связь с 30-ми годами явно натянута, но цель-то авторов текста вынудить Германию к действию, и они постоянно проводят параллели сегодняшнего дня с 30-ми годами.

Параллель действительно есть: и тогда, и сейчас обвал совокупного спроса связан с накачкой частного спроса в США (в 20-е годы — путем кредитования спекуляций на фондовом рынке и спекуляций с землей), другое дело, что тогда дефляционный кризис, начавшийся весной 1930 года, бурно развивался и привел к коллапсу банковской системы, а сегодня он заливается эмиссионными деньгами, что его очень сильно растягивает во времени. Но какое к этому имеет отношение Германия?

А дело в том, что, по мнению ряда товарищей, за ситуацию в ЕС отвечает Германия, и именно она должна платить. А потому наши авторы много сил тратят на то, чтобы объяснить, чем ситуация нынешнего времени похожа на ту, не объясняя при этом, почему развитие банковского кризиса (так же неизбежного, как и тогда) должно сегодня привести к приходу фашизма в Германии.

Есть один замечательный аргумент, который они предъявляют: Евросоюз — это институт, который позволяет размыть «манию величия» немцев, и пока он существует, опасности фашизма нет. Но если рассыпается финансовая система евро, то рухнет и Евросоюз, и дорога для фашизма будет свободна. Это, конечно, глупости: в 30-е годы большая часть Европы, от Балтийского до Средиземного моря была покрыта фашистскими странами (страны Прибалтики, Венгрия, Болгария, Румыния, Италия, Германия), а если сюда добавить страны тоталитарные или в которых были очень сильные националистические партии, то демократических государств на тогдашней политической карте Европы вообще практически не остается (ну разве что Чехословакия). Реальной причиной их появления стало резкое падение уровня жизни населения и исчезновение среднего класса (что ждет Евросоюз в самом ближайшем будущем), но реальное состояние дел наших авторов не интересует.

Кто заплатит за неотвратимость?В рамках достижения своей цели авторы текста много размышляют на тему о том, как бы можно было оздоровить финансы в Западной Европе (скромно обходя истинные причины кризиса, из которых следует, что дело это безнадежное), при этом все варианты сводятся к тому, что Германия должна платить. При этом оценок того, какова цена реального оздоровления финансовой системы, авторы не дают. Это естественно: их цель не дать реальное описание дел, а создать у читателей ощущение ужаса от перспективы того, что Германия платить не будет.

Все рассуждения о страховании рисков, рекапитализации банков, гарантий вкладчикам направлены только на одно — доказать немцам, что если они не заплатят сегодня, то завтра придется платить много больше. С этим можно было бы согласиться, если бы кризис можно было остановить. Но приведенный в начале настоящей статьи диагноз показывает, что сделать это невозможно, а значит, цену распада еврозоны Германии все равно придется заплатить. Только в варианте, предлагаемом авторами текста в «Шпигеле», это произойдет после того, как все ее резервы и запасы будут сожжены в финансовом котле нынешнего кризиса.

Таким образом, мы видим, что Фергюсон и Рубини могут ставить перед собой две задачи (которые, впрочем, друг другу не противоречат). Во-первых, за счет Германии максимально оттянуть коллапс денежно-кредитной системы Евросоюза. Во-вторых, максимально ослабить Германию по итогам кризиса. Может быть, есть и третья цель — сплотить все европейские страны против эгоизма Германии, с целью максимального давления не нее.

Для их решения они используют не совсем корректные приемы, либо не понимая реальной подоплеки событий кризиса, либо умышленно их искажая. Впрочем, не исключено, что это их и не очень волнует, поскольку цель-то у них вовсе не поиск истины. Напомним, что один из авторов текста — Фергюсон, историк по профессии, что, скорее всего, должно сильно повысить доверие читателей к политическим выводам из экономических рассуждений. Хотя экономические рассуждения не совсем корректны (прежде всего потому, что затушевывают ту простую мысль, что сколько бы Германия ни платила, финансовую систему ЕС все равно ждет коллапс), а исторические аналогии вообще не имеют отношения к реальности, главной причиной событий 30-х годов стал не финансовый кризис. Просто и он, и приход к власти фашистов стали следствием одной причины — структурного кризиса экономики, приведшего к резкому падению уровня жизни населения и исчезновению среднего класса. Борьба с одним из следствий никак не может повлиять на причину, а падение спроса (то есть уровня жизни) — вещь сегодня абсолютно неизбежная.

На этом, собственно, можно было бы и закончить, если бы не одно обстоятельство. А именно: уж больно грубо и малоэффективно все это делается. Правда, жители Западной Европы, зазомбированные либеральной пропагандой, могут этого и не заметить, но продолжение падения уровня жизни многие иллюзии из людей выбивает. И мне кажется, что само появление подобных статей говорит о том, что мировая финансовая элита уже считает до коллапса не годы, а месяцы.