Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Пенсионный кризис рукотворен: как и почему "Партия жуликов и воров" разрушает им Россию

Мировой кризис

26.04.2016 06:46  

Михаил Делягин

243

Пенсионеры – единственные, кому государство всерьез обещает право на жизнь: пенсия не может быть ниже прожиточного минимума.
Конечно, он занижен, особенно с учетом опережающего удорожания лекарств, - но у пенсионерами есть хоть формальные гарантии.
Их выполнение все труднее для либералов, неумолимо возвращающих страну в ад 90-х. Дифференциация пенсий в зависимости от зарплаты сводится к минимуму, создавая уравниловку нищеты, которой не было и в худшие советские годы.

Наши пенсионеры — единственные, кому государство всерьез обещает право на жизнь: пенсия не может быть ниже прожиточного минимума. Конечно, он занижен, особенно с учетом опережающего удорожания лекарств, — но у пенсионеров есть хоть формальные гарантии.

Их выполнение все труднее для властей, неумолимо возвращающих страну в ад 1990-х. Дифференциация пенсий в зависимости от зарплаты сводится к минимуму, создавая уравниловку нищеты, которой не было и в худшие советские годы.

Забрав на погашение дефицита Пенсионного фонда накопительные взносы (без тени иронии и ничуть не краснея), привластные экономисты начали вбивать в сознание общества мысль об урезании пенсионных гарантий. Основные идеи таковы — повышение пенсионного возраста, отмена специальных пенсий за опасные условия работы и даже запрет на выплату пенсий работающим пенсионерам (пока реализуемый в части отмены их индексации).

Но дыра в Пенсионном фонде пробита не слишком долгой и сытой жизнью пенсионеров, как кажется реформаторам, олигархам и прочим «эффективным менеджерам», а отсутствием должного контроля за его деньгами и, главное, безумной системой их взимания, которая снижает собираемость социальных взносов.

В стране создали уникальную систему налогообложения. То, что «плоской» шкалы подоходного налога нет почти нигде, а дежурные ссылки на «мировой опыт» при ее введении были обычной ложью — полбеды. Подоходный налог дополнен регрессивной шкалой обязательных соцвзносов: чем беднее человек, тем больше у него забирают. В итоге для большинства обложение оплаты труда возмутительно высоко: более 39%, а перенос части выплат на работодателя формален.

Богатые же вместо 39% могут платить 6%, оформив себя как индивидуальных предпринимателей, — а с помощью операций с ценными бумагами (на грани фола, но за это не карают) и того меньше.

Единороссы превратили Россию в налоговый рай для богачей (включая и себя) и налоговый ад для остальных. Запретительно высокое обложение выталкивает миллионы «в тень», снижая собираемость обязательных соцвзносов и неумолимо разрушая Пенсионный фонд.

Снижение пенсий, повышение пенсионного возраста и иные меры не устраняют этой фундаментальной причины пенсионного кризиса. С помощью этих мер можно лишь купить за счет россиян немного времени. Так, отказ от денежных гарантий пенсионеров позволил единороссам выиграть лишь два года. В 2011–2013 годах Пенсионный фонд получал от 19,6 до 21,8% федерального бюджета. «Валоризация» пенсий снизила эту долю в 2014 году до 15,2% бюджета, что позволило с 13,9 до 20,7% увеличить долю расходов на экономику и сделать ее крупнейшей статьей.

Но без плана модернизации, хотя бы европейского протекционизма, ограничения коррупции и произвола монополий эти деньги «ушли в офшорный песок», и попытки не заметило, похоже, даже само правительство Медведева.

А дыра в Пенсионном фонде восстанавливается: в 2016 году на нее уйдет более 19% расходов. Цена двухлетней передышки — отмена реальных пенсионных гарантий: пенсии начисляют нам в баллах, рублевое наполнение которых зависит и от состояния бюджета в момент их выплаты, — хорошо хоть не от погоды!

По сути, отмена накопительной пенсионной системы уже произошла: мы «накапливаем» лишь баллы, а пенсии нам будут платить из текущих доходов.

И это отражает реальность, пусть и в извращенном зеркале реформ: солидарная система, при которой каждое поколение платит своим современникам-пенсионерам, наиболее экономна для общества. Накопительная система, при которой пенсия выплачивается из доходов, полученных от прокрутки «взносов» на финансовых рынках, строится в интересах занимающихся этим спекулянтов и рассыпается при ухудшении конъюнктуры.

Частные накопительные системы должны быть лишь дополнением к распределительной, обеспечивающей пенсии по труду.

Рассуждения о пенсионной нагрузке, выросшей по сравнению с концом позапрошлого века, когда создавалась распределительная пенсионная система, талантливо игнорируют рост производительности труда. Современный работник производит в десятки раз больше рабочего столетней давности — и потому без труда выдержит на порядок большую пенсионную нагрузку (если, конечно, его не ограбят либералы).

Аналогично надо вернуться от «медицинского страхования» к прямому бюджетному финансированию, заинтересовывающему врачей в исцелении, а не ограблении страждущих.

На переходный период дефицит Пенсионного фонда надо финансировать из Фонда национального благосостояния, созданного именно для этого (все остальное использование его средств — злостное нарушение).

С фискальной же точки зрения решение проблемы — нормальное прогрессивное обложение доходов. Ведь чем человек богаче, тем сильнее он может влиять на общество и тем выше должна быть его ответственность, в том числе в налоговой сфере.

В России же налоги вынуждены не платить бедные: их слишком много, и они прячут слишком мало, чтобы эти деньги имело смысл искать. «Единая Россия» превращает нас в «нацию преступников» — возможно, ради шантажа не уплаченными из-за нищеты налогами.

Поэтому возврат к мировой практике — прогрессивной шкале подоходного налога — необходим.

Но либеральные реформаторы не хотят делиться своими богатствами с Россией под издевательски нелепыми поводами.

Администрирование подоходного налога не сложнее, чем имущественного, — и обеспеченные люди могут получать квитанцию об уплате повышенной ставки по почте в конце года, обращаясь в налоговую лишь за вычетами или для спора.

Уклонения богатых от налогообложения не будет: их легко поймать и им есть что терять. Ссылки же на 1990-е годы нелепы: тогда в России толком не было государства.

Не будет и усиления бегства за границу, так как оно вызвано неналоговыми причинами: капиталы часто выводят в страны с высокими налогами (в ту же Францию).

Усиление обложения доходов богатых и сверхбогатых направит их средства с непроизводительного потребления в инвестиции, которые должны быть освобождены от налогообложения. Кроме того, надо освободить от налога доходы до двух прожиточных минимумов: их получатели и так в лучшем случае выживают. С циничной же точки зрения налоговиков администрирование низких доходов едва ли не дороже налогов с них.

И, конечно, для пополнения Пенсионного фонда надо отменить регрессивность обязательных соцвзносов (когда бедный платит больше богатого) и ввести «плоскую» ставку в 15%. С этим согласен даже крупный бизнес, но против этого грудью встают чиновники и депутаты-единороссы, охраняющие, похоже, свои сверхдоходы.

Они утверждают, что справедливость — это когда бедный платит больше богатого.

Ведь они-то богаты и потому платят меньше!

Единороссы демонстрируют презрение к нуждам людей еще и потому, что они выстроили для чиновников и депутатов особую пенсионную систему, отличающуюся от обычной, как Рублевка от Пикалево.

Надо вернуть их в общую пенсионную систему, отбив у них вивисекторскую привычку экспериментировать на согражданах, как на подопытных животных.

Возможно, они сознательно разжигают в народе социальную ненависть к власти, делая жизнь невыносимой и надеясь на новый Майдан, который окунет Россию в новые 90-е годы, когда либералы были подлинными «хозяевами жизни» (а часто и смерти).

Сохранение их у власти обеспечит им успех.

Пора заставить «Единую Россию» меняться, а если она не захочет, то и заменить ее, чтобы 2017-й остался просто датой, а не новой февральской катастрофой.

Сcылка >>


Оцените статью