Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Тема Информационная война как она есть: от мифов и заблуждений к теории

Мировой кризис

28.06.2014 12:07  

ingmar

117

Дискуссии об информационной войне вкупе с употреблением этого термина всуе побудили одного приват-доцента осмелиться напомнить об одной его немолодой работе. Автор смеет надеяться на то, что данная публикация послужит благой цели демистификации важных аспектов бытия и вооружит читателей против врагов.
.
Информационная война как составная часть политического процесса
Цель моя - вызволить ум из цепких суеверий.
Тит Лукреций Кар. О природе вещей

Актуальность проблемы информационного воздействия на сознание людей осознается в последнее время не только специалистами в области медиатехнологий, информационного и аналитического обеспечения предвыборных кампаний, но и представителями правоохранительных органов, органов государственной власти, местного самоуправления, а также представителями религиозных организаций.
Исследование проблем использования механизмов международного сотрудничества для предотвращения развязывания гонки вооружений в области информационного противоборства названо в числе приоритетных задач при проведении научных исследований в области обеспечения национальной безопасности Российской Федерации. Усиление роли информационного противоборства признано одной из характерных черт современных военных конфликтов в Военной доктрине Российской Федерации. Раздел 13 Военной доктрины Российской федерации в качестве особенностей современных военных конфликтов называет:
а) непредсказуемость их возникновения;
б) наличие широкого спектра военно-политических, экономических, стратегических и иных целей;
в) возрастание роли современных высокоэффективных систем оружия, а также перераспределение роли различных сфер вооруженной борьбы;
г) заблаговременное проведение мероприятий информационного противоборства для достижения политических целей без применения военной силы, а в последующем - в интересах формирования благоприятной реакции мирового сообщества на применение военной силы.
Развитие сил и средств информационного противоборства в соответствии с Военной доктриной Российской Федерации также входит в задачи оснащения Вооруженных Сил и других войск вооружением, военной и специальной техникой.
Приходится признать, что отдельные группы давления ведут, и небезуспешно, информационную войну против правоохранительных органов России. Пресс-службы и руководители органов внутренних дел зачастую оказываются неготовыми к информационному противостоянию.
Достаточно богатый материал для исследований в данной области дает и судебная практика, особенно в отношении информационных споров. В доктрине информационной безопасности России открыто говорится о том, что «возросли угрозы применения информационного оружия против информационной инфраструктуры России. Работы по адекватному комплексному противодействию этим угрозам ведутся при недостаточной координации и слабом бюджетном финансировании».
В той же доктрине признается, что основными направлениями международного сотрудничества Российской Федерации в области обеспечения информационной безопасности являются «запрещение разработки, распространения и применения так называемого информационного оружия».
В числе основных положений стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года раздел второй, пункт 10, содержит упоминание информационного противоборства: «На обеспечение национальных интересов Российской Федерации негативное влияние будут оказывать вероятные рецидивы односторонних силовых подходов в международных отношениях, противоречия между основными участниками мировой политики, угроза распространения оружия массового уничтожения и его попадания в руки террористов, а также совершенствование форм противоправной деятельности в кибернетической и биологической областях, в сфере высоких технологий. Усилится глобальное информационное противоборство, возрастут угрозы стабильности индустриальных и развивающихся стран мира, их социально-экономическому развитию и демократическим институтам».
Не обойдена тема информационного противоборства и в ряде нормативных и программных документов. Перечислим их.
Федеральный закон от 28 декабря 2010 года N 390-ФЗ «О безопасности».
Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года.
Концепция общественной безопасности в Российской Федерации.
Упомянутая ранее доктрина информационной безопасности Российской Федерации.
Основы государственной политики Российской Федерации в области международной информационной безопасности на период до 2020 года.
Концепция противодействия терроризму в Российской Федерации.
Концепция обеспечения информационной безопасности органов внутренних дел Российской Федерации до 2020 года.
Тем не менее, приходится признать, что до настоящего времени не разработана общепризнанная теория информационной войны как составной части отечественного и мирового политического процесса.
В частности, отсутствуют теории и общепризнанные и распространенные концепции информационного оружия, информационного удара, поражающих факторов информационного удара, объекта информационного удара и механизма информационного воздействия.
Достаточно хорошо разработаны и применяются различные виды специальных информационных мероприятий, а также аспекты теории информационной войны, связанные с информационными технологиями.

Отсутствует также общепринятое определение информационной войны, и в ряде источников не выяснено соотношение таких категорий, как «информационно-психологическая борьба», «информационное противоборство», «информационная партизанская война», «пропаганда», «контрпропаганда», «связи с общественностью», «манипулирование сознанием».
Определение из Британской энциклопедии, основанное на применении системного подхода, также не является общепринятым и повсеместно единодушно разделяемым. К информационной войне в упомянутой энциклопедии относят «действия, предпринятые для достижения информационного превосходства путем нанесения ущерба информации, процессам, основанным на информации, а также информационным системам противника при одновременной защите собственной информации, процессов, основанных на информации и информационных систем».
Понятие информационной войны употребляется отечественными авторами произвольно. Так, А.А. Мухин в своей работе «Информационная война в России» полагает, что «в советском государстве эта война носила характер насаждения «советского образа жизни» и подавления инакомыслия». (стр. 3 указанного сочинения)
Он полагает, что «суть информационной войны в России заключается в решении Группами своих финансово-экономических проблем с помощью политических персон, медиа-ресурсов и всего другого, что есть под рукой и в собственности этих Групп».
Целью информационной войны он считает «расширение или реструктуризацию бизнеса Групп (или Группы)» (там же, стр. 5). «Группой» у А.А.Мухина считается «совокупность структур, находящихся под контролем/влиянием того или иного лица/группы лиц и принимающих активно/пассивное участие в «информационной» войне».
В.А. Лисичкин и В.Н. Шелепин определяют информационную войну как смысловую войну, форму идеологического противостояния.
Сходная точка зрения представлена группой разработчиков концепции общественной безопасности России (так называемый «Внутренний предиктор России»).
Т.Л. Миронова полагает, что «информационная война – всеоружие газет, телевидения, радио, компьютерных сетей, эстрады, театра, кино и литературы – самый современный и скорый путь уничтожения русской нации» (стр. 23). Далее информационная война определяется как «нашествие зловредных идей, разрушающих национальное сознание», «наступление лжи, изгоняющей правду», «война пришлых самозванцев против национальных вождей». Как видно, вместо определений автор данной работы использует поэтические переименования, то есть совсем иные формы мышления.
Г.Г.Почепцов, автор, пожалуй, самого полного на настоящий момент исследования в области информационных войн, определяет информационную войну как «коммуникативную технологию по воздействию на массовое сознание с кратковременными и долговременными целями» (стр. 20). По его мнению, информационная война основана на стратегии резонанса.
С.П. Расторгуев полагает, что «информационная война – это не что иное, как явные и скрытые целенаправленные информационные воздействия систем друг на друга с целью получения определенного выигрыша в материальной сфере.
Исходя из приведенного определения информационной войны, применение информационного оружия означает подачу на вход информационной самообучающейся системы такой последовательности входных данных, которая активизирует в системе определенные алгоритмы, а в случае их отсутствия - алгоритмы генерации алгоритмов.
Идя этим путем, всегда можно активизировать или сгенерировать для последующей, активизации алгоритмы самоуничтожения.
Те системы, которые претерпевают изменения при информационном воздействии, ...будем называть информационными самообучающимися системами (ИСС). Человек, народ, государство являются классическими ИСС».
Далее, он же утверждает, что «информационная война – это война алгоритмов и технологий; это война, в которой сталкиваются именно структуры систем, как носители знаний. Это значит, что информационная война – это война базовых знаний и ведется она носителями этих самых базовых знаний. На современном этапе, когда базовые знания человечества аккумулированы в рамках различных современных цивилизация, информационная война олицетворяет собой войну цивилизаций за место под солнцем в условиях все сокращающихся ресурсов».
Подводя итог, следует выделить следующие основные направления в понимании информационной войны.
Первое направление – это признание информационной войны формой и неотъемлемой частью обычной войны.
Второе направление сводит информационную войну к противоборству в сфере информационных технологий.
Третье направление признает качественную специфику информационной войны как составной части политического процесса, но сводит все ее богатство и разнообразие к противоборству в сфере смыслов. Разновидностью такого подхода является конкуренция в сфере ценностей.
Касаясь вопроса научной новизны, следует отметить, что в ряде указанных источников вместо определений используются переименования, несмотря на то, что практически в каждой названной работе вводится в научный оборот значительное количество новых источников.
Во многом это объясняется тем, что специалисты в области политического процесса отстают от практических политиков и специалистов в области прикладной политологии, избирательных и политических технологов. Для последних не является секретом то, что такие явления, как пропаганда, контрпропаганда и специальная пропаганда достаточно широко изучены, следовательно, разработаны и методы противодействия усилиям специалистов данной области.
Необходимо остановиться на специфике каждого вида деятельности из числа упомянутых выше.
Агитация основана на применении стратегии побуждения к деятельности.
Пропаганда основана на стратегии формирования узнаваемости и внедрения в общественное сознание.
Контрпропаганда призвана противостоять пропаганде противника.
Реклама основана на стратегии формирования доверия.
Связи с общественностью являются отрефлектированной практикой, основанной на стратегии поддержания присутствия в информационном пространстве.
Информационная война основана на стратегии формирования резонанса.
В течение последних более чем 60 лет после второй мировой войны наблюдается устойчивая тенденция к переходу от стратегии формирования убеждения к стратегии формирования доверия, а от нее – к стратегии резонанса.
Успех ряда зарубежных и отечественных политиков в проведении массовых акций, повышения общей и положительной узнаваемости, а также в применении резонансных технологий воздействия на сознание с целью дискредитации политических противников обеспечил повышенный интерес к механизму передачи данных и проблеме соотношения индивидуального и общественного сознания в процессе применения резонансных технологий воздействия.
Особую актуальность в связи с этим приобрели проблемы, как информационная гражданская война и информационная партизанская война с применением новейших технологий.
Последняя проблема отчетливо указывает на необходимость дальнейших теоретических и прикладных разработок таких проблем, как политический экстремизм и терроризм, а также возможность и перспективы информационной гражданской войны.
Под информационной войной автор понимает организованное и управляемое столкновение групп аналитического обеспечения деятельности субъектов политического процесса, в том числе групп давления. Они рассматриваются в качестве самостоятельного субъекта информационной войны, поскольку имеют интересы, отличные от интересов обслуживаемых ими групп давления, предпринимателей, организаций и политиков.
В качестве полноправных участников процесса необходимо рассматривать также и человеческих индивидов. Они могут выступать в качестве субъектов второго уровня в качестве
материального носителя специальных информационных мероприятий. Человеческий индивид является непосредственным носителем специальных информационных мероприятий в виде слухов, а также носителем результатов воздействия специальных информационных мероприятий в средствах массовой информации.
Таким образом, в рамках используемого подхода исследуются как первичные, так и вторичные субъекты.
Человеческий индивид является также объектом информационного удара. Под информационным ударом понимается такое первичное информационное воздействие, которое обеспечивает приведение сознания индивида в неустойчивое состояние, ситуацию выбора и переоценки ценностей, смены предпочтений или политической ориентации.
Одним из самых опасных заблуждений является рассмотрение направленности на общественное сознание как характерного признака информационного удара.
Следует отличать информационную войну от проникновения в базы данных, компьютерного шпионажа, кражи технологий, повреждения компьютерных сетей, линий связи и создания компьютерных вирусов.
Кроме того, необходимо отличать информационную войну от идеологического противостояния, так называемой смысловой борьбы, а также от соперничества проводников различных социальных идеалов.
Под информационным оружием в работе понимается специальное информационное мероприятие. Данная категория является исходной, ключевой категорией теории информационной войны.
Под информационной операцией понимается совокупность специальных информационных мероприятий, проводимых одной группой аналитического обеспечения деятельности одного из субъектов политики в рамках одной кампании.
Специальное информационное мероприятие (CИМ) рассматривается в широком и в узком смысле.
В узком смысле специальное информационное мероприятие – это публикация или передача, а также любое сообщение, включающее взламывающий блок, блок ответного удара, значимый информационный блок и закрепляющий блок. Оно может быть единичным или продолженным, в виде сериала.
Взламывающий блок предназначен для привлечения внимания рецепиента и приведения его сознания в неустойчивое состояние. Неустойчивое состояние психики человеческого индивида является необходимым условием для создания ситуации выбора, анализа предпочтений и, в конечном счете, для изменения его точки зрения.
Блок ответного удара играет важную роль в процессе концентрации информационного воздействия на неустойчивой, неопределившейся части рецепиентов. Именно благодаря наличию блока ответного удара происходит переключение внимания так называемых активных читателей, зрителей и слушателей.
Последние, как правило, чаще других устанавливают контакты со СМИ, то есть звонят и пишут в редакции, чтобы высказать свое мнение по привлекшему их внимание информационному поводу.
Блоки ответного удара, как правило, рассчитаны и на эпатаж всей аудитории, включая специалистов групп информационного и аналитического обеспечения деятельности организаций противника.
Именно благодаря наличию данного блока многие активные читатели, слушатели и зрители начинают устанавливать контакт со СМИ, не составив целостного представления обо всем специальном информационном мероприятии, зачастую даже не дочитав, не досмотрев и не дослушав его до конца.
Поспешная реакция на блок ответного удара должна отвлекать ресурсы противника, приводить к самозарождению мелких конфликтов между незаинтересованными сторонами и обусловливать определенную эмоциональную напряженность в обществе. Таким образом, оказывается возможным обеспечивать информационное сопровождение деятельности организаций, бесплатно привлекая ресурсы как независимых граждан, так и специалистов групп информационного и аналитического обеспечения деятельности организаций противника, государственных органов и независимых СМИ.
Следующий блок – значимый информационный. Он должен содержать положительное знание, которое должно быть доведено до сознания рецепиента и, по возможности, усвоено последним.
Закрепляющий блок должен обеспечить усвоение, а также инициировать действие значимого информационного блока.
В широком смысле специальное информационное мероприятие – это воспроизведение ситуации выбора и неустойчивости после повторного воздействия на индивидуальное сознание элементов мероприятия с помощью подвергшихся его воздействию человеческих индивидов (например, при запуске механизма распространения слухов).
Механизм воздействия специальных информационных мероприятий на индивидуальное сознание описывается с помощью теории автокоммуникации, элементы которой разрабатывались отечественными историками и психологами в 1970-е годы, прежде всего Ю.М. Лотманом.
Так как для осуществления процесса коммуникации необходимо наличие двух нетождественных сторон, то автокоммуникация, характеризующаяся, прежде всего совпадением адресанта и адресата, возможна только в том случае, когда личность находится в состоянии неустойчивого динамического равновесия. При этом индивид может оценить, какие личностные предпочтения для него более приемлемы – те, которые были до момента автокоммуникации, или же приобретенные совсем недавно, еще нуждающиеся в становлении и закреплении.
Запуск механизма автокоммуникации – это и есть результат первичного воздействия специального информационного мероприятия на сознание воспринимающего информацию индивида.
Таким образом, сущность автокоммуникации заключается в закономерном изменении личностных предпочтений вследствие осуществления выбора форм поведения, религиозных и политических убеждений, ориентаций, социальных идеалов, музыкальных, бытовых и других пристрастий.
Результат автокоммуникации – расширение мировоззрения человека, самоанализ, размышления над моральными проблемами. Таким образом, диалог человека с самим собой (отсюда и название – «автокоммуникация») приводит к ряду значимых социальных последствий.
Феноменологически, на уровне явления, специалисты обычно сталкиваются с двумя типами последствий автокоммуникации. У Ю.М. Лотмана, автора теории автокоммуникации, описан случай, когда два индивида начинают вести себя как одно целое. В практике избирательных и политических технологов данный тип автокоммуникации встречается при проведении специальных информационных мероприятий, направленных на мобилизацию сторонников. Другой тип автокоммуникации встречается значительно чаще. Он связан со сменой установок поведения человеческого индивида, подвергшегося воздействию информационного оружия. Образно выражаясь, в первом случае применение информационного оружия приводит к объединению сторонников революции, а во втором случае революция происходит в сознании индивида.
Социологический смысл поражающего воздействия информационного оружия эффективнее всего может быть раскрыт с помощью теории референтных групп.
К последствиям воздействия информационного оружия возможно отнести смену идеальной, компаративной и нормативной референтных групп индивида, подвергшегося воздействию информационного оружия, то есть специального информационного мероприятия, а также возможную смену референтной группы присутствия и, впоследствии, смену малой социальной группы, к которой индивид ранее принадлежал, возможные конфликты в семье, а также участие в политической деятельности, в том числе и в явно противозаконных формах.
Социологический смысл автокоммуникации как механизма воздействия информационного оружия на индивидуальное сознание заключается в приведении в неустойчивое состояние системы референтных групп человеческого индивида, выпадению отдельных элементов прежде всего нормативной и компаративной референтных групп и замене их новыми. При этом замена происходит не обязательно на те элементы, которые были предложены субъектами информационной войны. Процесс реструктуризации референтных групп обладает определенной спецификой и допускает при ненадлежащем рассмотрении иллюзии со стороны отдельных исследователей. Сущность данных иллюзий заключается в том, что смена референтных групп и их реструктуризация принципиально не может быть оценена как предсказуемая.
Тем не менее, с помощью доступных конкретных социологических исследований возможно классифицировать процесс смены референтных групп и результаты автокоммуникации в зависимости от социально-психологических типов.
Особенность воздействия на личность в ходе информационной войны заключается в том, что процесс автокоммуникации запускается внешними силами, с помощью внешнего раздражителя и безотносительно к воле самого индивида, подвергшегося информационному воздействию. Чаще всего, инициальным моментом автокоммуникации может стать любой синтагматически организованный текст. На инициальном этапе автокоммуникация обратима. В случае продолжения воздействия процесс реструктуризации референтных групп уже невозможно остановить. Помимо моральных проблем, относящихся к предмету этики, в данном случае возникают правовые проблемы.
Прежде всего – это проблема законности манипулирования общественным сознанием, проблема права на личную безопасность, а также права на получение информации.
Специалисты в области информационных войн, проводя специальные информационные мероприятия, открыто ориентируются на внушаемых индивидов, число которых определяется эмпирическим путем в пределах от 20 до 25 процентов от общего числа рецепиентов в аудитории.
При этом проведение специальных информационных мероприятий возможно и в рамках действующего законодательства. Более того, в процессе автокоммуникации человек приобретает убеждение в том, что смена позиций, предпочтений и идеалов не является результатом внешнего воздействия, а основана на личных предпочтениях и обусловлена свободным выбором. Правовые последствия информационных войн нуждаются в отдельном исследовании с привлечением специалистов в области права.
Действие специальных информационных мероприятий возможно сравнить с действием оружия массового поражения, в частности, с бактериологическим оружием. Условно, элементы специальных информационных мероприятий являются аналогом различных инфекций, а люди и каналы информации и связи, а также СМИ являются переносчиками инфекции.
Сущность и механизм информационной войны, таким образом, объясняются на примере применения специальных информационных мероприятий. Основные проявления информационной войны также возможно отследить по реакции на применение информационного оружия.
Средства и методы защиты от информационного оружия существуют и достаточно успешно применяются. К ним следует отнести переключение внимания, вытеснение информационного удара (информационного повода) и демифологизацию. В первом случае необходимо ввести в информационно пространство информационный повод, обладающий большим информационным потенциалом, нежели примененное информационное оружие, а также провести серию мероприятий по актуализации данного повода. Во втором случае необходимо проведение ряда мелких скоординированных специальных информационных мероприятий с относительно большим резонансом. В третьем случае необходимо проведение серии сложных мероприятий по раскрытию истинных или мнимых мотивов, механизмов и целей мероприятия. Подобные действия требуют очень хорошей подготовки специалистов, хотя и являются самыми эффективными.
Рассмотрим принципы информационной войны.
Принцип адресности. «Не любо – не смотри (не слушай, не читай)!»
Информационная война ведется с определенной целью, в расчете на определенную целевую аудиторию. При этом объект информационного удара может не совпадать с целевой аудиторией.
Принцип наступления. «Бей первым!» «Контрразведка боем».
Первый информационный удар позволяет навязать противнику стиль ведения кампании и направить деятельность противника в выгодном направлении.
Принцип непрерывного действия. «Не давать врагу опомниться!»
Для создания у противника чувства безысходности и неуверенности в собственных силах необходимо все время менять направление информационных ударов и непрерывно создавать новые информационные поводы. При этом лучше всего озвучивать хорошо известные положения, которые не принято освещать в СМИ и просто широко обсуждать.
Принцип реализма. «Вести войну реальную, а не виртуальную!»
Необходимо отталкиваться от реальности и не создавать картины действительности, не имеющей отношения к самой действительности.
Принцип вовлеченности. «Наша война – твоя война!» «Мы сражаемся за вас!»
Необходимо изучать и использовать интересы целевой аудитории и других групп и индивидов. Атака противника с целью реальной защиты реальных интересов реальных людей и групп повышает эффективность мероприятий и позволяет отвлечь внимание аудитории от защиты собственных интересов.
Принцип закономерного искажения действительности. «Как ты скажешь – так и было!»
Пользуясь преимуществом в количестве носителей информации или в скорости доведения информации до целевой аудитории исказить реальную картину действительности в своих интересах.
В качестве методов исследования информационной войны наиболее приемлемо использовать метод анализа текстов, метод демифологизации, а также исторический метод.
Теоретическая значимость исследований в области информационной войны заключается в возможности использования выводов и материалов для дальнейшего развития исследований в области мирового и отечественного политического процесса.
Практическая значимость заключается в возможности разработки методологии, методики и техники обеспечения безопасности личности, а также в возможности использования данных и выводов при подготовке специалистов в области связей с общественностью, международных отношений, международной информатики, политического процесса и различных отраслей права.

Литература

1. Доктрина информационной безопасности России. Утверждена Президентом Российской Федерации 09.09.2000 // [ссылка]
2. Лисичкин В.А, Шелепин В.Н. «Третья мировая информационно-психологическая война». М., - 1999.
3. Миронова Т.Л. «Как из нас делают быдло». М., - 1999.
4. Мухин А.А. «Информационная война в России». М., - 1999.
5. Никаноров С.П. Уроки СССР. Исторически нерешенные проблемы как факторы возникновения, развития и угасания СССР. М., 2011.
6. Почепцов Г.Г. Информационные войны в бизнесе и политике. – Киев, 1999 г.
7. Расторгуев С.П. Информационная война. М., 1999.
8. Лотман Ю.М. Автокоммуникация: "Я" и "Другой" как адресаты
(О двух моделях коммуникации в системе культуры) // Лотман Ю. М. Семиосфера. — С.-Петербург: Искусство—СПБ, 2000. – С.159-165.


закрыть...

Оцените статью