Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Владимир Путин как средний европеец.

Мировой кризис

13.08.2014 05:25  

Валерий Суриков

150

Двенадцать тысяч знаков на тему принципиального европоцентризма российского президента, о его, увы, не парадигмальных колебаниях между Россией-цивилизацией и Россией-корпорацией.

Александру   Дугину (1 ) удалось, кажется,   подобрать     два  понятия,  с  помощью  которых   можно  приблизиться  к  более или менее  адекватному   пониманию  бытия  российского   последних  лет -   всех четырех   президентств В.  Путина. Медведевские посиделки  в Кремле были, конечно же,  инсценировкой.  Или, если  угодно,    дерзким  маневром  с двумя совершенно конкретными   задачами  перед  Дмитрием   Анатольевичем :  четырехлетний  срок высшей  власти  превратить  в  шестилетний;  а ту  часть  общества,  что еще не  избавилась  от иллюзий советских  времен,   пугануть либерализмом   покруче и  попохабнее.   И нельзя  не признать,  Д.А.  не подкачал:  ЕГЭ,  ювеналка,  83-ий   Федеральный  закон, Ливия,  ВТО ... На     фоне этого скорбного    списка  возвращение В. Путина  в  Кремль очень легко можно   было  подать  как...  избавление.

  Россия-цивилизация   и Россия-корпорация  -  вот  те  два    понятия, оперируя  которыми А. Дугин   многое   и  весьма убедительно  объясняет.   И  главное,  ему   удается  представить президента   Путина,  как  политическую  фигуру,  ведущую  исключительно  сложную,  изощренную даже,  глобальную  игру.  Очевиден  из  рассуждений   А. Дугина  и  ответ  на  вопрос:  за какую  Россию  ведет  борьбу  российский  президент  -  за  Россию-корпорацию,  обладающую  максимальной из возможных  степенью  самостоятельности   в   рамках  мировой капиталистической  корпорации.

Не  оценивает А.  Дугин  как   нулевую  и вероятность  преображения   президента  Путина  -  переориентации   его   борьбы  с России-корпорации   на  Россию-цивилизацию. Российский президент, по мнению  А.  Дугина,   " не был готов к реальному диалогу с Русским Миром, так как это требовало глубинного пересмотра всего содержания корпорации Россия",    поскольку   "ни институты, ни мировоззрение, ни политика, ни экономика, ни культура, ни образование, которые существуют в современной России (суверенная корпорация) совершенно не подходят к Русскому Миру

,  не соответствуют русским ценностям" и не совместимы с Русской Идеей".  И  тем  не  менее , считает  А.  Дугин,   нынешняя   политическая   ситуация    неизбежно  развернет   В.  Путина   к  России- цивилизации.  Хамское  давление  Америки  на  суверенитет России-корпорации, являющийся главной  заботой  В. Путина, и  предопределит этот  разворот -   янки " не оставили Путину никакого выхода, кроме как обратиться к цивилизации Россия, что по своей воле Путин делать не хотел и все время откладывал".

   А.  Дугин определенно  стремится объективизировать  колебание  В. Путина  - объяснить его  не  только  внешними  обстоятельствами,   но  и      российскими     противоречиями:    переход  к   России- цивилизации  внутренне еще  не  вызрел,   и  форсирование  его   вполне  может обернуться потерей  стабильности. Президент  Путин подается, таким  образом,    в  качестве  осмотрительнейшего стратега: колебание    его   оценивается  по  высшему  разряду:" очень осмысленное и глубокое"   -  "парадигмальное колебание."

Но  именно  с  выбором  А. Дугина  в  пользу  парадигмальности колебаний  президента ,  то  есть   в  пользу  их безусловной   объективности,  и  не  хочется  соглашаться -   слишком уж много  было в них   всегда тривиального  ситуативного   ерзанья (2).  Отнюдь  не  выбор между  двумя  парадигмами   генерировал их, а, скорей,  стремление одну  парадигму  использовать  в  качестве  прикрытия  для  другой.  Увы, но реализм  В.  Путина  зиждился, похоже,   не    на его   трезвой  оценке  реального влияния каждой парадигмы  в  обществе, а  на  умении использовать   глубинную,  ментальную   предрасположенность наших  граждан  к парадигме   Россия- цивилизация.  И  прикрывать   ею      острожное, вкрадчивое   движение  к  основной цели  - к  России-корпорации.  Эта   цель,   являющаяся  личной  установкой   гражданина   России  Путина  Владимира   Владимировича, скорей   всего,  всё   и определяет -  в значительно    большей   степени,  чем внутренние и  внешние  политические  обстоятельства.

Если  же  Россия-цивилизация  для  российского  президента  - это  не  альтернатива, а всего лишь  камуфляж,  то  в   качестве   опорной (мировоззренческой)   формулы В. Путина    остается   признать  его  заветное  - " Европа  от Лиссабона до   Владивостока":  Россия  есть  неотъемлемая  часть  западноевропейской  цивилизации, но  войти  в  нее    она  должна  не  в  качестве  приживалки, а в  полном  соответствии  со  своей   ресурсной  мощью...

С  тем,  что  двум  медведям  в  одной  берлоге  не ужиться,   В.  Путин согласился      давно -  пробный   шар под  названием  "мюнхенская  речь"  это  впервые  и  засвидетельствовал.  События  времен   беспутного   медведианства  в  этой  простой   мысли утвердили его  окончательно,  а  Украина   февраля- марта 2014-го  ликвидировала, видимо,  последние  иллюзии  в  отношении истинных американских   намерений.  И  задача     "Россия  в   большой   Европе    на  равных "     окончательно,  судя  по  всему, оформились для  В.  Путина, как  задача "Европа без Америки".  Определенные  надежды  на   разросшиеся  экономические  связи  с  Европой,  в  жертву   которым  и   были  принесены  когда-то почти  все  достижения  советского    периода,    существовали  и   были  не  лишены  оснований. Но  они    явно  не  учитывали   цивилизационный    характер  противостояния  России  и  Западной  Европы, который  в  критической  ситуации и   напомнил  о  себе   очередной  раз  - событиями  на  Украине весной-летом  этого  года.  США и  Западная  Европа   едины,  прежде  всего цивилизационно,  и   Европа,   как  и  прежде,  готова  на  любые   жертвы  ради  этого  единства.    Русская  активность  в  Малороссии    переносила  границу  Европы  от Лиссабона  на  Днепр  и разрушала путинскую парадигму России-корпорации.  Понимание  этого и заставило  российского  президента  стремительно  подморозить Русскую   весну.   

Парадигма  В.  Путина  с ее  ставкой на  влиятельную  Россию- корпорацию  и    западноевропейские  ценности, скорей всего, особо не менялась за годы его правления - оформился в ней за это время лишь антиамериканский мотив. И все  эти  годы  неизбывно  существовал  вопрос, насколько В.Путин самостоятелен в  выборе этой парадигмы,  в какой степени этот  выбор  -  следствие его личных идеологических предпочтений, а в какой - результат принуждения,  подчинения  обстоятельствам. Признать  принуждение  и подчинение   в качестве  серьезного  фактора  сложно,  поскольку    для Россия  с ее  ресурсной   мощью  и  тем    уникальным мировым авторитетом, который  она  приобрела   в  истории, такие  понятия  как принуждение- подчинение  бессмысленны   даже  при  наислабейшем, ничтожнейшем  правителе.  Очевидно,  что  В. Путин  к  таковым  не  относится, и  потому  его  выбор  в   пользу   России- корпорации, похоже,   сознателен, внутренне  обоснован.  Он  убежденный  средний  европеец  по  своим мировоззренческим,  ценностным   установкам.  Принадлежность  к   иной  цивилизации и  генетическая  связь  с ней, конечно  же, не  может  не  оказывать  на него  влияния  -  в  лучах  исторического  величия  России    и  на лице  среднего  европейца  проступит   лик  если не величия,  то  суверенности.    Что,  видимо,   и  находит   свое  выражение      в  идее   незалежной  России- корпорации,  которую  и пытается  реализовать  В. Путин.

И   следовательно, конкретная  проблема,  которую  он  пытается  решить, не  сводится  к  выбору  между  корпорацией   и  цивилизацией - она  иного  плана:  как удержать  Россию  на  пути  к суверенной  корпорации  в  течении  того   времени,  пока в  сознании  ее  граждан    еще  жива  ностальгия по  русскому  и  советскому  цивилизационному   величию,  пока  они в  массе  своей  не  стали  средними  европейцами. Такое   понимание  основной  задачи,  решаемой В. Путиным,   объясняет ,похоже,  многое:  и  сердюковщину  и марш-бросок  в  ВТО и  разгул в образовании  ублюдочного   ЕГЭ ,и  надругательство   над  Академией Наук,   и  перемигивания  с  Европой  по  поводу    ювеналки  и гомиков.  За  всем этим  и многим  другим  одно

-    принципиальный   мировоззренческий евроцентризм  В.  Путина. Его  надежды на существующую  у России возможность   быть вполне  суверенным  государством-корпорацией:  максимально  приблизиться  к  Европе,  но  не  смешаться  с ней.  Он весь  во власти этой надежды, этой иллюзии: уж  Россия-то устоит  перед катком  европейского   усреднения.    Его  генетическая  связь  с  русской  цивилизацией  исключительно в  этой  надежде    и проявляется.

Еропоцентризм  В.  Путина,  оформившийся  в конкретную  идею России, как суверенной  корпорации  в  рамках  единой  Европы от Лиссабона до  Владивостока,  не  только непротиворечиво   соединяет   многие   акты текущей путинской внешней  и  внутренней   политики. Отлично  вписываются  в нее  и такие   стратегические   ходы, как   сближение    с  Китаем, как  активизация  России   на южноамериканском  направлении.  И  в том,    и в  другом    присутствует    очевидный  антиамериканский мотив -  русско-американское  противостояние   в  борьбе  за  Европу.

   Обслуживают  европоцентризм  Путина   и  его  евразийские   симпатии.  Судя  по  всему,  его  во  всех  отношениях  устраивает   современная,  мультикультуралисткая по  своей сути   концепция евразийства,  представленная  в  разработках  А. Дугина.   Мне уже  приходилось  и  достаточно  подробно,   высказываться (3 ) по  поводу ограниченности  этой   концепции,   и  в  частности о  том,  что  устойчивое  и  перспективное    евразийское  объединение  народов  может  состояться   только тогда,  когда   в  основу   его   будет   положена   русская  цивилизация  -   поликонфессиональное  и многонациональное  государство  с  русским   православным  ядром.

К  сожалению,  строительство  евразийского  союза  началось  по преимуществу на  принципах   механического  смешивания. Впрочем , иным  оно  пока  и  не  может  быть,  поскольку   сама  Россия  в  ее  настоящем  состоянии,  увы,  не  является   многонациональным государством  с  русским  православным   ядром...  Но   в  европоцентристскую   парадигму В.  Путина   идея      евразийского союза  как мультикультурной  смеси  хорошо   вписывается -  это  форма  все   той  же   борьбы   за  Россию  от Владивостока до Лиссабона.

В  основу настоящей статьи  положена  публикация  А.  Дугина  от  22  июля 2014-го.  Но  уже  в  публикации,  практически  на   ту  же   тему, от  2   августа  (4)     он    фактически отказывается  от  идеи  парадигмального  колебания: "Путин я убежден, никогда не сделает выбора ни в одну, ни в другую сторону. Этот момент ушел. Отныне он будет только мерцать (как впрочем и раньше) ..." Глагол  мерцать,  согласимся, более деликатный,  чем   глагол  ерзать,  поскольку  предполагает  наличие  некого внутреннего источника  колебаний  и   понижает тем  самым роль  внешних обстоятельств.   Но  оба  глагола    с  исчерпывающей  полнотой   передают  принципиальную    неопределенность   позиции  президента. А.  Дугин  очень  удачно  вспоминает    в  связи с  этим и о постмодерне: " нарратив разорван. Тем самым достигнута чистая спонтанность постмодерна";  и  о наполовину  пустом-заполненном  стакане: "тщетны надежды тех, кто полагает, что в один момент капля, одна золотая акция перевесит и он станет либо на 51% полный, либо на 51% все-таки пустой. Не выйдет! дает понять флегматичный президент, стакан запаян. Ни долить в него, ни отлить не получится. Запаяно и всё. Это вечные полстакана – строго 50% на 50%."

"Полстакана запаяны"... русская  партия  и партия   Запада...  "их радикальное  глубинное противостояние" ...  "и Путин не между ними -  он в стороне"...  "он не будет нам помогать, но и не будет нам мешать".

      Очевидно, что  эти   жесткие    характеристики  свидетельствуют  о  том,  что  вероятность   идеологического преображения  российского  президента  оценивается А. Дугиным   теперь    как   нулевая.       И, действительно,   шансы извлечь президента Путина  из  состояния   "средний  европеец"  ничтожны,  поскольку процесс  среднеевропеизации -  из  числа    самопроизвольных,  а  роль  таких  процессов  с  возрастом  возрастает, как  правило,  по  экспоненте.

       Так  что надеяться остается    только  на  две  вещи.  На  чудесный 

запуск  в  сознании  президента  России некого генератора  свободной  энергии,  который  и развернет   его  вспять - к  генетическим   корням.    А  также  -  на  глупость  Обамы и солидарных ему политических  лидеров  Европы.  Они  давят на Путина,  они выстраивают  свою политику  на  этом  давление и   совершенно  не  учитывают  его  самодостаточности  и  связанной  с ней  способности  на внезапную  и  дерзкую  ответную  реакцию. Да ее  вероятность  крайне   мала,  как  всякой   внезапной  дерзости.    Но     человека  тупо  загоняют  в  угол  и,  если  он  привык  держать  удар  и не  ломается,  то   он   непременно   дерзко  ответит  - сразу  же,  как    окончательно поймет,  что  выбирать ему  нужно  между  жизнью  и  смертью. Это   и  запустит  процесс преображения  -   процесс понимания,  что  начинать  строить   Большую   Европу(  от Лиссабона  до  Владивостока)    нужно  с  другого   конца  - через       усиление   России, как  цивилизации,  а  не  через встраивание ее   в  подгнивший Запад. Сама  Россия  с ее   русским  православным   ядром,  с  оболочкой  ориентированных  на  русскую  культуру стран  Евразии  и  Европы  и     облаком ассоциирующихся  с  этим образованием государств  -  вот    модель, реализация  которой     и  поставит   Америку  на соответствующее ей в  мире   место.

 Нельзя  исключать,  что, указ, подписанный  В.Путиным  6  августа  2014  года,  и окажется той   самой  дерзкой  реакцией,  вероятность  которой  еще   5  августа  оценивалась как  нулевая.  Если он,  конечно,  не ограничится  правительственным  списком  запрещенных для  ввоза в  страну   товаров,  а  будет  реализован  в стимулирующих  отечественное   производство (прежде всего  малого и  среднего бизнеса)  постановлениях  и  кадровых  решениях. При  хорошей  подготовке и  твердости  в  осуществлении  такой  указ   и  в самом  деле может отрезвить  Европу.  И  понудить   ее    прокричать  " на  место"   банде,  захватившей   власть  в  Киеве.

  И  стать    наилучшей военной  помощью  для  сражающейся Новороссии.

Примечания.

1. Александр Дугин. "Народ  и Путин: парадигмальные колебания"
http://rossia3.ru/narod_i_putin

2.   Понятие  "ерзанье"  кажется  мне здесь   куда более подходящим. И  уже  давно. "О  маневрах  и   ерзанье. И  о прошмандовках   -   куда  же  нынче   без  них..."  - http://vsurikov.ru/clicks/clicks.php?uri=2012/2012p0827proshm.htm

3. "Девять бесед о евразийстве ( конспект)" http://vsurikov.ru/clicks/clicks.php?uri=2014/2014p0410evraz.htm

4. Александр Дугин Русская Партия и эпилог мерцания http://eurasiainform.md/russkaya-partiya-i-epilog-mercaniya-aleksandr-dugin.html


Оцените статью