Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Обществоведение для всех, от школьника до президента.1.1

Мировой кризис

29.06.2016 06:41  

ujif_007

120

Это самая короткая часть книги, но получилась она очень сложной и объёмной. Для самого обществоведения эта глава в общем не обязательна, но если в ходе чтения книги вы потеряли нить смысла, то вам следует вернуться к этой части и решение придёт само.

Часть1. Основы Науковедения (начало)

 

К сожалению, последнее время как средняя, так и высшая школа вообще перестала давать целостное понятие науки и её метода. Но без этого невозможно не только познание мира и получение новых знаний, но также использование и сохранение того что уже познано. Более того вместо традиционного для России академического образования (системно-структурного), повсеместно внедряется энциклопедическое (отрывочно-мозаичное), что зачастую не даёт грамотно пользоваться даже изученным материалом. Поэтому разговор об обществоведении да ещё с позиций марксизма, приходится начинать с самого начала, т.е. науковедения.

Это самая короткая часть книги, но получилась она очень сложной и объёмной. Для самого обществоведения эта глава в общем не обязательна, но если в ходе чтения книги вы потеряли нить смысла, то вам следует вернуться к этой части и решение придёт само.

  1. Свойства языка

Для понимания основ науковедения и последующего восприятия этой книги, необходимо поговорить о том чуде, которое доступно всем нам, потому что мы разумны. Я говорю о великом чуде языка, о той подлинной магии, которою он обладает и которая доступна каждому из нас.

Язык это вербальная сигнальная система, которая через систему фонетических и зачастую графических символов отражает всё то, что мы смогли выделить чувственно (посредством органов чувств) в окружающей среде, а также всё то, что мы смогли идеализировать (абстрагировать) из этого.  Целью существования языка является потребность в создании единой картины отраженного мира, которая позволяет людям договариваться между собой о любом элементе этой картины.

В самом определении языка уже содержится парадокс, основанный на главной особенности развития языка. Во-первых, нам известно только то, что выражено вербально, т.е. словом, следовательно, то, что еще не имеет языкового отражения, для нашего коллективного сознания не существует.  При этом язык это всегда искаженное отражение действительности в этом смысле изречение древних – сказанное есть ложь –  всегда истинно.

Во-вторых, это отражение имеет как объективную сторону, всё-таки он привязан к предметам выделенными нами из действительного мира, так и субъективную, поскольку является нашей личной интерпретацией реакции наших органов чувств.

В-третьих, на основе логических манипуляций с языковыми символами мы можем абстрагироваться от видимого явления и получать идеальные и фиктивные предметы и явления, т.е. несуществующие. С которыми можно работать, также как и с реальными объектами.

В-четвёртых, язык (слово) не описывает мир, в котором мы живём, а описывает и отражает наше отношение к этому миру, его «полезной функциональности» для нас. Но эта «полезная функциональность» очень изменчива, и её можно менять, расставляя иные приоритеты полезности.

В-пятых, назначаемые имена, имеют свою внутреннюю структуру и последовательность.  Само изменение имени предмета, нахождение или создание нового полностью  меняет картину мира. При изменении картины мира изменяются и связи между прежними именами, т.е. на одних и тех же основаниях можно создавать множество виртуальных реальностей, с различными возможными алгоритмами поведения. 

Все эти возможности языка стали источником магии и магических ритуалов, естественно реальные возможности магии не столь обширны как в волшебных сказках. В качестве несколько курьезного примера можно привести отечественную школу практической психологии  «бытовой магии – «Симарон»», в основе которой лежит изменение имени обычного предмета и присвоение ему новых удобных для «мага» свойств. Как ни странно, но это работает, создается впечатление, что переименованные предметы обретают вторую тайную жизнь, верно служа своему хозяину. В действительности это действие влияет только на самого «мага», позволяя ему по-новому смотреть на обыденность, и как следствие находить более эффективные решения.

  1. Правило имен.

Имя (слово - символ языка) самостоятельная частная форма присвоения, тот, кто присвоил имя, имеет преимущественные права пользования над поименованным предметом осуществления технологических, юридических и логических операций, реализуется как право первооткрывателя.

В первую очередь это позволяет познавать мир.  Все чувственно выделенные свойства мира представлены в виде поименованных предметов или их связей и свойств, при этом это знание присваивается автором имени и может быть передано любому, способному понять эти имена, простым перечислением последовательности имен их связей и свойств. При передаче имени  передается и право пользования им.

Во-вторых, это позволяет создавать алгоритмы действия (технологии) присваивать их на правах собственности и передавать их на тех же условиях.

В-третьих, изменение даже одного имени приводит к общей перекоммутации связей всех имён, как следствие получению новой отражённой картинки мира. Чтобы избежать частой смены картинки мира, человек ввёл собственные имена для создания особых путей коммутации не требующих перекоммутации всей картинки мира.

Сами имена назначаются случайно на основании того, что чувственно выделено в данный момент, не говоря уже об абстракциях, поэтому в разных языковых средах ни звучание, ни значение их может не совпадать, кроме того, можно создавать имена для неизвестного действующего и не выделенного чувственно. Эти «волшебные фокусы» стали возможны, в том числе и благодаря сложной и многомерной структуре самого языка, размерность которого изменяется от двух до пяти.

  1. Многомерность языка

Сразу при этом отметим, что есть и мономерный язык, это математика. Число это тоже слово, но оно в отличие от слова нашего языка мономерно, поэтому мы обычно говорим об исчисление имён или высказываний. Кстати, математики свои математические уравнения также называют высказыванием. И хотя в основе математики лежит всего четыре слова (0+1=), но здание математики построенное нами, пожалуй, самое величественное из всех наук. Мономерность языка математики определена числовым рядом, который разворачивается только в одну линию, что не мешает математике моделировать любую размерность,  благодаря этому она универсальна. Геометрия, как язык, скорее диалект математики, также мономерна в основе её построений лежит безразмерная точка (эквивалент нуля) и её перемещение с фиксацией следа и также может моделировать любую размерность. Но моделировать любую размерность не значит ею пользоваться.

Вроде было бы логично в продолжении перейти от мономерного к двумерным языкам, но мы начнём с пятимерного языка поэзии. Информативность поэтической строки очень высока поскольку, кроме обычной вербальной смысловой информации она несёт характеристику, передающую эмоционально чувственное состояние. Причем это относится непросто к рифмованному тексту, а именно к стиху как отражению внутренних стихий человека, его природной основы, через слово, который может быть представлен в том числе белым стихом (без рифм) и одним единственным словом.

Стих из одного единственного слова также называется словотворчеством – правильным словотворчеством, когда данное нами имя выделенной полезности само «прилипает» к таковой, отражая эмоционально чувственное родство имени и явления. Первичное состояние языка это всегда поэзия, именно из буйства внутренних стихий рождаются имена и их смыслы, в том числе и правила грамматики, которые уже потом становятся неотъемлемой частью четырехмерного языка, то есть литературного языка.

Так от языка как порождения природных стихий ограниченного только формой слова, мы переходим к языку вербальных смыслов – четырёхмерному языку (литературному языку). Его совершенство и успешность в отражении смыслов напрямую зависит от того насколько в этих смыслах отражен путь создания фонетического образа слов. Именно этот путь даёт нам правильную грамматику, синтаксис, пунктуацию и всё, то остальное, что дает возможность на нём правильно изъяснятся, в том числе в письменной форме. И хотя в нём возможности собственно словотворчества отсутствуют, четырёхмерность позволяет существование иных вольностей, которые также зовут омонимы, синонимы, антонимы, степени сравнения и обобщения любого уровня общности и т.д.

Язык науки несколько суховат и скучен, поскольку требователен к внутренней логике самой науки, что зачастую до сих пор обеспечивается посредством научной схоластики (специальная технология ссылок). Но, то что ранее помогало развивать науку сегодня неоправданно перегружают повторами научные тексты, ссылки сегодня уже зачастую это информационный мусор. Поэтому в этой книге их очень мало, обычно это собственные имена выявленных наукой законов и последовательностей. Трехмерный язык науки во многом лишён вольностей четырехмерности например, в нём запрещены  омонимы, а синонимы существуют только как образы аналогий и моделей. Язык науки мозаичен, по сути, каждая отрасль науки пользуется своим собственным языком.

Поскольку наука творит понятия, которые пишутся словами литературного языка, то зачастую грамотные научные высказывания становятся очень длинными. Это приводит к желанию сократить высказывание при сохранении его грамотности, что можно сделать, если заместить стандартные высказывания на специально выделенные символы – т.е. через введения термина. Примерно с XVII веке учёные решили научные термины формировать из мёртвых языков как то древнегреческого и латыни. Сегодня благодаря такой стандартизации, уже по многим отраслям науки учёные разных стран могут продуктивно общаются между собой, не зная литературного языка, друг друга.

Но для технологий язык науки оказался слишком волен, нужен был иной ещё более строгий и однозначный язык. С одной стороны этот язык должен быть абсолютно однозначным, а с другой относится только к данной технологии. Поэтому двумерный язык технологий существует как множество самостоятельных языков использующих одни и те же слова литературного и научного языка, и жестко привязанных к конкретным технологиям.

Хотя в этой книге очень широко используется трёхмерный язык, который значительно разбавлен литературным, чтобы избежать излишней схоластики. Но мы разберём свойства только технологических языков  как наиболее «волшебных».

 

  1. Свойства двумерных языков

Двумерный язык технологий самый скучный, он обладает единой и очень строгой грамматикой,  он относится только к конкретной выделенной грани явления и поэтому существует как множество самостоятельных языков использующих одни и те же слова. Их общие свойства определены правом как отраслью знания или даже правом как основы познания.  Но именно благодаря этому достигается «абсолютная однозначность» конкретного технологического языка.  А это значит, что по рецепту борща вы сварите борщ, а не мартеновскую сталь.  Это же относится и к юриспруденции, как одному из  языков социальных технологий. Остановимся на нем более подробно, поскольку указанные свойства характерны для всех двумерных языков.  Юридический язык изначально строился, как и всякая технология, разница существовала лишь в том, что это была социальная технология, связывающая человека с человеком и с результатами их деятельности.

Юридический язык –  это специальный двумерный язык предназначен исключительно для написания закона, правовых  документов и судопроизводства, состоит из множества обязательных стандартных выражений, которые исторически могут замещаться на сокращения или употребляться по умолчанию.

Имя в юридическом языке (термин) – это словосочетание,  состоящее из одного или более имен литературного и (или) научного языка,  через определение которого указываются все прямые связи этого имени с другими именами юридического языка. Имена правовых состояний образуют свой собственный класс и указывают на отношения собственности, подчиненности,  а также для образования юридических и доверенных  лиц.

Эти определения указывают на то что юридический язык еще более национален, чем литературный, более того перевод закона на иной язык всегда уже не закон, а литературное произведение. Юридический язык имеет ещё одну уникальную способность, возможность введения в реальность фиктивных объектов и лиц, которые затем рассматриваются как существующие реально, но существуют они только в пределах данной технологии. Это происходит оттого, что юриспруденция рассматривает не предмет, а отношение между людьми по поводу предмета, поэтому триада прав зачастую рассматривается на условном (фиктивном) предмете. По этой же причине язык финансовых технологий это разновидность юридического языка, все остальные технологии пользуются только реальными объектами.

Общие правила для всех двумерных языков:

1.           Один и тот же объект двумерного языка не может иметь более одного имени – запрет на синонимы.

2.           Одно и тоже имя двумерного языка не может относиться к разным объектам технологии – запрет на омонимы.

3.           Объект двумерного языка имеет жестко закрепленные границы – запрет на степень сравнения.

4.           Имя двумерного языка вследствие его однозначности и определенности не имеет противопоставлений – запрет на антонимы.

5.           Имя двумерного языка это термин, который не может изменять свое значение до тех пор, пока данная технология существует.

Следствие из общих правил двумерного языка:

1.           Имя двумерного языка это термин, состоящий из одного и более имен литературного и (или) научного языка применимый только в рамках технологии, для которой он был создан.

2.           При создании термина двумерного языка необходимо дать его полное определение в рамках рассматриваемой технологии.

Все технологии, а не только юридические строятся, как триада прав, где последовательность подключения права определяет технологическую операцию.

  1. Право пользования означает непосредственную манипуляцию с объектом технологии.
  2. Право владение означает момент определения возможности манипулирования – правил пользования.
  3. Право распоряжения в общем случае означает уничтожение, т.е. трансформацию прежнего объекта в новый с обязательным переименованием, например: дерево-бревно-доска-стол.

Графическое отображение общего свойства двумерного языка.

1

2

3

 

1

2

3

1

2

3

 

 

1

2

3

1

2

3

 

1

2

3

1

2

3

 

1

 

 Право пользования

2

 

 Право владения

3

 

 Право распоряжения

 

На схеме отображена простая трех ходовая технология (три строки), ходов может быть сколько угодно, в случае сложной технологии создаются параллельные пакеты технологий, которые в конечном итоге объединяются, через технологии связей (поперечные).  Все технологии строятся от общего к частному, на схеме сверху вниз и слева направо, а исполняются в обратной последовательности, т.е.: новое имя - правило манипуляций – манипуляция – новое имя.

Общее свойство всех двумерных языков:

Все технологии, записаны в форме двумерного языка, имеют единую структуру, состоящую из единым образом связанных одинаковых элементов, которые всегда представляют собой взаимосвязь трех прав, позволяющих однозначно манипулировать поименованными предметами, и получать заранее ожидаемый результат.

Благодаря тому, что все технологии основаны на праве, каждый из нас имеет инстинктивное ощущение закона его правды и справедливости. Управление государством также относиться к технологиям, и также может быть записано аналогично рецепту борща в поваренной книге, который может быть приготовлен любой кухаркой, умеющей пользоваться рецептом.  Вот только нет пока такого рецептурного справочника, поэтому ошибаются все, а удачи столь редки. Но наступать по нескольку раз на одни и те, же грабли непозволительная роскошь. Надеюсь, эта книга избавит нас от этой роскоши.


Оцените статью