Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




Видео: Ещё один последователь Розы Люксембург

Мировой кризис

01.03.2016 04:57  

1046946

166

Выдать новую форму рабства за ростки коммунизма....!!!!

Последователи Розы Люксембург, которая считала, что капитализм в коммунизм перейдёт сам автоматически, в ростках нового рабовладения видят ростки коммунизма.
Маркс выделял 4 вида отчуждения. 1. От процесса труда 2. От продуктов труда. 3. Людей друг от друга 4. Человека от своей сущности

Да, от процесса труда и от своей сущности в этом труде диванные творцы в википедиях-сетях-форумах, не отделены. Здесь спора нет. Но от продуктов труда и друг от друга люди отделены так, что больше отделять некуда. На все 100% отделены.

И если начинать с Маркса, то надо знать, что Маркс написал ОДНУ книгу под названием «Капитал». Там нет 2-го и 3-го тома. «Капитал» - это ОДИН том. А то, что считается ими – это лаборатория Маркса. Это его черновики, которые Энгельс собрал, структурировал и издал под видом продолжения Капитала.

А это отрывки из рассказа о свободном труде, который в области культуры по ту сторону материального производства.

====================================================================

Я специализируюсь.... На изучении одного акра.
— Одного акра? — переспросил советник, совершенно не удивленный. — Я не вполне...
— История одного акра, — объяснил Крейг. — Надо прослеживать её день за днем, час за часом, по темповизору, регистрировать детально все события, все, что случилось на этом акре, с соответствующими замечаниями и комментариями.
— Чрезвычайно увлекательное занятие, мистер Крейг. Ну и как, нашли вы что-нибудь особенное на своём... акре?
— Я проследил за ростом деревьев. В обратную сторону. Вы понимаете? От стареющих гигантов до ростков; от ростков до семян. Хитрая штука это обратное слежение. Сначала сильно сбивает с толку, но потом привыкаешь. Клянусь, даже думать начинаешь в обратную сторону... Кроме того, я веду историю гнезд и самих птиц. И цветов, разумеется. Регистрирую погоду. У меня неплохой обзор погоды за последние пару тысяч лет.
— Как интересно, — заметил советник.
— Было и убийство, — продолжал Крейг, -Но оно произошло за пределами акра, и я не могу включить его в свое исследование. Убийца после преступления пробежал по моей территории.
.....................

— Я осознал, — проговорил Крейг, — что всем всё равно. Я вложу в исследование годы труда, опубликую результаты, несколько экземпляров раздам друзьям и знакомым, и они будут благодарить меня, а потом поставят книгу на полку и никогда не откроют. Я разошлю свой труд в библиотеки, но вы знаете, что сейчас никто туда не ходит. Я буду единственным, кто когда-либо прочтёт эту книгу.
.....................

Строения казались совсем рядом, и все же представить их очертания было трудно.
«Из-за какого-то сумасшедшего архитектурного принципа», — подумал Крейг.
Они были розовыми до тех пор, пока он не решил, что они вовсе не розовые, а голубые, а иногда они выглядели и не розовыми, и не голубыми, а скорее зелёными, хотя, конечно, такой цвет нельзя однозначно назвать зелёным.
Они были красивыми, безусловно, но красота эта раздражала и беспокоила — совсем необычная и незнакомая красота.
Здания, как показалось Крейгу, находились в пяти минутах ходьбы полем. Он шел минут пятнадцать, но достиг лишь того, что смотрел на них чуть под другим углом. Впрочем, трудно сказать — здания как бы постоянно меняли свои формы.
Это была, разумеется, не более чем оптическая иллюзия.
Цель не приблизилась и ещё через пятнадцать минут, хотя он мог поклясться, что шел прямо.
Тогда он почувствовал страх.
Казалось, будто, продвигаясь вперёд, он уходил вбок, словно что-то гладкое и скользкое перед ним не давало пройти. Как изгородь, изгородь, которую невозможно увидеть или почувствовать.
Он остановился, и дремавший в нём страх перерос в ужас.
В воздухе что-то мелькнуло. На мгновение ему почудилось, что он увидел глаз, один-единственный глаз, смотрящий прямо на него. Он застыл, а чувство, что за ним наблюдают, ещё больше усилилось, и на траве по ту сторону незримой ограды заколыхались какие-то тени. Как будто там стоял кто-то невидимый и с улыбкой наблюдал за его тщетными попытками пробиться сквозь стену.
Он поднял руку и вытянул её перед собой. Никакой стены не было, но рука отклонилась в сторону, пройдя вперёд не больше фута.
И в этот миг он почувствовал, как смотрел на него из-за ограды этот невидимый: с добротой, жалостью и безграничным превосходством.
Он повернулся и побежал.
.........................

— Что это за изгородь? — почти выкрикнул Крейг. — За что их заперли?
— Сынок, — проговорил Шерман, — отгорожены не они.
— Не они?..
— Отгорожены мы, — сказал Шерман. -Неужели не видишь? Мы находимся за изгородью.
— Вы говорили днем, что нас содержат. Это они?
Шерман кивнул.
— Я так думаю. Они обеспечивают нас, заботятся о нас, наблюдают за нами. Они дают нам все, что мы просим.
— Но почему?!
— Не знаю, — произнес Шерман. — Может быть, это зоопарк. Может быть, резервация, сохранение последних представителей вида. Они не хотят нам ничего плохого.
— Да, — убеждённо сказал Крейг. — Я почувствовал это. Вот что меня напугало.

«Изгородь» Клиффорд Саймак

Сcылка >>


Оцените статью