«То, что происходит на Украине, — это наша внутренняя восточноевропейская смута»

Власть и общество

28.09.2015 09:12

Centero

172

«То, что происходит на Украине, — это наша внутренняя восточноевропейская смута»
Согласно проведенному на Украине социологическому опросу, 49% украинцев возлагают ответственность за конфликт в стране на Россию, треть опрошенных — и на Киев, и на Москву. На подконтрольных Киеву территориях Донбасса лишь 24% жителей винят в конфликте РФ. Эти данные комментирует Сергей Кара-Мурза.

«Свободная пресса» приводит данные проведенного на Украине социологического опроса, согласно которому 49% респондентов возлагают ответственность за конфликт в этой стране исключительно на Россию. Треть опрошенных считает, что ответственность поровну лежит как на Киеве, так и на Москве. Только Украину ответственной называют 9% респондентов.

Опрос проводился в июле фондом «Демократические инициативы им. Илька Кучерива» и социологической службой Центра Разумкова при финансовой поддержке Евросоюза во всех регионах Украины, за исключением неподконтрольных Киеву районов Донецкой и Луганской областей.

На западе и в центре Украины большая часть населения однозначно возлагает ответственность за конфликт на РФ (67% и 62% соответственно), а на юге страны половина жителей (51%) считает, что оба государства ответственны в равной степени. На востоке Украины о том, что ответственность за конфликт несет Россия, сказали 37%; тех, кто разделяет вину между Украиной и Россией, оказалось 39%.

На подконтрольных Киеву территориях Донбасса 24% жителей возлагают ответственность за конфликт на Россию, 41% — на оба государства, 18% — на Украину.

Результаты этого опроса прокомментировал «Свободной прессе» главный научный сотрудник Центра изучения кризисного общества Сергей Кара-Мурза:

 

— Я думаю, что на самом деле число отрицающих агрессию России на Украине даже больше, чем показал опрос. Во время войн и других общественно-политических потрясений подобные социологические исследования дают очень приблизительный результат. Особенно когда в стране установлена, по сути, националистическая диктатура, люди не отвечают то, что думают на самом деле. Представьте запуганных украинских обывателей, которых спрашивают незнакомые люди, представляющиеся социологами и записывающие их ответы. Конечно, многие ответят не то, что думают, а то, что надо. Или представьте, что в Чечне в 1994 году подобный опрос провели бы социологи, нанятые Джохаром Дудаевым. Многие бы осмелились заявить, что не согласны с его политикой на отделение от России? Конечно, нет!

Люди часто в переломные моменты для страны отвечают именно исходя из текущего момента. После расстрела Белого Дома в 1993 году провластные социологи верили тому, что им отвечали. Проводили опросы не научными методами. Да еще в основном в Москве. Социологи были уверены, что победит гайдаровский «Выбор России», а Жириновский вообще не пройдет. В итоге ЛДПР, если помните, заняла первое место. Это был огромный провал для тогдашней власти.

Современные опросы вообще я бы с натяжкой отнес к социологии. В лучшем случае они выражают настроения людей. Но никак не глубинные мотивы, которые ими движут. Должен быть очень тонкий и профессиональный опрос, чтобы люди отвечали как бы о другом, но при этом «проговаривались». Но такие опросы сейчас очень редко проводят.

 

— Но все-таки, наверно, многих на Украине СМИ убедили, что Россия — враг?

— В тяжелых, несущих серьезную угрозу любому народу условиях, люди склонны меньше верить прессе, чем в обычное время. Гораздо большее значение приобретают свидетельства очевидцев, «сарафанное радио». Официальным СМИ верят только те, кто хотят им верить.

Я думаю, что число тех, кто искренне верит, что Россия — главный враг Украины, очень невелико. Даже властная верхушка прекрасно осознает, что Россия не хочет никакой оккупации Украины. Но киевская власть решила, что на какое‑то время выгодно занять антироссийскую позицию. Таким образом, сейчас они уже превратились в заложников обстоятельств. Полностью зависимы от Запада и иначе вести себя не могут.

 

— Среди российских политологов бытует точка зрения, что Украина для России потеряна надолго, если не навсегда. И действительно, в результате войны уже тысячи погибших. Будет ли «трещина» между русским и украинским народами теперь расширяться и превращаться в пропасть?

— Это зависит от многих факторов. На мой взгляд, это вообще не столько война русских с украинцами, сколько русских с русскими. В Донбассе, как ни парадоксально, за киевский прозападный режим воюет больше жителей Юго‑Востока Украины, чем этнических «стопроцентных» украинцев из Галиции.

Да, часть украинцев убедили себя, что они — новая нация, у которой есть мессианские обязанности — стоять между «дикой» Россией и цивилизованной Европой. Это показывает состояние культурного и духовного кризиса украинского общества. Но такое истеричное состояние не может длиться долго. Оно как бы выгорает само по себе. Общество поневоле устает от крови и ненависти.

Можно вспомнить самый мощный иррациональный психоз в мировой истории, который охватил фашистскую Германию. Даже и он продержался всего 10 лет. Вся блажь об арийском превосходстве полетела с немецкого народа после поражения в Сталинградской битве. Об этом говорил писатель Генрих Белль, что именно поражение под Сталинградом вернуло немцев в человеческое состояние. Конечно, на тот момент действовала мощная машина военизированного государства, и немцы не могли просто «разбежаться», продолжали говорить, что надо, и воевать. Но иллюзии начали развеиваться.

Думаю, что на Украине психоз о том, что «русские не братья», тоже скоро пройдет. Тем более что украинцы в своем обычном состоянии настроены более прагматично, чем русские. Им не очень‑то свойственны мессианские настроения, которыми мы в России нередко «увлекаемся». Они больше исходят из соображений практической выгоды. Кстати, как и белорусы. Именно поэтому в Белоруссии не было таких «лихих девяностых», как у нас. Приватизация там была гораздо более умеренная, чем в России.

Украине предстоит пройти трудный путь избавления от психоза. Кстати, у нас, в России часто называют этот украинский психоз фашизмом. Но он мало что имеет общего с фашизмом.

 

— А как же заявления, подобные тому, что делала и делает Ирина Фарион, призывавшая «уничтожать москалей»? Ведь мнение, что русские — «черная дыра», неполноценная нация, разделяет в нынешней Украине не так мало националистов?

— Подобные заявления звучат все реже на Украине. Это как раз говорит, что психоз начинает выдыхаться. Призывы убивать людей другой национальности бывают и без фашизма. Фашизм довольно сложное явление, болезнь, больше свойственная западному европейскому сознанию. То, что происходит на Украине, — это наша внутренняя восточноевропейская смута.

 

 

Сcылка >>


Оцените статью