Такая вот суровая картина мира...

Власть и общество

30.11.-0001 00:00

Михаил Хазин

136

Интервью М.Хазина о причинах иракской политики США и возможных последствиях для России. Опубликовано на сайте оpec.ru 29 августа 2002 года. Такая вот суровая картина мира...

Михаил Леонидович, СМИ пишут, что начало операции США в Ираке -вопрос ближайших дней. Однако такая ситуация сохраняется с начала этой недели. США ведут переговоры со странами Ближнего Востока, со своими союзниками, но активных действий пока нет. Как Вы оцениваете происходящее?

Первый вопрос, которым следует задаться – что США нужно в Ираке? На этот вопрос в СМИ можно увидеть массу ответов: Америка должна показать своим гражданам, что ее имперский дух никуда не делся, ей надо продемонстрировать всем за ее пределами, что она крутая, наконец, у президента Буша в преддверии промежуточных выборов падает рейтинг, и его надо поддерживать. Я уже не говорю о демагогии, связанной с демонизацией Саддама Хусейна и его оружия. Но все они не объясняют различные несообразности, с которыми связана эта операция, на которые обращали уже внимание и внешние наблюдатели, включая руководителей крупнейших государств, - союзников США, и американские военные и даже такие видные (в прошлом и настоящем) республиканцы, как Пауэлл и Скоукрофт (напомним, помощник Рейгана по национальной безопасности). Так что все эти ответы не могут считаться правильными.
Поскольку в школе и университете меня учили материалистическому пониманию мира, то естественно, что в качестве основной подоплеки я в первую очередь вижу причины сугубо материальные. В США - структурный кризис, структура экономики не соответствует структуре конечного потребления. Это уже начинают понимать все, даже фондовые аналитики, который в принципе не должны признавать, что структурный кризис существует. Правда Кирилл Тремасов, который в своей последней крупной статье говорит об этом, фигура значительно более серьезная, чем просто «фондовый аналитик», но, тем не менее, его отказ от корпоративного замалчивания проблемы структурности американского кризиса, с которым я сталкивался последние годы, говорит о многом. Но констатировать ситуацию мало, надо думать о последствиях.
Что означает, что структурный кризис в стране дошел до своей острой стадии? Это значит, что в течение одного-двух лет та часть экономики, которая не в состоянии себя окупить, должна прекратить свое существование. Только называть это падение рецессией, как это сделал К.Тремасов не совсем верно. Этот термин психологически сильно связан с циклическими процессами длительностью 3-6 лет в экономике, предполагает возможность компенсации за счет монетарных методов типа снижения учетной ставки и, главное, предполагает последующее быстрое восстановление экономики. США (и весь мир, к сожалению) ожидают не циклический спад, а жесткая реструктуризация экономики с существенным уменьшением ВВП и последующей длительной депрессией.
Может ли республиканская администрация допустить, чтобы кризис произошел в период ее правления? Прецедент был: в 1929 году президентом США стал республиканец Гувер. В результате его правления республиканцы были отлучены от власти в США на 20 лет. Целое поколение Республиканской партии было не допущено к власти после Великой Депрессии. Иными словами, может быть, демократы и рискнули бы, но республиканцы рисковать не могут чисто психологически. Какая может быть альтернатива?

В своей заметке на форуме журнала «Эксперт» от 10 сентября прошлого года (http://www.expert.ru/tmp/konfold/my18900.htm) я писал, что взрывы должны произойти, потому, что они остро необходимы для американской экономики. Поскольку компенсировать падающие в результате структурных процессов сектора экономики можно только путем вливания денег, а это требовало принципиального отказа властей США от монетарных принципов в экономике.
Взрывы произошли, и они позволили властям США совершить те изменения в политике, которые до них были невозможны, и которые позволили избежать глобального спада уже в конце 2001 года. Осенью этого года началась тотальная накачка американской экономики деньгами. И прямой бюджетной поддержкой оборонных секторов, и снижением налогов и «накачкой ликвидностью» финансовых институтов и резким ужесточением протекционизма. Не следует забывать и о том, что по итогам
«каникул» после 11 сентября были отменены многие ограничения, наложенные на фондовый рынок по итогам 1929 года.
Иными словами, США начали использовать ту самую экономическую политику, с помощью которой в 93-94 гг. спасал российское производство Геращенко.
Как мы видим по всем статистическим показателям последнего месяца, этот импульс подошел к концу. И причин может быть две.
Поскольку структурный кризис можно приостановить, но нельзя остановить (до завершения перестройки экономики), то либо накачка деньгами закончилась (по причине их исчерпания), либо масштаб этой накачки в связи с углублением кризиса должен увеличиться. Насколько? Я не буду сейчас приводить конкретные цифры (а желающим советую обратиться к сентябрьскому номеру журнала «Русский предприниматель», где они есть), но по итогам структурного кризиса около 25% американской экономики должно нивелироваться.
Поскольку, как уже говорилось, после вступления структурного кризиса в завершающую фазу (что, по всей видимости, в США уже произошло) структурная перестройка должна произойти за срок не слишком сильно превышающий 1 год, за этот период должно исчезнуть 25% ВВП США – это, по американской статистике $2,5 триллиона. Поделить на 12-15, и получаем $200 миллиардов в месяц.
Иными словами, на сегодня Соединенные Штаты Америки находятся в ситуации, когда им для поддержания ВВП (и, автоматически, налоговой системы, финансовой системы, всех социальных программ и т.д.) нужно каждый месяц вносить в экономику дополнительно $200 миллиардов. И это, – не считая тех денег, которые выводят из американской экономики иностранные инвесторы. То есть, на самом деле – больше.
Если посчитать, сколько денежные власти США могут вкачивать в экономику ежемесячно, то получается цифра порядка $50-80 миллиардов в месяц. Видимо в начале этого года такой масштаб был достаточен (хотя и он вызвал резкое ухудшение всех показателей, включая дефицит внешнеторгового баланса, платежного баланса и бюджета), но кризисные процессы усугублялись. Последствия мы видим. И что делать дальше?

Имеется единственная альтернатива – если нет денег, чтобы вкачать в экономику, нужно уменьшать ее издержки. В том числе, и тех ее частей, которые пребывают в болезненном состоянии. Опять-таки в масштабах $200 миллиардов в месяц, поскольку надо не только поддерживать, но и компенсировать отток иностранных инвестиций и выправлять описанные выше балансовые перекосы.
Вопрос – как можно уменьшить издержки американской экономики в таких масштабах? Ответ: для этого существует только один вариант – резкое снижение мировых цен на нефть. Сошлюсь здесь на свои статьи осени 2000 г. Тогда я (совместно А.Задерако) доказывал, что повышение цен на нефть до 35 $/баррель при фиксированных внутренних ценах (то есть без возможности для производителя переложить увеличение своих издержек на потребителя) полностью «съедает» всю прибыль производителей (на тот момент). Исходя из этой логики, американцам для поддержания своей экономики в устойчивом состоянии необходимо опустить цену до уровня минимум 12 $ за баррель.
Но в стратегической перспективе этого недостаточно. Для того, чтобы ситуация улучшилась принципиально, США нужен финансовый ресурс, который бы позволил одновременно с постепенным понижением этих умирающих секторов экономики развивать что-то альтернативное. То есть, сокращая эти гибнущие 25%, тянуть остальные сектора. И тогда за 5-6 лет можно рассчитывать выправить ситуацию. Но это все равно очень апряженная программа. Непонятно, кто ее будет делать, непонятно, как ее будут делать, непонятно, какие сектора нужно развивать. Это все – те еще проблемы. Но, по крайней мере, когда имеется ресурс эти программы выполнять, можно задаваться такими вопросами. Если ресурса нет, то это все бессмысленно. Так вот, для того, чтобы такой ресурс иметь, нужно опустить цену на нефть до уровня 8-9 $ за баррель на интервале в 5-6 лет.
Американской экономике необходимо, чтобы цены на нефть упали – сильно и надолго. А единственная возможность для этого – полностью взять под контроль Ирак и Саудовскую Аравию. Одновременно.

То есть, помимо операции в Ираке, будет еще и операция в Саудовской Аравии?

А как же?! Вы послушайте, что сейчас говорят в США для внутреннего пользования! Пентагон уже объясняет, что Саудовская Аравия – враг, что там у власти находятся фактически ваххабиты, что это очень жесткая, религиозная страна. Ведь ни одна арабская страна не хочет давать США плацдармы для атаки на Ирак. И дело здесь не в любви к Саддаму Хусейну. Дело в том, что целью США является не снятие Саддама Хусейна, а недопущение проведения арабскими странами какой бы то ни было самостоятельной политики. И жесточайшее ограничение их доходов. Ну, и кому это может понравиться?!

От чего же США сейчас проводят переговоры с Саудовской Аравией?

США не могут не проводить переговоры, потому что они прекрасно понимают, что единственная для них возможность проведения операции в Ираке – это использование аэродромов и баз, находящихся на территории арабских стран. Представьте себе на секундочку, что им это официально не разрешили. Тогда придется их захватывать. Дальше в Саудовской Аравии происходит переворот, свергается режим саудитов, или назначается какой-то новый регент, и радио Мекки начинает открыто кричать, что американцы – враги мусульман. И им необходимо объявить джихад. Что делать? Бомбить Мекку? Это невозможно.

С другой стороны, жесткая американская риторика в отношении к Ираку привела к тому, что цена на нефть выросла под $30 за баррель. Это означает, что не ударить по Ираку они не могут. Потому что терпеть $30 за баррель невозможно. У них структурный кризис – им нужны деньги. Или они должны признавать, что вся американская экономика летит в тартарары. И по этой причине, хотя люди разумные, типа Пауэлла, понимают, что выигрыша, скорее всего, не будет, что неприятностей будет невероятное количество, но сделать уже ничего нельзя.
Нужно учитывать американскую специфику. Там многих людей просто нанимают. Вот Пауэлл – это наемный менеджер республиканской партии. А есть люди, для которых республиканская партия – это бизнес. Вот те люди, для которых это бизнес, не могут себе позволить отступить. Потому что еще несколько месяцев назад была возможность перейти на сценарий изоляционизма. Но с тех пор цена на нефть сильно выросла из-за агрессивной риторики Чейни, Рамсфельда и компании. И этого выхода больше нет. Иными словами, в некотором смысле они сами себя загнали в тупик. Любое принимаемое решение пагубно. Они не могут начать операцию против Ирака, потому что цена на нефть подскочит очень сильно, потому что это очень сильный удар по американской экономике. Совершенно непонятно, что делать с Израилем. Совершенно непонятно, что будет с нефтью Персидского залива, потому что все понимают, что шансов на то, что они закончат успешно, очень мало. Все понимают, что им не удастся уговорить арабов, потому что цели там не политические, а чисто экономические. И в этой ситуации они не могут не начать операцию.

В Wall Street Journal была опубликована статья по поводу России и ее позиции в мировой политике. Статья очень резкая и анонимная. Россия там представлена чуть ли не террористическим государствам, которое бомбит Грузию, которое ругается с НАТО, которое Ираку и Ирану помогает. А еще Чечня и т.д. и т.д. К чему такой прессинг на Россию?

Как мы уже выяснили, ситуация для США аховая. Им надо получить хотя бы каких-то союзников, чтобы, в крайнем случае, направить гнев арабов на других, сказать, что это не они во всем виноваты, а международная коалиция, которая их заставила. Тут есть еще одно обстоятельство. США позарез нужно разрешение Совета Безопасности ООН на эту атаку. А Совет Безопасности ООН - это кто? Это Великобритания, которая, скорее всего, проголосует «за», это Франция, которая, скорее всего, воздержится, это Китай, который, скорее всего, не рискнет голосовать против... И это Россия. Как себя поведет Россия? Обращаю Ваше внимание на то, что для России начало операции в Ираке – смертельно опасно. Потому что, если США выиграют, они опустят цену на нефть до $8 за баррель, и весь российский бюджет летит в тартарары. Если они проигрывают, то мировой кризис начинается сразу же, и в этой ситуации мировой спрос на все сильно падает, и резко падает спрос на энергоресурсы. И цены на нефть снова падают. Иными словами, России ни в коем случае нельзя допустить, чтобы эта операция началась. Ее надо оттягивать, как только можно. Скоукрофт в своей статье в Wall Street Journal пишет, почему нельзя начинать операцию. Если все будут четко понимать это, если все будут против, то Буш, может, и не рискнет. Это, я думаю, основной вопрос, который необходимо решить американцам, вопрос о том, кого они уломают стать своим союзником. Сейчас, как я понимаю, они активно пытаются ломать России руки.

Но нужно учесть, что нельзя держать Путина за полного идиота. Путину август 1998 года за несколько месяцев до думских выборов и за полгода до президентских – не нужен. Тот, кто его тащит на эту ситуацию, вряд ли получит поддержку. Такая вот картина мира. Еще раз говорю, для России начало операции в Ираке – это обвал экономики. Однозначно. Это август 1998 года. Причем вся та ситуация, которая сейчас происходит, и которая была мной описана еще два с лишним года тому назад, давала нам возможность подготовиться. У нас несколько лет был экономический рост. Если бы тогда этот ресурс использовали для того, чтобы создать систему защиты, то Россия могла бы так выиграть по итогам этого кризиса, что ее авторитет в мире можно было бы сравнивать с авторитетом СССР. Ничего не было сделано.
Сейчас речь идет не о том, чтобы выиграть по итогам кризиса. Ctйчас еще можно сделать так, чтобы не проиграть. Но если и сейчас ничего не будет сделано, то это будет крах. Потому что будет обвал в производящей экономике, в связи с падением цен на нефть, но главное – будет такой же обвал в доходах населения. Только если в 1998 году население потеряло деньги в банках, то в ближайшее время оно потеряет свои долларовые сбережения под подушкой. Необходимо начинать работу немедленно. В противном случае мы впервые получим глобальный экономический кризис в год выборов.

29 августа 2002
Хазин Михаил Леонидович


Оцените статью