Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Претендент на роль политического убийцы президента РФ провел похвальный сеанс политического стриптиза   10

Власть и общество

23.05.2017 15:00  

Михаил Делягин

741

Претендент на роль политического убийцы президента РФ провел похвальный сеанс политического стриптиза

Пять мифов бывшего министра Кудрина против реальности

Сегодняшний либерализм следует не Вольтеру, но Березовскому, исходя из суверенитета не личности, но наживы, — и искренне полагая поэтому, что государство должно служить не народу и даже не собственной фанаберии, а глобальным финансовым спекулянтам как олицетворению этой наживы.

Разумеется, такая позиция не может не игнорировать реальность, — и, соответственно, не может не вызывать все более осознанный протест самый разных обществ. Столкнувшись с растущим пониманием масс, жрецы либеральной религии пытаются решить проблему стандартным образом: объявляют не нравящуюся им реальность «стереотипами» (как когда-то Гуриев) или «мифами», излагают в нарочито окарикатуренном виде и затем этот вид с удовольствием критикуют.

Сейчас этим занялся бывший Министр финансов, и, возможно, будущий премьер и президент (ибо человек с его опытом просто не может хотеть быть только премьером) Кудрин.

Как Дон-Кихот на ветряную мельницу, он бросился на пять наиболее враждебных ему элементов реальности, объявив их «мифами». Понятно, что студенты ВШЭ и других либеральных вузов, посмевшие осознать эту реальность, дипломов не получат, — но общий смысл филиппики Кудрина нацелен на формирование экономической политики не только следующего года, но и всего следующего президентского цикла и заключается в увековечивании либеральной политики образца еще начала 90-х годов.

Смысл статьи прост: ни при каких обстоятельствах нельзя пытаться изжить и даже смягчить искусственный «денежный голод», в который либералы погрузили Россию в угоду глобальным спекулянтам, — и опровержение пяти «мифов»с разных сторон и разными методами обосновывает этот фундаментальный тезис.

Прежде всего, инфляция вызвана не произволом монополий, а исключительно избытком денежной массы. То, что ее динамика не имеет никакого отношения к динамике инфляции, Кудрина не волнует (он избегает реальности чрезмерно общими сопоставлениями), — главное, обосновать недопустимость смягчения финансовой политики угрозой роста цен. При этом он, прямо отрицая всю историю 90-х годов (когда цены росли даже в условиях полного отсутствия денег, что породило «кризис неплатежей» и денежные суррогаты, заменившие деньги в двух третях расчетов), утверждает, что цены растут только потому, что для этого роста есть деньги.

Утверждая, что монетизация определяется не денежной политикой, а загадочной «способностью финансовой системы генерировать ресурсы», он тактично умалчивает, что в основе этой способности лежит как раз политика центрального банка. При этом он сваливает в бессвязную кашу самые разные показатели, ничем, кроме невнятной ссылки на Всемирный банк, не обосновывая свой протест против того, что экономический рост «можно подтолкнуть с помощью расширения денежного предложения».

Причина проста: содержательно возражать против самоочевидных вещей просто нечем.

Разоблачая третий «миф», Кудрин подменяет идею оздоровления экономической конъюнктуры удешевлением денег идеей загрузки с их помощью простаивающих производственных мощностей – и, игнорируя приводимые им же данные, опровергает их наличие. Но, помимо простаивающих мощностей в промышленности, они бесспорны, например, в сельском хозяйстве: это десятки миллионов гектар заброшенной пашни! Но реальности для либералов не существует, так как она сама по себе разбивает в прах все их построения.

Идею снижения стоимости кредита для всех субъектов экономики Кудрин сводит к идее «адресных субсидий» для избранных, — подчеркивая, что это лишит их «стимулов к повышению эффективности». Это примерно то же самое, что при виде десяти тысяч умирающих от голода людей обосновывать отказ от спасения хотя бы тысячи из них тем, что выжившие «лишатся стимула к повышению эффективности».

Безусловно, адресные субсидии обеспечат нерыночные привилегии, — но это лучше, чем общий упадок, и это является нормальным методом развития приоритетных отраслей и направлений. Главное же заключается в том, что Кудрин и его последователи в данном случае категорически выступают против общего улучшения делового и инвестиционного климата удешевлением кредита (сегодня проценты по кредитам выше рентабельности большинства отраслей, а ставка Банка России выше инфляции минимум вдвое).

Это людоедство обосновывается (в возражениях против третьего и четвертого «мифов») тем, что при удешевлении кредита все деньги уйдут из реального сектора на спекулятивные рынки и ускорят инфляцию. Не говоря об очевидной подмене ценностей (лучше развитие экономики при средней инфляции, чем ее крах при умеренной, — обратное верно только для финансовых спекулянтов, которым и служат либералы), деньги уйдут из реального сектора в спекулятивный только в одном случае: если государство не ограничит финансовые спекуляции.

Строго говоря, такое ограничение – условие выживания. Все крупные развитые экономики стали развитыми только потому, что на нашем нынешнем уровне зрелости своих финансовых систем ограничили финансовые спекуляции. В Западной Европе соответствующие ограничения действовали еще в 80-е годы, в США они были отменены в 1999, в Японии – в 2000 году. Без ограничения финансовых спекуляций развитие невозможно, так как спекулятивные рынки неминуемо высосут реальный сектор.

Однако это ограничение совершенно неприемлемо для либералов: они по идеологическим (а многие – уже и по религиозным) причинам не могут ограничивать финансовые спекуляции просто потому, что служат спекулянтам, пусть и глобальным. Служение своей, а не чужой Родине в данном случае просто лишит либералов смысла существования.

И завершает Кудрин свою статью блистательным сеансом саморазоблачения: оказывается, гибкий обменный курс лучше регулируемого потому, что «позволяет экономике адаптироваться к изменяющимся условиям». То есть расти в благоприятных условиях и падать – в неблагоприятных. Создавая максимальную неопределенность (так памятную нам по последним трем десятилетиям национального предательства), пагубную для всех, кроме финансовых спекулянтов.

Регулируемый обменный курс ведет к поминаемому Кудриным кризису платежного баланса только в случае ошибок. Конечно, при изменении ситуации его, как и все в жизни, придется менять, — но при гибком курсе его изменение носит постоянный, а не редкий характер, и разрушительная неопределенность существенно выше. Кроме того, регулируемый курс может устанавливаться «с запасом», чтобы создавать благоприятные условия для развития не только при хорошей, но и при плохой внешней конъюнктуре.

Самое же главное, — что восхваление гибкого курса является заведомой ложью, так как при ухудшении ситуации (например, при уходе иностранных спекулянтов, привлеченных последышами Кудрина в последние несколько месяцев) для избежания катастрофической ситуации государство просто вынуждено возвращаться к регулируемому курсу. Другое дело, что либералы спешно отказываются от него для обогащения спекулянтов, как только это обогащение перестает грозить немедленной катастрофой.

Таким образом, в своей статье Кудрин осуществил еще один (уже привычный для российских либералов) идеологический стриптиз, с похвальной откровенностью разоблачив себя как сторонника политики разрушения России в интересах глобальных финансовых спекулянтов.

Похоже, Кудрин отказался от общественного обсуждения своей «программы», заявив, что будет презентовать ее только президенту, не случайно: он видит, что общество в целом осознало либеральную ложь, и обманывать его дальше, как это было на протяжении всех 30 лет национального предательства, уже невозможно.

Однако, если нельзя обмануть 140 млн.чел., можно попытаться обмануть одного-единственного, занимающего ключевую позицию, да к тому же еще и очень хорошо относящегося к Кудрину лично, — чтобы он уже от своего имени навязал стране абсолютно бессмысленную и безумную либеральную политику.

Да, для него это будет политическим самоубийством, а для страны может оказаться и просто убийством, — но зато либералы точно сохранят свою власть и по-прежнему точно будут обеспечивать глобальным спекулянтам – своим хозяевам – головокружительную прибыль на руинах и могилах России.


Оцените статью