Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Клинтон против Путина. Как прошли съезды республиканцев и демократов 

Власть и общество

01.08.2016 16:29

Михаил Хазин

158

Взгляд со стороны представителей Демократической партии

01.08.2016

Трамп построил кампанию на страхе перед другими – теперь его оппоненты строят кампанию на страхе перед ним. Если риторика республиканского кандидата сводится к лозунгу «Все очень плохо сейчас», то риторика демократов, несмотря на более подробную позитивную часть программы, все больше двигается в сторону «Все будет очень плохо, если президентом будет Трамп»

Накануне дня, когда съезд Республиканской партии США формально и торжественно выдвинул его кандидатом в президенты, Дональд Трамп дал большое интервью The New York Times. Среди прочего один из журналистов спросил его, будет ли Америка как член НАТО защищать страны Балтии в случае агрессии со стороны России. «Если они выполнили свои обязательства перед нами, тогда да», – ответил Трамп, подразумевая правило НАТО, согласно которому все участники организации должны платить членские взносы в размере двух процентов от своего бюджета. «А если нет?» – уточнила другая журналистка. «А если нет, не скажу».

После этого Америка сошла с ума. По крайней мере, американские либеральные медиа. 

«Теперь официально: на президентских выборах Хиллари Клинтон будет бороться с Владимиром Путиным», – провозгласил в уважаемом издании The Atlantic уважаемый международник с солидным послужным списком Джеффри Голдберг (пару месяцев назад он опубликовал там же огромный текст про внешнюю политику администрации Обамы, для которого много часов разговаривал с президентом и ездил с ним по миру). «Не скажу» Трампа моментально сделало его агентом президента России в американской политике; совершенно в духе советских передовиц Голдберг в своем тексте козырял фразочками вроде «Не будем утверждать, что Путин нанял Трампа, хотя его советник Пол Мэнэфорт много лет работал на пропутинского президента Украины Виктора Януковича».

Мы уже говорили о том, что Дональд Трамп на посту президента США действительно может стать удобным вариантом для Владимира Путина – уж точно более удобным, чем Хиллари Клинтон. Этот факт, однако, вряд ли оправдывает фестиваль запугивания, начавшийся в американских СМИ. «Подлинный победитель съезда республиканцев – Владимир Путин», – заявили в Slate. «Почему вся Россия приветствует Трампа», – объясняли в Politico. «Трамп спустил в унитаз 70 лет американской внешней политики», – 

сообщили в Bloomberg. «Дональд Трамп приглашает Путина вторгнуться на родину своей жены Мелании», – заключили в The Daily Beast, отличающейся особым демонизмом в освещении всего связанного с Россией. Родина Мелании Трамп – Словения, находится она довольно далеко от Прибалтики, а Югославия никогда не была частью советского блока, но это никого уже не смущало. Трамп – агент восточно-европейского диктатора, заключили публицисты и эксперты, и дальнейшие события только подтвердили эту версию.

Через два дня после поразительного заявления Дональда Трампа Владимир Путин нанес еще один удар по США. В пятницу, 22 июля в Wikileaks опубликовали двадцать тысяч писем, украденных хакерами из почты Национального демократического комитета – основной управляющей организации Демократической партии. В переписке обнаружилось много неприглядных вещей – например, официальные лица комитета, похоже, всерьез обсуждали, как бы навредить кампании Берни Сандерса, принимая советы по этому поводу от кампании Хиллари Клинтон. Самые ярые сторонники Сандерса восприняли это как долгожданное фактическое подтверждение того, что их кандидат изначально находился в неравных условиях; глава НДК Дебби Вассерман Шульц в итоге заявила, что уйдет со своего поста по итогам партийного съезда, – но в целом сама переписка не вызвала у медиа особого интереса.

Колумнист еще одного уважаемого издания, The New Yorker, Джеффри Тубин и вовсе написал, что это все пустяки, дело житейское и людям свойственно говорить ерунду в рабочей почте. Куда больше заинтересовало почтенную публику то, что слить архив НДК Джулиану Ассанжу могли российские хакеры, которых в США уже и так винят в атаках на серверы Белого дома и прочие государственные институции. К концу недели источники в спецслужбах заявляли, что почти уверены в том, что группировка «Модный медведь», укравшая почту демократов, связана с ГРУ, и хотя никаких ясных доказательств ни происхождения киберпреступников, ни тем более их связи с российской властью никто до сих пор не предъявил, этого оказалось вполне достаточно, чтобы сюжет сформировался окончательно: президент Путин пытается всеми правдами и неправдами организовать себе президента Трампа.

Припомнили и другие подозрительные факты – например, что сотрудники кампании Трампа настояли на исключении из партийной платформы заявления о намерениях поставлять оружие на Украину (хотя вообще-то администрация Обамы тоже против таких поставок). Сам Трамп с привычной грацией добавил жару, заявив на одной из пресс-конференций, что было бы неплохо, если бы российские хакеры нашли и опубликовали ту часть переписки Хиллари Клинтон в должности госсекретаря, которую она так и не предоставила публике. В The New York Times рассказали эту новость своим читателям так: Трамп призывает иностранных врагов США шпионить за официальными лицами.

За всей этой катавасией несколько забылось, что в последние две недели и республиканцы, и демократы торжественно провели партийные съезды, оба из которых завершились историческим результатом. Первые выдвинули кандидатом в президенты мужчину, который никогда не занимался политикой и с которым довольно долго пыталась бороться сама партия. Вторые выдвинули кандидатом в президенты женщину.

Страх и ненависть в Кливленде

Республиканская партия любит пугать, а ее оппоненты – пугать всех республиканцами. Кампания Дональда Трампа изрядно взбаламутила привычные политические процедуры, и ожидалось, что на съезде в Кливленде будет жарко и внутри здания, где соберутся делегаты, и снаружи. Много вспоминали про 1968 год, когда партийный съезд фактически превратил Чикаго в зону боевых действий (правда, то был съезд демократов); еще за пять месяцев до открытия съезда в крупнейшем городе штата Огайо появились материалы про то, что полиция Кливленда милитаризуется и закупает экипировку, чтобы как следует подготовиться к волнениям. После того как в июне баскетбольная команда принесла Кливленду первую большую спортивную победу (Леброн Джеймс со товарищи выиграли титул чемпионов НБА), много шутили – мол, повеселитесь пока, скоро придется поплакать.

В итоге, однако, республиканский съезд прошел вполне мирно. Уличные протесты если и были, то не настолько значительные, чтобы привлечь внимание репортеров. Оппозиция Трампу изнутри партии тоже была подавлена относительно быстро – в первый день съезда ряд делегатов требовали провести голосование относительно принятых правил работы съезда (имея в виду, что хорошо бы отменить правило, согласно которому делегаты от штатов должны голосовать не на свое усмотрение, а за кандидатов, победивших на праймериз), но большинства голосов у них не было даже близко, в голосовании было отказано, и делегация из Колорадо в знак протеста покинула зал.

Немного саботировал общий пафос и до последнего боровшийся с Трампом Тед Круз, который в своей речи ни разу не упомянул номинанта и вообще посоветовал собравшимся голосовать на выборах «по совести» (вслед сенатору, которого вообще мало кто из коллег любит, неслись крики «предатель»). Градуса абсурда, свойственного кампании Трампа, добавила его жена Мелания, выступившая с речью, несколько пассажей из которой были дословно заимствованы из речи Мишель Обамы на съезде демократов в 2008-м. Ответственность за прокол взял на себя один из спичрайтеров, но вообще-то получилась довольно красивая иллюстрация тезиса, что красивые слова у всех одни и те же.

В остальном съезд подтвердил то, о чем много писали в предшествовавшие ему недели – республиканские элиты поскрипели зубами, посетовали на превратности судьбы, но в итоге смирились с тем, что новым лицом партии является Дональд Трамп. Поддержал победителя праймериз даже Джон Маккейн – человек, который в прошлом году говорил, что Трамп «разбудил сумасшедших», и с которым связано одно из самых ярких этических нарушений Трампа (кандидат в ответ на критику со стороны Маккейна усомнился в его военных заслугах и, говоря о том, что во Вьетнаме Маккейн был взят в плен, заявил, что предпочитает тех, кого в плен не берут). На съезд политик, в 2008-м проигравший на выборах Бараку Обаме, все-таки не поехал, но о том, что поддержит Трампа, заявлял неоднократно, потому что нуждается в обратной поддержке кандидатом: если сторонники Трампа в Аризоне не проголосуют за Маккейна, он осенью может потерять свое место в Сенате.

Помимо коллег по партии и журналистов, еще одной категорией населения, с которой Трамп изрядно подпортил отношения за время кампании, стали женщины – американские издания были переполнены историями про то, как бизнесмен называет своих коллег противоположного пола дурными словами и оценивает их по шкале привлекательности от одного до десяти. Подправить положение взялась дочь Трампа Иванка, произнесшая мощную речь от имени американских работающих женщин и заявившая, что ее отец никогда никого не дискриминировал и будет бороться за права женщин. 

Главным же событием съезда в Кливленде стала тронная речь самого Трампа, которую он произнес, приняв номинацию от партии. Медиа, разумеется, заклеймили ее как манипулятивную и сгущающую краски – и действительно, послушав новоиспеченного кандидата в президенты, можно было заключить, что дела в Америке идут очень плохо, особенно по части безопасности и экономики, и только Трамп сможет это исправить. Впрочем, в этом смысле Трамп нисколько не изменил основным тезисам своей кампании, и опубликованная Республиканской партией обновленная идеологическая платформа также 

отразила влияние новой партийной суперзвезды: там формализовано и требование построить стену на южной границе, и необходимость ужесточить меры безопасности в стране для предотвращения терактов.

При всем этом номинант в своем программном манифесте замолвил слово за права ЛГБТ и не упомянул аборты, борьба за запрет которых является важной частью политической стратегии значительной части консервативного истеблишмента (впрочем, по этой части уже после съезда высказался Майк Пенс, губернатор Индианы, которого Трамп избрал своим вице-президентом). Но важнее всего, кажется, даже не содержание, а форма. С риторической точки зрения это была, возможно, лучшая речь Трампа, подтвердившая, что на какие-то компромиссы с правилами политической игры он идти все-таки готов. Например, произносить хорошо написанные и грамотно структурированные тексты. Например, не врать открыто, а искусно манипулировать фактами для создания необходимой картины реальности (многочисленные издания, проверявшие правдивость речи, не смогли найти в ней никаких особых преступлений). Например, добавить себе немного человечности – в речи Трамп вспомнил своих родителей, якобы научивших его ценить простых рабочих людей и решать проблемы. 

В общем, революция в Республиканской партии свершилась буднично и в соответствии со всеми формальными процедурами. Казалось бы, при чем тут Путин.

Партия здоровых

Через несколько дней после республиканского съезда в Филадельфии начался съезд Демократической партии, торжественным финалом которого должно было стать (и стало) первое выдвижение одной из ведущих партий кандидата в президенты женского пола в истории США. У демократов тоже были свои протестующие – причем в отличие от их соперников они не унимались до самого конца торжественных мероприятий: согласно ряду сообщений, несколько противников Клинтон были задержаны полицией в зале, где проходил съезд, прямо во время ее заключительной речи.

Сопротивление Хиллари было заметно и внутри зала заседаний, и вне его. Упертые делегаты от Берни (которых было почти две тысячи) кричали «Нет войне» во время выступлений генералов, проносили баннеры с надписями «Лгунья» и «Wikileaks», а также надевали одинаковые неоновые футболки, светившиеся в темноте молчаливым напоминанием о том, что праздник у демократов не такой единодушный, как может показаться. Чтобы пробраться к общественному транспорту и уехать к месту проживания, делегатам приходилось миновать протестующих – на их счастье, компания Uber, спонсирующая партию, отрядила для обслуживания съезда дополнительную партию машин.

Факты такого рода спонсорства (присутствие Uber, Comcast и других больших корпораций было заметно и на баннерах съезда, и по всей Филадельфии, где проходили бесконечные спонсорские приемы для укрепления отношений между политикой и бизнесом) могли бы стать основой для аргументированной критики демократической партии. В конце концов, республиканцы не имеют ничего против неограниченных денежных взносов в кампании, а вот их оппоненты вроде как обещают с ними бороться – при этом сами явно оперируют в той же системе и не спешат отказываться от предложений крупного бизнеса.

Однако особых обсуждений этого вопроса на съезде не было, да и вообще в отличие от республиканцев по крайней мере выступающие на сцене в Филадельфии проявили редкое единодушие. Даже Берни Сандерс, который очень долго откладывал признание своего поражения в борьбе с Клинтон и обещал отстаивать свои позиции до конца, произнес речь про достоинства победительницы и недостатки республиканцев, чем изрядно разочаровал сторонников (многие из них, впрочем, заявили, что начатую Сандерсом борьбу можно продолжить и без него). Вообще, в свете очевидного кризиса в Республиканской партии демократы на съезде предприняли попытку позиционировать себя по-новому – не только как партию прогресса (хоть и правда, что принятая съездом платформа благодаря тому же Сандерсу одна из самых либеральных в истории), но и как партия для всех, кто по-прежнему остается в здравом уме.

Этот месседж читался уже в подборе выступающих на съезде – например, одну из речей произнес Даг Элметс, республиканец, работавший на администрацию Рейгана и жестко заявивший, что Дональд Трамп – совершенно не Рейган (сороковой президент США является главным политическим идолом для нынешних республиканцев). Еще одним ярким моментом стало выступление Хизра Хана – мусульманина, в Ираке потерявшего сына, который был капитаном американской армии; в какой-то момент он достал из кармана Конституцию США и предложил Дональду Трампу с ней ознакомиться. Многие докладчики вообще делали акцент на американской исключительности, доктрине разумной силы во внешней политике и духе отцов-основателей, то есть на основах республиканской риторики.

Апофеозом этой стратегии стала, разумеется, заключительная речь Хиллари Клинтон: она пообещала ужесточить контроль за оружием, но подчеркнула сакральность второй поправки; заявила о необходимости создавать хорошие рабочие места в «угольном регионе» и о важности контроля за глобальным изменением климата; поддержала повышение минимальной зарплаты, но не назвала ключевую для либералов цифру $15 в час; сказала, что будет бороться за бесплатное высшее образование для среднего класса; заверила, что для нее важны жизни и афроамериканцев, и полицейских. Все это действительно убедительно связало две партийные повестки, хотя яркой речь Клинтон не назовешь и великим оратором она так и не стала. В каком-то смысле самым заметным событием заключительного дня съезда демократов стали 

отношения Билла Клинтона с воздушными шарами.

Осень матриарха

Сразу после республиканского съезда Дональд Трамп в соцопросе CNN вышел в лидеры президентской гонки. Это нормально, так всегда бывает сразу после съездов, когда ту или иную партию бесконечно показывают по телевизору; с большой вероятностью на будущей неделе в лидеры обратно выйдет Хиллари Клинтон, причем эксперты считают, что демократический съезд будет способствовать большему росту партийного кандидата, чем республиканский. Так или иначе, соперники близки друг к другу, и до уверенной победы одного из них еще далеко. Самая активная фаза лобового противостояния Клинтон и Трампа теперь начнется в сентябре, когда они лицом к лицу встретятся на телевизионных дебатах. 

Впрочем, если почитать газеты, возникнет совсем другая картина, в которой Республиканская партия сошла с ума и постепенно демонтирует сама себя, в то время как Хиллари Клинтон движется к неизбежной победе. У человека, знакомого с современной российской историей, нынешняя американская пресса вызывает ощущение неприятного дежавю – издания, которые вообще-то умеют делать лучшую журналистику в мире, вдруг превратились (по крайней мере в отношении предвыборного сюжета) в коллективную газету «Не дай бог», предостерегающую граждан от неправильного выбора. Журнал The New Yorker, например, недавно опубликовал материал про человека, писавшего вместе с Трампом знаменитую книгу бизнесмена «Искусство сделки»: в ней журналист с не самой радужной репутацией на основе своих впечатлений тридцатилетней давности утверждает, что Трамп социопат, который не способен сосредоточиться и вообще категорически некомпетентен.

И это далеко не самый радикальный пример – внезапная реанимация риторики холодной войны, произошедшая после реплики Трампа про НАТО и обвинений России во взломе демократов, демонстрирует раж американских медиа еще более наглядно; чтобы почувствовать его, достаточно набрать слова Трамп и Путин в Google News. Дошло до того, что уважаемый эксперт по кибербезопасности Брюс Шейнер написал в The Washington Post колонку, предостерегающую, что в ноябре русские могут попытаться взломать аппараты для голосования. 

В каком-то смысле Дональд Трамп уже одолел систему. Он построил кампанию на страхе перед другими – теперь его оппоненты строят кампанию на страхе перед ним: в своей торжественной речи Хиллари Клинтон упоминала Трампа куда чаще, чем президента Обаму или собственного мужа, тоже бывшего президента. Если риторика республиканского кандидата сводится к слогану «Все очень плохо сейчас», то риторика демократов, несмотря на очевидно более подробную позитивную часть программы, все больше двигается в сторону «Все будет очень плохо, если президентом будет Трамп». Кто бы ни выиграл эти выборы, топливом для этой победы, похоже, будет ненависть – и эта стратегия и правда сильно напоминает Владимира Путина.

Сcылка >>


Оцените статью