Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Убийство медицины продолжается, но в мозгу власти — «бурелом и насекомые»   6

Власть и общество

02.09.2017 18:44  8.7 (19)  

REGNUM

7824

Убийство медицины продолжается, но в мозгу власти — «бурелом и насекомые»

Такое бывает редко.

Одна строчка текста за подписями аж семидесяти трех депутатов Государственной думы и двух членов Совета Федерации стала законопроектом и вошла в проект программы первоочередного обсуждения во время осенней сессии палаты.

Группа — внушительная. Ведь если к этой депутатской группе присоединятся еще полтора десятка членов парламента, то она сможет вносить предложения о пересмотре положений Конституции Российской Федерации, о выражении недоверия Правительству Российской Федерации, направлять запрос в Конституционный суд, обращения в Счетную палату, а если ее поддержит какая-либо фракция, то созывать внеочередное заседание Государственной думы.

Строчка такая:

«Валежник — это сухие деревья или их части, лежащие на земле».

В чем подвох? Да ни в чем. Леса наши захламлены валежником. Лесхозы не справляются с их очисткой. Жителям близлежащих деревень этот хлам нужен, если он годится как древесина или для топки домов. Заготовка гражданами любой древесины для собственных нужд должна осуществляться на основании договоров купли-продажи лесных насаждений, так как федеральный законодатель предусмотрел платность использования лесов с данной целью. А зачем платить за валежник?

Самарской губернской думе два года назад не удалось внести в Лесной кодекс понятие валежника как

«естественно отпавшей, мертвой древесины в виде лежащих стволов деревьев, их частей, образовавшихся при ветровале, буреломе, снеголоме, снеговале, поврежденных грибковыми заболеваниями и насекомыми».

Инициатива была отклонена, потому что нашему законодательству неизвестно, что такое «отпавшая древесина», «мертвая древесина», «бурелом», «снеголом», «снеговал», «грибковые заболевания». Через эти слова понять, что такое валежник, нельзя, и это противоречит требованиям законодательной техники о ясности и определенности правовой нормы.

При желании можно было бы — если проблема считается важной — принять закон в первом чтении и ко второму поправить его текст в рабочем порядке. Но — нет. Год назад правительство вновь отписалось и не поддержало депутатов, которые попытались реанимировать самарскую формулировку.

Правда, из списка «не определенных» слов исчезли грибковые заболевания, но появилось недоумение: сбор валежника — это не рубка леса. Почему авторы законопроекта не предлагают считать его недревесными лесными ресурсами, заготовка которых гражданами для собственных нужд в соответствии с частью 1 статьи 11 Лесного кодекса может осуществляться свободно и бесплатно? Чтобы очистка леса от валежника наконец-то не считалась воровством.

И вот семьдесят три депутата и два сенатора, поддерживая друг друга, как бы неся тяжеленное бревно на субботнике, сделали так, как предложило правительство. Однако даже такая группа «бурлаков» судьбу законопроекта с валежником не предопределяет.

Не ясна еще правительственная реакция: если валежник — сухое дерево, то сухое дерево — это что? — бывший сухостой, очутившийся на земле, или сухое дерево — это сшибленное/срубленное дерево, высохшее на лесном мхе или на лесной опушке/просеке. Хотя от лежки во влажной лесной чаще бревна сухими не становятся. В общем, вопрос, что называется, знатокам.

Очень может быть, что станет бессмысленным второе чтение другого законопроекта — об учете мнения граждан при реорганизации и ликвидации муниципальных и государственных больниц, поликлиник и других медицинских организаций. Особенно, если это — единственное лечебное учреждение.

Этот депутатский законопроект был внесен в конце 2015 года. Возможно, как реакция на проверку Счетной палатой «оптимизации» в сфере здравоохранения. Аудиторы тогда сделали вывод, что основные цели оптимизации не достигнуты. Ожидаемого роста эффективности и доступности медпомощи не произошло.

До 2018 года число больниц будет сокращено на 11,2%, поликлиник — на 7,2%, а фельдшерские и фельдшерско-акушерские пункты — замещены частично офисами врачей общей практики. Это при том, что 17,5 тысяч населенных пунктов вообще не имеют медицинской инфраструктуры, из них 11 тысяч расположены более чем в 20 километрах от ближайшей лечебницы, где есть врач.

Почти два года переписывалось и это законопроектное сочинение. В результате гражданам там места так и не нашлось. Ко второму чтению законопроект устанавливает, что для принятия решения о ликвидации больницы потребуется положительное заключение комиссии из чиновников, депутатов и общественников из объединений по защите прав граждан в сфере охраны здоровья. Порядок работы, принятия решения, как и сама комиссия, утверждаться будет региональным минздравом. В случае намерения ликвидировать единственную медицинскую организацию, то мнение жителей должны будут донести в эту же комиссию члены представительного органа сельского поселения.

Третий (из шести) депутатский законопроект в проекте программы первоочередного рассмотрения (остальные 115 — правительственные) — об ответственном обращении с животными. Он старожил, был принят в первом чтении в марте 2011 года, но — как и все те, о которых написано выше, в проект календаря рассмотрения вопросов Государственной думой с 13 по 29 сентября 2017 годатак и не попал.

В сентябре предполагается рассмотреть171 законопроект, в том числе:

о мерах по предотвращению противоправного влияния на результаты официальных детско-юношеских спортивных соревнований;

об установлении ответственности за стоянку транспортного средства на общественной парковке с нечитаемыми номерами;

о порядке определения размера вознаграждения арбитражного управляющего;

об ограничении уровня выплат зарплат в случае выбывания из соревнований на их ранних этапах;

об операторе информационной системы о показах фильмов в кинозалах;

о праве пациента на видеозапись операции, пока он под наркозом;

о признании научных и образовательных организаций сельскохозяйственными товаропроизводителями;

о запрете продажи алкоголя во встроенных нежилых помещениях многоквартирных жилых домов;

об участии представителей Счетной палаты на заседании Государственной Думы при рассмотрении законопроектов о бюджетах внебюджетных фондов и отчетов об их исполнении;

о введении в законодательство понятий «промышленный технопарк», «туристский информационный центр» и другие.

И все-таки, и все-таки.

Что будет обсуждать Госдума в сентябре и далее — большой, большой секрет. Потому что в проекте календаря рассмотрения законопроектов на сентябрь только 15 процентов правительственных проектов. Такого просто не может быть и не будет. Будет 95−96% правительственных законопроектов или внесенных депутатами по договоренности с правительством. Что еще будет?

27 сентября в формате правительственного часа выступит О. Васильева, министр образования и науки Российской Федерации с докладом правительства о реализации государственной политики в сфере образования в 2016 году и об основных направлениях реализации государственной политики в сфере образования.

13 сентября пленарное заседание откроется правительственным часом с докладом А. Ткачева на тему «О ходе проведения уборочных сельскохозяйственных работ в Российской Федерации». Отчего в заголовке в одном предложении ход проведения, а не просто — о ходе уборки урожая, неведомо.

Хотя, если в слове проведение вторую гласную писать через «и» или начинать это слово с прописной, с заглавной буквы, то смысл будет понятен лучше.

 


Оцените статью