«Семья» объявила Путину войну  204

Власть и общество

14.08.2019 11:07

Михаил Хазин

41762  8.8 (353)

«Семья» объявила Путину войну

Эта статья появилась после того, как я прочитал вот это интервью. Читал я его, как отмечено мною в комментарии к исходному тексту, ради последних двух фраз Юмашева, которые означают, что Семья объявила войну Путину. Всё остальное не стоит выеденного яйца, но создаёт некоторый контекст. И поскольку я считаю, что оба участника врут, несколько слов об этом сказать стоит.

Прежде всего, чтобы побыстрее закончить, об Илларионове. Человек он крайне закомплексованный и всегда решает только одну задачу: как эти свои комплексы компенсировать, деньгами или статусом. Верит он при этом своим словам (то есть занимается ли самозомбированием) или нет, вопрос для меня не очень интересный. Но главное в другом: в связи с перечисленными выше личными качествами, он так и не разобрался, как функционирует Власть, а потому несёт чушь, про которую даже не понимает, что это чушь. Достаточно типовая ситуация с непрофессионалом.

Что касается Юмашева, тут всё хитрее и сложнее. Он-то Власть видел и даже её творил, но с самого начала создавал некоторую виртуальную реальность, которая выводила его из числа ответственных за разные безобразия (это я так мягко выражаюсь), которые при нём происходили. Привожу простейший пример: я работал в Администрации как раз тогда, когда Юмашев был её начальником и могу сказать, что давление на Экономическое управление с его стороны оказывалось, но прямым оно было только тогда, когда мы залезали в чисто имущественные дела.

Иными словами, когда Экономическое управление начинало разбираться в конкретных приватизационных сделках, то от Юмашева шли сигналы, что это — неправильно. Это довольно естественно (Браверман и Шувалов, которые тогда работали в ГКИ, играли с ним в теннис), но говорит о том, куда он смотрел. В то же время, реальные экономические вопросы его то ли не интересовали, то ли он не мог «перебить» влияние Чубайса и Лившица, которые работали с Ельциным непосредственно.

Кстати, появление Немцова было придумано Чубайсом (точнее, имя Немцова, может быть, и не Чубайс назвал, но концепцию двух первых вице-премьеров придумал именно Чубайс, поскольку иначе у него были проблемы, он самостоятельно не мог полностью перехватить экономический блок). Эта кандидатура Чубайса абсолютно устраивала, поскольку Немцов был Петрушкой, который никуда реально не лез, на уровне Аппарата правительства ничего не контролировал и вообще занимался своими личными делами и проваливал всё остальное.

Ельцин реально Чубайсу не доверял на политическом уровне (хотя, быть может, и считал, что он вполне успешный «реформатор») и уж точно не собирался всерьёз куда-то там двигать Немцова. Это было просто невозможно, уж слишком очевидна была его полная аппаратная несостоятельность и беспомощность. Лично он был далеко не дурак и язык у него был хорошо подвешен, но ничем управлять и ни за что отвечать он не мог.

Решение о снятии Чубайса было принято в один день. Произошло это в августе 1997 года, но уж позвольте мне эту тему подробно не раскрывать. Другое дело, что Ельцин тогда был ещё не готов к решительным действиям (он вообще всегда на них долго раскачивался), и долго терпел. Я помню, как в январе 1998 года я разговаривал с одним из помощников Черномырдина и сказал ему, что если его начальник как-то публично не отстроится от Чубайса, то его могут тоже снять — поскольку напряжение нарастает. Он тогда не поверил, сказал, что это невозможно.


Вообще, нужно отметить, что я шёл в Администрацию, к Лившицу, с поручением убрать Чубайса и поставить Лившица на его место. Сам Лившиц очень обиделся на Чубайса за увольнение с поста министра финансов и очень хотел отомстить. К слову, их плохие отношения — это ситуация фамильная, их отцы вместе служили в армии и не очень друг друга любили. Но были и другие силы, которые были за эту рокировку, то, что Чубайс — системный враг России к тому моменту понимали уже многие.

Кстати, сам Чубайс отлично всё знал и в этом смысле никаких некорректных поступков мы не допускали, это была чистая аппаратная игра, в которой я его переиграл. Кстати, именно по этой причине мотивы и механизмы его увольнения мне хорошо известны, я этой темой непосредственно занимался. И Чубайс, в день накануне своей отставки, мне прямо сказал, что никаких претензий он ко мне не имеет. Кстати, это редкое качество, умение проигрывать.

Так вот, по мере нарастания напряжения появилась концепция о том, что в премьеры нужно двигать Лившица. Понятно, что сам бы он не справился, но за ним стояли как раз силовики (и это была их первая попытка начать влиять на ситуацию в стране, если конечно, не считать Коржакова, который, впрочем, был довольно специфическим персонажем). С ними бы, скорее всего, справился. Но мысль о том, что он может стать премьером появилась довольно быстро и с ним стали работать. И Гусинский, И Березовский. И за полгода, с августа до марта, они добились больших результатов в части запугивания Лившица.

Так вот , ключевой момент конца марта 1998 года. Ельцин не собирался назначать Кириенко премьером. Дело даже не в содержательности этого решения, дело в том, что хотел Ельцин назначить Лившица. А представление Кириенко, в эстетике старого партийного аппаратчика Ельцина, было глумлением над Думой, которую он уже люто ненавидел. И в Думе всё отлично поняли и радостно прокатили Кириенко. Первый раз и готовились ко второму. И вот в этот момент, накануне второго голосования по Кириенко, Ельцин вызвал Лившица, довольно долго с ним разговаривал, а потом сказал что-то вроде того: «Александр Яковлевич, завтра Кириенко снова провалят и я тогда предложу вас…»

И вот тут Лившиц, который, по большому счёту, был опасливый местечковый еврей, струсил. Он схватился за сердце, схватился за печень, схватился за геморрой и ответил примерно так: «Борис Николаевич, не потяну по здоровью! Вот первый вице-премьер…». В общем, после этого Ельцин Лившица выгнал, больше никогда ему не звонил, поручений не давал и через несколько месяцев уволил. Экономическое управление после этого разнесли по кочкам, а поскольку другой альтернативы у Ельцина не было, а про дефолт он знал (мы ему ещё в октябре направили докладную про его неизбежность), то он просто перенёс решение на осень.

Детали роста Путина я обсуждать не буду, двигать его начали в самом начале лета 99 года (и уж точно не Кириенко это инициировал), вернусь к Юмашеву. Я могу с полной ответственностью сказать, что усиление силового блока началось именно при нём. Причём это усиление носило абсолютно объективный характер, чем-то рулить в стране без силовиков не получалось. Но на тот момент вокруг Ельцина было несколько партий. Чубайса с его командой завалили весной 98 года, Лившица (с частью силовиков) чуть позже, но силовые команды всё-таки себя проявили, тоже немного позже.

Ещё раз повторю, по абсолютно объективной причине, но, всё-таки, с прямым участием Юмашева. Что бы он сегодня не говорил. В некотором смысле, оказалось, что держать их под контролем он (со всей семейной командой) не сумел. Но это уже другая история.


Оцените статью