Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Почему Трампу не стоит рассчитывать на дружбу с Путиным   10

Аналитика и прогнозы

09.01.2017 17:28  

Питер Кой

260

Почему Трампу не стоит рассчитывать на дружбу с Путиным

Колумнист Bloomberg Питер Кой о том, в чем разница между Трампом и Путиным и их подходами к международной политике.

Когда избранный президент Дональд Трамп говорит, что видит огромные возможности для улучшения отношений с Россией, он прав. При Бараке Обаме они испортились настолько, что Москва пошла на вмешательство в американские президентские выборы, а российские самолеты регулярно дразнят корабли ВМС США.

Согласно опросу, проведенному чикагским Советом по международным отношениям, сегодня американцы настроены по отношению к России очень холодно — этот показатель находится на 30-летнем минимуме. Трамп способен полностью изменить ситуацию.

Соглашение с Путиным могло бы остановить кибервойну, дать возможность совместно бороться с ИГИЛ (организация признана террористической и запрещена в России), продемонстрировать жесткость по отношению к Ирану в связи с его ядерной программой и остановить развертывание ракет средней дальности с ядерными боеголовками, угрожающими Европе.

Бизнесмен назвал бы такую сделку, в которую входило бы и снятие санкций с России, взаимовыгодной, а Трампу не привыкать вести бизнес с богатыми россиянами — клиентами и инвесторами. Он сам однажды сказал: «Русский бизнес ко мне тянется».

Есть одна проблема — Владимир Путин. Да, сейчас Трамп его нахваливает, но, вступив в должность, он обнаружит, что у них нет общего языка — российский президент не мыслит в терминах решения проблем. В конце 1990-х, когда Путин возглавлял КГБ, Сергей Алексашенко был заместителем председателя Центрального банка России. По его словам, Путин не верит во взаимовыгодные сделки — он уверен, что одна из сторон всегда проигрывает.

Алексашенко уехал из Москвы, когда понял, что его нелюбовь к президенту может обернуться неприятностями. Теперь он приглашенный сотрудник Брукингского института в Вашингтоне. Он говорит, что для Путина любые отношения — игра с нулевой суммой (игра, при которой выигрыш одного равен проигрышу другого — прим. ред.), поэтому любой разговор с ним нужно начинать с демонстрации силы.

Но Трамп вместо этого заигрывает с Путиным. Например, 30 декабря он похвалил российского президента за то, что тот не ответил на санкции со стороны Обамы: «Хороший ход! Я всегда знал, что он не дурак», — написал он в Twitter.

Трамп — не первый президент США, считающий, что может очаровать Путина. В 2001 году Джордж Буш сказал:

«Я посмотрел этому человеку в глаза. Мне показалось, что в нем есть надежность и простота. Мы очень хорошо поговорили, и я его понял: он глубоко предан своей стране».

Обама ничего такого не говорил, но в 2009 году, выступая в Москве, заявил, что «дни, когда империи могли обращаться с другими суверенными государствами как с фигурами на шахматной доске, закончились». Его «перезагрузка» отношений и в самом деле сработала — так казалось до 2012 года, когда Путин снова сел в президентское кресло после Медведева. Вскоре последовали присоединение Крыма, война на Украине, кибератаки и союз между Путиным и президентом Сирии Асадом.

Трампу предстоит понять, что в дипломатии, в отличие от бизнеса, нет высшей инстанции для разрешения споров, и соблюдение соглашений никто не контролирует. Да, эта роль предназначалась ООН и другим международным организациям, но на практике любая страна обладает суверенитетом, и может делать что угодно, если готова к борьбе — особенно если у этой страны на боевом дежурстве 1796 стратегических ядерных боеголовок.

Новая холодная война не выгодна никому — и России в том числе. Во-первых, это очень дорого, а во-вторых, холодная война всегда рискует перейти в горячую, а полномасштабная война между двумя ядерными державами ничем хорошим не кончится.

Иногда говорят, что Путин, идейный наследник русских гроссмейстеров, «играет вдолгую». Приятно было бы так думать, но Путин не шахматист, а дзюдоист. В дзюдо важнее тактика, а не стратегия — не долгосрочное планирование, а внезапная атака. В 2012 году Путин получил 8 дан по дзюдо (это редкое звание) и стал соавтором книги о спорте — в прошлом году ее получили 7 млн российских школьников.

Как дзюдоист Путин осознает слабость своей позиции: население России сокращается, а экономика страны слишком сильно зависит от экспорта нефти.

Но в дзюдо боец может повергнуть более крупного соперника, выведя его из равновесия, и Путин пытается дестабилизировать Запад любыми средствами: в ход идут поддельные новости, кибервойны, тайные военные операции и завуалированные напоминания о ядерном потенциале России. И не стоит ожидать, что это прекратится — тихая спокойная Россия была бы едва заметна на мировой арене.

Предыдущие президенты США и лидеры других стран быстро обнаруживали, что Путин часто лжет. Он отрицает причастность России к катастрофе малайзийского пассажирского Boeing над Украиной, и, несмотря на все свидетельства, представляет конфликт на востоке Украины как спонтанное восстание местного населения. Путин продолжает открещиваться от хакерской атаки на Национальный комитет Демократической партии, хотя в декабре в США вышел разгромный отчет с примерами кода, использованного хакерами.

Американский внешнеполитический истеблишмент может не беспокоиться — большим другом России Трамп не станет. Кремль и сам по-прежнему настроен скептически — Федор Лукьянов, председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, внешнеполитического аналитического центра, с которым консультируется Администрация президента, говорит: «Идея теплых отношений между Путиным и Трампом родилась в штабе Хиллари Клинтон. Это просто пропаганда».

Вопрос в том, как отреагирует Трамп, если — или, скорее, когда — поймет, что Путин соврал ему о чем-то существенном. Вероятно, вся взаимная теплота мгновенно улетучится. Если Трампу придется признать, что его вера в Путина была ошибкой, он может отреагировать эмоционально, и, как следствие, ситуация может стать рискованной. Как он сам писал в книге «Искусство заключать сделки»: «Когда ко мне плохо или несправедливо относятся или пытаются мной воспользоваться, я отвечаю жестко — этому меня научила жизнь, и так я устроен».

На переговорах с Путиным Трампу придется забыть все свои привычки бизнесмена — они неприменимы к отношениям сверхдержав, когда ни одна договоренность не может считаться окончательной. Еще ему придется сдерживать эмоции — иначе возможны проблемы мирового масштаба. И, прежде всего, ему нужно научиться понимать своего оппонента. Как написал в ноябрьской колонке в New York Times Стивен Сестанович, профессор дипломатии Колумбийского университета:

«Чтобы добиться успеха, избранный президент осознать, что Путиных на самом деле два: один — самоуверенный, скрытный и эффективный, и другой — защищающийся, одинокий и неуверенный в себе».

Уже Джордж Вашингтон, а за ним и другие американские президенты, понимал, что дипломатия должна основываться на стратегических интересах, а не на личных связях. Дмитрий Тренин, директор Московского центра Карнеги, входящего в Фонд Карнеги за международный мир, говорит: «Теплые личные отношения редко конвертируются в твердые связи между государствами. Важно, есть ли у лидеров общий язык, на котором они могут выразить интересы своих стран». Трампу вскоре предстоит прийти к этой истине — так или иначе. 

Тая Аря­но­ва


Оцените статью