Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Сочи. Послесловие к форуму   5

Аналитика и прогнозы

21.09.2017 18:03  5 (4)  

Людмила Коваленко

5346

Сочи. Послесловие к форуму

Возвращение Международного банковского форума в сочинский «Рэдиссон SAS Лазурная» отнюдь не создало ощущения дежавю. Напротив, на участников встречи обрушилась масса новой информации — и ожидаемой, и неожиданной.

Цели и средства

Новости начались ещё до открытия форума, накануне которого состоялось внеочередное общее собрание Ассоциации региональных банков России. Пока — региональных, отныне это «ограничение» из названия ассоциации уходит. И эта новость — не филологическая, а очень даже принципиальная. Ибо отражает серьёзные перемены и в составе ассоциации «Россия» (куда теперь вошла знаменитая «восьмёрка» крупнейших банков), и, как можно было понять из выступлений руководителей, в её целях. Впрочем, внятно новизна целей не прозвучала — вся терминология из старой обоймы, вот разве что огласили нечто вроде равенства и братства первой десятки и всех остальных. Свежо предание, но почему бы и не глотнуть чуточку надежды?

Средством же к достижению целей выбрана ротация руководящих органов и некоторая перестройка структуры. Собственно, изменения в руководстве ассоциации мало для кого стали сюрпризом — банковская поляна не так велика, слухами (вместе с более или менее точной информацией) полнится она ещё с весеннего скандала вокруг АРБ. Уже тогда стало ясно, что в банковских объединениях грядут перемены, да и персоналии назывались — гипотетически.

Однако прогнозы оправдались, и теперь у ассоциации «Россия» — новый президент, Георгий Лунтовский, человек в банковской среде более чем известный и уважаемый. Правда, доселе он был как бы по другую сторону баррикад. Что несколько настораживает: не превратится ли профессиональная ассоциация в ещё один департамент мегарегулятора? Как ни крути, а долгие годы работы в надзорном органе свой отпечаток накладывают… С другой стороны, опыт нового президента, безусловно, поможет во взаимоотношениях ассоциации с Банком России — а на них-то вся работа в основном и строится. Ну, поживём — увидим.

Пожалуй, для Анатолия Аксакова переход с президентского поста на позицию главы совета ассоциации — во благо. Депутатская работа с назначением его руководителем комитета Госдумы по финансовому рынку стала отнимать у него на порядок больше сил. И сочетать её с оперативным руководством ассоциацией становится всё труднее. Зато стратегические задачи, которыми занимается совет, как нельзя лучше корреспондируются с деятельностью в Госдуме.

Что касается Александра Мурычева, который теперь стал заместителем председателя совета, он, похоже, относится к этой трансформации философски. Помнится, когда 11 лет назад он уходил в РСПП, сохранив за собой пост главы совета, многие сомневались: будет ли Александр Васильевич по-прежнему активно работать в ассоциации? Сомневались, как выяснилось, напрасно — не такой он человек, чтобы своих бросать. «Свои» — не фигура речи. Как ни банально звучит, но вкладывал он в ассоциацию не только силы и время, но и душу. Вот ведь удавалось ему в сложной банковской среде создать поистине семейный климат. Очень хочется надеяться, что эта особенность «регионалов» не уйдёт в прошлое вместе с названием.

Но — довольно ностальгировать. И на собрании, и на самом форуме говорили всё-таки о будущем, что правильно. Потому что будущее пока вырисовывается не очень ясно. Не из-за пресловутых особенностей России, а из-за непредсказуемости внешней среды.

Ребята, кто нами правит!

Нет-нет, я не собираюсь критиковать ни регулятора, ни правительство (хотя, наверное, и найдётся за что). У нас теперь не то в предмете. Мало кто не слышал о загадочных «комитетах 300» и прочих теневых образованиях, которые правят миром. Оставим конспирологию в покое, поскольку заместитель председателя Банка России Василий Поздышев абсолютно ясно назвал структуру, которая руководит финансовым миром. Называется она Finansial Stability Board, создана на излёте кризиса в 2009 года странами большой двадцатки и базируется в Швейцарии. А совпадение аббревиатуры с названием популярной, но загадочной российской службы — игра случая.

Полагаю, профессионалам эта организация известна, тем не менее, повторю вслед за спикером те приоритеты, которые FSB выделил в финансовом регулировании. Выводы делайте сами.

Итак, первый приоритет — поддержка полного и последовательного проведения посткризисных реформ. Вторым пунктом следует построение стабильной инфраструктуры финансовых рынков. Приоритет номер три ставит целью устранение уязвимостей в управлении активами. Четвёртая позиция нацелена на соблюдение финансовыми организациями правил. И, наконец, пятый приоритет — внедрение и регулирование финансовых технологий и противодействие киберугрозам.

Как видите, в логике FSB не откажешь, болевые точки выбраны безошибочно и, по всей видимости, продиктованы реалиями прошедшего (прошедшего ли?) кризиса. Другое дело, что в который раз очередная международная структура стремится объять необъятное, от чего предостерегал ещё Козьма Прутков. Нормативы, разработанные FSB, обязательны для всех участников финансового рынка, независимо от юрисдикции, размера и доли рынка. Есть, впрочем, и отдельная группа нормативов — для системообразующих банков.

И всё бы хорошо, но «погода» в разных странах и финансовых системах уж очень не одинакова. Разная история, несопоставимый опыт, трудно сравнимые реалии.

Скажем, по мнению спикера, наиболее характерный для России риск как раз связан со злостным несоблюдением правил. Не по незнанию, нет — нарушают вполне осознанно, внаглую. Значит, и бороться с нарушителями приходится жёстко.

Так что, пусть через «не хочу», но с этой логикой придётся согласиться. Так же, как и с тем выводом, который сделал Василий Поздышев: «По сути, старая эпоха мировой финансовой системы закончилась после кризиса 2008 года. По итогам этого кризиса финансовые власти во всем мире приняли решение о начале самой полномасштабной реформы финансового регулирования за всю историю человечества… Сейчас, когда реформа подходит к своему завершению, начинается новая эпоха».

Что хорошо, а что — не очень

Конечно, выступления Эльвиры Набиуллиной ждали с нетерпением. И слушали очень внимательно. Хотя оценку (вполне позитивную) состояния банковского сектора пропустили мимо ушей — всех волновала трактовка самых громких событий года, имя которым «Югра» и «Открытие». На невысказанный, но витающий в воздухе вопрос: почему «Югру» лишили лицензии, а «Открытие» решили лечить, глава ЦБ дала очень простой и ясный ответ. Во-первых, «Открытие» — банк системообразующий, а во-вторых, у него «здоровая бизнес-модель». К печальному итогу этот банк привела чрезмерная экспансия, нездоровый аппетит к приобретению проблемных активов (один взятый на санацию «Траст» чего стоит), управленческие ошибки и — вывод напрашивается сам собой — неверная оценка рисков. Теперь вот приходится оздоровлять, кстати, и спец по реабилитации уже найден — после санации «Открытие» возглавит Михаил Задорнов.

Не ожидая вопросов из зала, Эльвира Набиуллина ответила и на второй «витающий» вопрос: «У нас нет задачи увеличить долю государства за счёт санации по новой модели оздоровления, когда ЦБ непосредственно входит в капитал проблемных организаций. Наша задача — чтобы на рынке работали жизнеспособные, устойчивые банки с эффективными моделями управления рисками».

Между тем, тема огосударствления банковской системы на форуме поднималась не один раз. Говорил об этом, в частности, и заместитель председателя правления Альфа-Банка Владимир Сенин. Более того, он назвал это явление в числе основных вызовов, препятствующих «гармоничному развитию банковского сектора». Именно на этом вызове он остановился наиболее подробно, заметив кстати: «Тот факт, что даже в рамках этого форума я являюсь первым представителем частного банкинга, получившим слово только через четыре часа после начала его работы, лучше всяких слов говорит о роли частных банков в национальной системе». Спикер поставил вопрос довольно резко. С одной стороны, по закону, государственные банки приравниваются к частным с точки зрения получения прибыли. С другой — выполняют функции институтов развития. «Тут надо чётко определиться, — предложил банкир. — Если они — институты развития, то пусть ведут себя как институты развития, а если — коммерческие организации, то не должны пользоваться своим привилегированным положением на рынке».

Может быть, я что-то пропустила, но, как и прежде, ответа на это заявление (не первое и даже, видимо, не сотое) на форуме так и не прозвучало. И очень жаль. Хотя тот же Владимир Сенин посетовал, что намерения-то по поводу сокращения доли государства в банковском секторе регулятор высказывает, «но, к сожалению, цифры говорят об обратном».

К слову сказать, многие эксперты разделяют тревогу по поводу усиления госсектора и в российской экономике в целом. Что до меня, то эта картина как-то нехорошо напоминает известный из истории 1929 год, когда начали сворачивать нэп. Не хотелось бы, право…

Конкуренция не по правилам

Не ничего удивительного в том, что тема несправедливой конкуренции по мере усиления доли госбанков в системе год от года становится всё более острой. Ни у кого в здравом уме не возникает мысль о том, как бы эту конкуренцию убрать с глаз долой. Даже в былые советские времена бригады и предприятия конкурировали, пусть и в суррогатном виде соцсоревнования. Весь вопрос — в правилах, которые для всех должны быть одинаковы.

Может показаться, будто тема эта настолько уже набила оскомину, что говорить уже не о чем. Ничуть не бывало — говорить надо, и надо добиваться выравнивания условий для всех банков, вне зависимости от статуса. Заместитель руководителя Федеральной антимонопольной службы Андрей Кашеваров не стал говорить общих слов о важности честной конкуренции, а сосредоточился на главном: «Мы фиксируем недобросовестное поведение, с которым нужно бороться, но отдаём себе отчёт в том, что это напрямую связано с доступом к ресурсам, который у госбанков намного легче, чем у частных В результате частные банки повышают ставки по продуктам, принимая на себя дополнительные риски». Не оставил в стороне представитель ФАС и в таких, увы, ставших едва ли не привычными «методах», как, например, распространение порочащей конкурентов информации.

Предложил Андрей Кашеваров и «лекарство» от этой застарелой болезни российского банковского рынка: «По мнению ФАС, необходимо заместить в оценках доступа к тем или иным ресурсам размер собственных средств наличием рейтингов, присвоенных агентствами, за деятельностью которых надзирает Банк России. И для нас очень радостная новость, что Банк России согласен с нами в этом вопросе».

А президент рейтингового агентства «Эксперт РА» Дмитрий Гришанков уверен, что «рейтинг — это более мягкая форма той же конкуренции, индикатор, который указывает на вероятность возникновения у банка проблем на горизонте года-двух». Помимо действительно хронической темы госбанков, которые «равнее всех», перед коммерческими банками во весь рост встала новая угроза, о чём, в частности, говорил на одном из круглых столов старший управляющий директор — главный аналитик Сбербанка Михаил Матовников: «Клиенты начинают проявлять всё больше внимания к небанковским секторам финансового рынка, что может привести к формированию сегментов, которые по масштабам бизнеса и по размерам активов, которые они аккумулируют, будут сопоставимы с банковским сектором».

Не так страшен финтех?

Раз уж заговорили о конкуренции с небанковским сектором, то, разумеется, всплыла тема финтеха, всё активнее наступающего на пятки банкам.

Заместитель председателя правления Росбанка Константин Артюх видит выход из этой ситуации в масштабной диджитализации. Совершенно ясно, что предпочтение, которое нынешний клиент (особенно молодой) начинает оказывать финтех-компаниям, связано с тем, что они в технологическом смысле идут на шаг впереди. И — что, быть может, даже важнее — не связаны по рукам и ногам бесчисленными инструкциями и нормативами. Пока не связаны. Но мегарегулятору, вынужденному надзирать уже не только за банками, как ещё недавно, но и за страховыми, микрофинансовыми и прочими структурами, для полного счастья не хватает только финтеха. Так что пока надзор до финтеха не добрался, возможности его почти безграничны. В отличие от банковских.

Тем не менее, Константин Артюх считает, что побороться стоит: «Кто может победить в этой конкуренции? Тот, кто осознаёт, что клиент в современном мире всё больше нуждается не только в заботе и внимании, но, не побоюсь этого слова, и в любви». Вот при таком условии и при масштабной диджитализации, по мнению спикера, банковские офисы не отомрут, если станут много более технологичными.

Надо сказать, практически все выступления, так или иначе связанные с IT, не говоря уже о специализированной панели, вызывали живейший интерес. Но вот в кулуарах, которые в знойном сентябрьском Сочи располагались под зонтиками у кофейных столов, мнения делились порой почти диаметрально. Понятно, что противников современных технологий нынче уже и не сыщешь, однако и абсолютных адептов, считающих, что «скоро ничего не останется, будет один сплошной финтех» всерьёз далеко не все принимают. Как с теми же криптовалютами: кому-то биткоин — свет в окошке, кому-то — новый лохотрон. Боюсь, точку в этом споре жизнь поставит ещё не слишком скоро.

Но то что банкам надо поспешать «в цифру», не теряя при этом классических основ, это — бесспорно. И тут сразу же возникает «цена вопроса», которая при серьёзном подходе может быть неподъёмно высока. Дорогостоящие эксперименты, что могут себе позволить в первой десятке, не по средствам даже многим банкам из первой сотни. О чём тогда мечтать остальным?

На этот вопрос нашёлся ответ у Андрея Фомичёва, заместителя председателя правления группы компаний ЦФТ, уверенного, что только проблемы информационной безопасности, переданные на аутсорсинг, могут сэкономить банку от 20 до 30 процентов расходов на поддержку своих систем. К сожалению, пока банки идут на аутсорсинг не слишком охотно — сказывается традиционный консерватизм. Но, видимо, придётся преодолевать и его — чтобы не остаться в хвосте технического прогресса.

И немного — о настроении

Настроения на сочинских форумах приходилось наблюдать разные. Стоит вспомнить хотя бы мгновенно полуопустевший зал в сентябре кризисного 2008-го… Да и в целом особой безмятежности на форумах последних лет не было — каждый год новые проблемы, новые сложности. Что само по себе неудивительно: форум всё-таки — не трёхдневный отпуск в тёплых краях, а довольно напряжённая работа.

На этот раз в настроениях соседствовали некоторая растерянность и настороженность. Надо полагать, многих волнует будущее — не только обновлённой ассоциации, но и переживающей нелёгкие времена банковской системы. Наверное, кто-то грустит оттого, что от форума к форуму меньше становится знакомых лиц, а среди его спонсоров — знакомых банков. Всё это, конечно, присутствует.

И всё-таки очень хочется, чтобы через год здесь, в Сочи, прошёл очередной форум — не так много поводов у банкиров для встреч, тем более таких, соединяющих полезное с приятным. Будем надеяться?


Оцените статью