Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

О лозунге момента   109

Человек и общество

27.03.2017 15:14  10 (1)  

Алексей Григорьев

988

О лозунге момента

Полагаю, было бы неправильно ограничиться лишь декларацией какого-либо лозунга, не объяснив откуда он взялся и в чем его суть. По этой причине я постараюсь, хоть и кратко, представить всю логическую цепочку, приведшую меня к такому пониманию современной ситуации. Собственно этому и посвящена данная статья.

Прошло практически 170 лет с тех пор, как в Европе был впервые замечен «призрак коммунизма» и высказан научный план его материализации. Практически в то же время в одном художественном произведении был описан проект космического путешествия на Луну (Жюль Верн «Из пушки на Луну»). И вот спустя полтора века все видят, что второй проект, не смотря на то, что это была просто научная фантастика, был реализован, а первый, не смотря на то, что трактовался как научная теория, нет. Некоторые считают, что дело в невозможности осуществления коммунистического проекта, потому что это утопия. Однако очевидно, что в основе этого проекта лежит научная теория. Так почему же оказался такой разный результат?

На мой взгляд причина достаточно простая: к проекту полета в космос подошли с научной точки зрения, а к проекту построения нового общества — с догматической, как к религии. Я много раз писал в своих статьях, что главное отличие религии от научной теории в том, что наука стремится привести свои воззрения в соответствии с постепенно раскрывающейся объективной истиной, а религия заявляет, что истина им уже известна, не смотря на очевидную ошибочность такого утверждения.

Весь исторический опыт подсказывает, что путь к истине не прост и тернист и никому не дано предвидеть досконально все события будущего. Именно поэтому ни отцы церкви, ни коммунистические вожди так и не смогли построить рай на Земле. Следует подчеркнуть, рай в том виде, как они его задумали. А вот ракету на Луну отправить удалось.

Уже в середине 20 века стало понятно, что базовая марксистско-ленинская теория требует научного переосмысления, модернизации. Однако эта идея попала под запрет, который в СССР продолжался многие многие годы, полагаю, что исключительно в силу полной некомпетентности советских руководителей и догматизации теории.

Но вот в последние два-три года я услышал высказывания ряда уважаемых мною людей о необходимости разработки принципиально новой концепции развития. Надо сказать, что эта озабоченность об отсутствии новых конструктивных идей проявлялась в разных формах: в виде поиска левой идеи, в виде попыток создания образа будущего (образа победы), в виде теории глобальных проектов или прямо высказывалась необходимость разработки новой социально-экономической теории. Любопытно, что такую озабоченность высказывали лишь прогрессивные экономисты и философы, но отнюдь не руководство страны.

Складывается такое ощущение, что «второсортные и третьесортные» западные теории вполне устраивают наше руководство. Поскольку я сам уже много лет занимаюсь вопросами социальной философии и Новой политэкономии, то достаточно внимательно отслеживал развитие дискуссии по данному вопросу и даже попытался в ней поучаствовать.

Два года назад я написал статью «В поисках «левой идеи» , где изложил свои соображения. Главный мой тезис был таков: в прошлом готовых решений нет, а потому образ будущего нужно создавать самим, а не искать его на свалке истории. Я также написал ряд статей, в частности, «О социальной эволюции»  и «Россия и капитализм несовместимы», где попытался осветить с разных сторон проблему эволюции общества, без понимания которой, по-моему, невозможно ни разработать новую общую теорию, ни нарисовать научно обоснованный образ будущего. В данной статье я хочу кратко высказать свои соображения о классах, классовой борьбе, элитах и движущей силе развития общества, которые собственно и привели к формулировке лозунга.

По определению Ленина «Классами называются большие группы людей, различающиеся но их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства.» (Ленин В.И. Великий почин. – Полн. собр. соч., т. 39, с. 15).

Даже если предположить, что сто лет назад данное определение было полным и точным, то в современную эпоху очевидно, что оно не соответствует реальному положению дел. Очевидно, что структура общества становится всё более сложной, многогранной. Отсюда следует, что таких специфических групп в современном обществе стало значительно больше, а те основные классы прошлого оказались в значительной степени размыты. Это значит, что деление современного общества на классы есть деление условное и не всегда имеющее достаточные основания. К такому выводу можно прийти в результате собственных размышлений или прочитав работу американского социолога Эрика Олина Райта «Марксистские концепции классовой структуры».

Становится очевидно, что прежний подход к структуре общества, прежнее понятие классов не соответствует современности и не позволяет достаточно адекватно структурировать сегодняшнее общество. Тех классов, о которых говорили Маркс и Ленин просто нет. В настоящее время  можно говорить скорее не о классах, а о социальных группах.

То, что за последние сто лет общество структурно сильно изменилось,  хорошо видно на примере пролетариата. По своему количественному составу он существенно сократился. Более того, сам принцип отнесения кого-либо к этому классу на  основании только материального положения, утратил свою былую объективность. Тождество рабочий класс = пролетариат потеряло свой смысл.

Такая же деформация произошла и с понятием буржуазия. Стала очевидна двусмысленность этого термина. В буржуазию попадают все образованные, культурные люди: ученые, инженеры, врачи, педагоги. И только термин капиталист продолжает нести некую смысловую нагрузку, боле или менее адекватно отражающую суть самого феномена.

Говоря о классе капиталистов, мы не особенно вникаем в то, как он сформировался. Однако для понимания смены формаций это оказывается важно. Следуя технологической концепции эволюции общества, было бы логичнее представить дело так, что все рабовладельцы со временем превратились в феодалов, которые в свою очередь, через какое-то время, стали капиталистами. Выстроилась бы вполне логическая цепочка, объясняющая классовую структуру общества и её линейную трансформацию. Но реально мы имеем совсем другую картину.

Реально в класс капиталистов попадали люди из самых разных сословий: и из дворянства, и из крестьян, и из ремесленников, т.е. люди, имевшие самый разный образовательный и материальный уровень. Известно, что так же пёстро выглядел на начальном этапе и состав дворянства по сравнению с классом рабовладельцев. При переходе из одной формации в другую, общество каждый раз перетасовывается как колода карт, формируя новый расклад. Нашему обществу неизбежно предстоит новый переход. И так же, как когда-то среди буржуазии оказались представители разных сословий, так и среди нового класса трудящихся-предпринимателей неизбежно окажутся и бывшие олигархи, и нынешние менеждеры, и простые рабочие и крестьяне.

Определить заранее из кого что получится невозможно. В античных менялах вряд ли можно было разглядеть черты будущих финансовых олигархов, а в средневековых ремесленниках увидеть предков будущих хозяев транс-национальных корпораций. Так и сегодня сложно предвидеть, в кого превратятся современные предприниматели, кооператоры, менеджеры. Очевидно одно, что при переходе к социализму ещё большее, даже чем при капитализме, будут иметь значение личные качества человека, а именно, его кипучая энергия, упорство и смекалка, но только вместо эгоизма, все большее развитие получит чувство коллективизма.

По моим соображениям в докапиталистических формациях классов, в классическом понимании данного термина, не существовало. Основными социальными группами были сословия. Т.е. классы в полном смысле ленинского определения появились вместе с капитализмом. Капитализм разрушил порочную сословную систему, провозгласив всех людей свободными и равными от рождения. Однако, уничтожив сословия, капитализм породил классы, потому что в сознании общества, в силу инерции мышления, сохранилось порочное представление о сословной иерархии общества — по сути пережиток феодализма.

При подготовке данной статьи мне случайно попалась на глаза следующая цитата В.И.Ленин: «Сословия предполагают деление общества на классы, будучи одной из форм классовых различий. Говоря о классах просто, мы разумеем всегда бессословные классы капиталистического общества.» (Ленин В.И. Перлы народнического прожектерства. – Полн. собр. соч., т. 2, с. 476.) Она меня ещё раз убедила в правильности моих рассуждений. Однако нельзя не видеть, что при определенной схожести понятий есть существенная разница между феодальными сословиями и классами капиталистического общества, особенно когда речь идет об антагонистических противоречиях. Антагонизм сословий абсолютен, он заложен в самой сути этого метода структурирования общества.

Совсем другую ситуацию мы наблюдаем в капиталистическом обществе. Формально в капиталистическом обществе все свободны и нет никакой личной зависимости. Так откуда же взялись антагонистические классы? Даже при самом поверхностном анализе оказывается, что в любом обществе имеется некоторое количество социальных групп, во всяком случае их больше одной, из которых достаточно легко выбрать две наиболее различающиеся по какому-либо параметру, например, уровню дохода или уровню знаний или  росту, весу или любому другому.

Специфика человеческой психики в том, что люди вполне спокойно переносят неравенство по всем другим параметрам, кроме материального достатка и социальных прав. И это не удивительно, представьте, что у вас нет ни копейки на еду и негде жить. Разве вам это понравится. Очевидно, что отсутствие красивого голоса и музыкального слуха переживается много легче и даже маленький рост или чрезмерный вес не воспринимаются так остро, как отсутствие денег или жилья. В этом, по-моему, и состоит механизм деления общества на антагонистические классы. 

Более того, если принять во внимание, что антагонизм это явление скорее личностное (психологическое) и непосредственно с социальным статусом человека не связано, так как  оно возникает не из-за формальной принадлежности людей к разным социальным группам, а совсем по другим причинам, то идея классовой (именно классовой) борьбы в развитом, не сословном обществе теряет свой первоначальный смысл. Так, например, в СССР не было других классов, кроме рабочего класса, тем не менее антагонизм между социальными группами все усиливался.

Полагаю, что именно эти социальные противоречия Сталин воспринимал, как классовую борьбу, а потому не смог найти адекватных мер противодействия. Кроме того классики марксизма-ленинизма полагали, что движущей силой развития общества является именно борьба классов. Однако сегодня стало достаточно очевидно, что это не так. Прежде всего потому, что один из главных диалектических законов «единства и борьбы противоположностей», на котором они основывали свой вывод, в свете современных научных данных явно требует уточнения.

Учитывая вышеизложенное, становится очевидно, что чем несовершеннее структура общества и неадекватнее механизмы управления, тем сильнее поляризация общества, тем сильнее личностный антагонизм и тем легче общество делится на антагонистические классы. Т.е. на те социальные группы, которые оказались на противоположных полюсах: народ и власть, трудящиеся и чиновники, олигархи и все остальные. А поскольку человек не может не есть, не одеваться и вообще нигде не жить, то естественно самым чувствительным параметром, по которому люди себя сравнивают с другими, является их материальное положение. Поэтому именно этот параметр всегда лежал в основе понимания социальной справедливости. Но чем дальше идет эволюция человека, тем большим содержанием наполняется идея социальной справедливости. Для нормального развития человеку становятся нужны не только пища, одежда и жильё, но и свободный доступ к медицине, образованию, культуре в самом широком смысле. Если в докапиталистических формациях принадлежность к тому или иному сословию были предопределены с рождения, то в капиталистической формации у людей появился определённый шанс выбраться из нищеты и перебраться в другую социальную группу.  Однако такая ситуация стимулировала не только научно-технический прогресс, но и существенно обострило конкуренцию в обществе. Тем самым она не только не уничтожила, но наоборот усилила расслоение общества и стала питательной средой для проявления самых эгоистических качеств людей, появления антагонистических классов.

Поскольку всякая политическая борьба в обществе ведется вокруг стремления лучшего (в субъективном понимании) устройства общества и воплощения идеи социальной справедливости (тоже достаточно субъективной), то важно понять, что такое социальная справедливость, как она формируется и кто за неё борется. Понятно, что идея социальной справедливости и соответствующий ей образ будущего может зародится в голове любого человека. Очевидно, что это продукт развитого интеллекта.

Сама по себе идея не может ничего изменить, она может только распространиться среди людей, и тогда она становится «материальной силой». Поддержать достойную идею, приглянувшийся образ будущего могут люди из любой социальной группы, любого класса. Таким образом, политическую борьбу возглавляет вовсе не сам угнетенный класс, а люди обладающие более высоким сознанием и сформулировавшие привлекательный образ будущего, т.е. параметры этой самой социальной справедливости.

Для стабильности государства очень важно, чтобы был определённый консенсус в её  понимании. Именно отсюда в обществе возникает конфликт: устаревшее понимание справедливости, если его придерживается правящая элита и продолжает навязывать  обществу, уже не устраивает большинство населения. Старое понимание справедливости приходит в конфликт с новым. При том, что новое понимание социальной справедливости вызревает в народе, очевидно, что сформулировать новое видение может только  какой-то человек или группа лиц, обладающих высокими интеллектуальными способностями, хорошим образованием, развитым духовным миром. Эти люди суть выразители новых прогрессивных, гуманистических идей.

Важно отметить, что такие люди могут появиться в любой среде и в народной массе, и среди элиты. Именно эти люди и их сторонники после перехода (эволюционного или революционного) на новые правила жизни, к новой общественно-экономической формации (ОЭФ) составят новую элиту общества. Отсюда становится понятно, что движущей силой эволюции общественных отношений является не борьба классов, а борьба человеческого сознания с животными инстинктами, в том или ином виде сохранившимися в обществе, т.е. борьба за окончательный переход от «естественного состояния» животного мира к разумному бытию человека. Иногда это противоречие приходилось решать революционным путем, поскольку не отсталость технологий или производственных отношений вообще, а именно позиция прогнившей элиты, потерявшей главные человеческие чувства: справедливости, гуманизма, любви, сострадания, становилась главным тормозом развития общества.

Следует добавить, что человеческое общество во все времена пыталось как-то структурироваться. Некоторые авторы используют термин «самоорганизация общества», однако я не могу с этим согласиться. У меня язык не поворачивается назвать вопиющее имущественное и культурное расслоение общества самоорганизацией. Получается, что массы сами отказались от всех своих прав в пользу элиты, оставив за собой лишь обязанность работать с утра до вечера.

Вместе с тем удивляет то, по каким параметрам проходила структуризация общества, т.е. выделение его элиты. Из истории известны различные принципы по которым формировались элиты. В элиту выходили прежде всего те, кто обладал военной силой, знатным родом, затем огромным капиталом, закончилось теми, кто лучше поет и танцует. Бесспорно эти особенности личности заслуживают всяческих похвал. Если человек ими обладает это безусловно его большое достижение, пожалуй за исключением знатности рода - это не заслуга личности. Но какое это имеет отношение к политическому и экономическому руководству страной? Для правильного руководства нужны совсем другие качества личности: интеллект, образование, человеколюбие, преданность родине, высокая нравственность, честность.

Элита общества — это не те, кто ничего не делает, а лишь развлекается, не те, кто законно, а то и незаконно получает огромные деньги, не те, кто лучше других пляшет или поет, а те, кто обладает видением образа будущего, чувством справедливости и способен воодушевить и организовать других на созидательную деятельность, ведь именно на элиту возлагается задача наилучшим образом организовать жизнь в обществе. Формирование настоящей элиты, вот сегодня важнейшая задача. Поэтому считаю, что сегодня более уместным был бы лозунг «Разумные люди всех стран, объединяйтесь». Это тем более актуально для России по причине деформации самой структуры нашего общества и его атомизации.

В заключении хочу обратить внимание на следующий факт: в предисловии к немецкому изданию 1872 года Ф. Энгельс отмечал: «Однако „Манифест“ является историческим документом, изменять который мы уже не считаем себя вправе». Видимо, он понимал, что можно кое-что подправить, возможно неточности, возможно непринципиальные ошибки, а ведь прошло всего 24 года с момента первого издания «Манифеста» в феврале 1848 года. Это вовсе не упрек, а констатация того факта, что нет вечных теорий, хотя бы потому, что меняется окружающий Мир, меняется сам человек.

 


Оцените статью