Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Чему нас учит семья и школа   14

Человек и общество

02.04.2017 08:00

Максим Соколов

246

Чему нас учит семья и школа
 

О том, сколь массовым было дело 26 марта, существуют разные мнения. Организаторы и сочувствующие всегда накручивают численность, полиция скручивает, и данные соотносятся как 5 к 1. Причем это относится не только к отечественной статистике. В странах, именуемых образцами цивилизованности, то же самое.

Но практически все сходятся в мнении, что новизна данного мероприятия в активном участии несовершеннолетних и вовсе малолетних при относительно более низкой доле традиционных протестантов более солидного возраста.

О крестовом походе детей говорят все. Зато в вопросе о том, почему отроки полезли в уличную политику, наблюдаются большие разногласия

Можно допустить, что бунт школьников связан с тем, что семья и школа выучили их гражданственности. «Представим себе, что в каком-нибудь доме постоянно, с бешеной злобой, твердили о «ненавистном русском правительстве»; об его «преступлениях»; об его «кровавых преследованиях»; о том, что оно «устраивает» еврейские погромы и т. д. На эту тему беспрестанно ораторствовал отец; поддавала жару мать со свойственной женщинам безоглядной яростью; дудели, как в бубен, все старшие братья и сестры», — писал Шульгин. Разговоры за обеденным столом порой приводят к тому, что отрок вполне ими проникается и переходит к действию. Участие в митинге – это еще полбеды, наслушавшиеся родительских свободолюбивых речей дети порой брались и за револьверы.

Причем сами родители не обязательно желают столь последовательного вывода из их застольного красноречия. Иные просто опасливы. Ино дело, расстегнувшись после обеда, побранить правительство – да кто же этим не грешил? – ино дело пойти на улицу, чтобы, как тореадор, бегать с красным знаменем. Или учинить что-нибудь еще похуже.

Иные обладают более сложным, не вполне манихейским взглядом на вещи.

Их убеждение, что правительство никуда не годится, не обязательно означает, что наглый и бесстыдный демагог, обличающий это правительство, им очень нравится. С вольнодумными речами может сочетаться внутреннее убеждение «Чума на оба ваших дома»

Но осторожность и многомерность не свойственна детям, и они могут делать из родительских речей такие выводы, от которых сами родители скорее бы открестились. См. у того же Шульгина – «Причинную связь между этими злобными речами и выстрелом мальчишки, чью душу эти речи набили политическим порохом, установить современными методами правосудия нельзя. Их нельзя даже подвести под понятие подстрекательства; ибо подстрекать, значит, подговаривать к определенному деянию; а говорить вообще слова, отравляющие душу злобой и жаждой мести, в понятие подстрекательства не входит. Да и все эти «отцы» в случае чего отрекались; ни один не имел мужества сказать: «Да, это я довел своими иеремиадами психику моего сына до такого состояния, что он схватил браунинг, пошел и убил»».

Аналогичная картина с педагогами (не всеми, но многими) элитных школ.

Не все педагоги-новаторы, подобно бабеляру Меерсону из 57-й школы, занимаются физическим оплодотворением юных питомцев – это все-таки эксцесс. Но духовно оплодотворять юношество в известном направлении педагоги-новаторы горазды и весьма

Писатель  и народный учитель Д. Л. Быков этим даже гордится: «Я видел на митинге многих своих выпускников, студентов и впервые в жизни понял, что, наверное, я их правильно учил».

Совсем как в рассказе Довлатова про лагерную самодеятельность, где з/к Гурин, играющий Ленина, вдохновенно обращается к залу: «Кто  это? Чьи это  счастливые юные лица? Чьи  это  веселые блестящие глаза? Неужели это молодежь семидесятых?.. Неужели это  те,  ради кого мы возводили баррикады? Неужели  это славные внуки революции?.. — Завидую вам, посланцы будущего!  Это  для  вас зажигали мы первые огоньки новостроек!  Это ради вас… Дослушайте же, псы! Осталось с гулькин хер!.. Так пусть же светят вам, дети грядущего, наши кремлевские звезды!..».

Радостного тут, конечно, мало, но дети, которых таким образом научила семья и школа, во всяком случае не представляют собой никогда прежде не бывалый феномен. Сто лет назад было нечто подобное. Потом представители семьи и школы, правда, почувствовали, что дело идет куда-то не туда – «Так ведь это, прости, потом». Но в общем-то картина стара, как мир.

С этой версией, согласно которой, слово учителя и родителя (хотя бы иным оно совершенно не нравилось) все-таки имеет вес и достаточно большой для юного поколения, конкурирует другая, постулирующая, напротив, тотальный нигилизм отроков в отношении семьи и школы.

Поколение, от колыбели привыкшее и ифонам и ипадам, не просто проводит массу времени в киберпространстве (это и другие возрастные когорты делают), но проводит его преимущественно в его аудиовизуальных сегментах, таких как инстаграм и ютюб. Навыки распознавания письменного текста за ненадобностью атрофируются, и на сцену выходит действительно новое, бесписьменное поколение. Принципиально более податливое на приемы суггестопедии

Даже при низком уровне грамотности в России XVII века, все-таки письменный текст лежал в основе агитпропа – «На базарных площадях кидали подметные письма и тут же, яростно матерясь, читали их народу». Аудиовизуальная хованщина с инстаграмом и ютюбом – это принципиально новые возможности поднятия гнева масс. В особенности – отроческих масс.

Рассуждения же о «новой реальности» ставшие общим местом в форсайтах, стратегиях и рассуждениях либеральных важных лиц, сводятся к тому, что «Вы держитесь там, все перемелется, мука будет, но о прежних жизненных устоях вам придется забыть». Может быть – если форсайты точны, — нас ждет прекрасный новый мир, может быть, такая «железная пята», на фоне которой сталинский режим парадизом покажется, но в любом случае из тезиса о «новой реальности» автоматически вытекает аннигиляция опыта и авторитета старших поколений (важные лица, которые тоже не первой молодости, почему-то предполагают, что их это не коснется, но на всякого мудреца довольно простоты). И родитель, и учитель оказываются у разбитого корыта, а отроки сами ищут своего места в новой реальности. Нечто подобное было в России в 90-е гг., но теперь, как нас учат форсайты, все будет гораздо более серьезно и к тому же во всемирном масштабе.

Тогда при становлении «новой реальности» роль самозваных демагогов возрастает неимоверно – это их звездный час

Возможно, Л. С. Катилина нашего времени уловил тенденцию – и в общем-то не видно, как этому противостоять. Рецепта от «Здравствуй, я твой куратор в игре «Синий кит», а равно «Здравствуй, я твой куратор Зеленый Леша» пока что не предложено. А единственный правильный ответ – «А по-моему ты г…!» – не всякий отрок способен дать, тут нужна некоторая циническая охлажденность, пионерам и октябрятам не свойственная.

Как не свойственна нынешнему демагогу даже остаточная совестливость, не позволяющая вербовать в пехоту малолеток. Все его конкуренты оказались слабаками, потому что не смогли полностью освободиться от химеры, именуемой совестью, тогда как нынешний куратор смог. Возможно, потому, что не от чего было освобождаться – бывает и такое.

Все-таки в западном мире (in partibus infidelium, в Африке, Латинской Америке, Юго-Восточной Азии другое дело) на это дело существует устойчивое табу. Во время дрезденского свидания с Наполеоном 28 июня 1813 г. Меттерних сказал императору: «Государь, я только что проходил мимо Ваших полков; Ваши солдаты — дети. Вы произвели несколько преждевременных наборов и призвали в войска едва лишь сформировавшиеся возрасты. Когда это поколение будет уничтожено нынешней войной, произведете ли Вы следующий досрочный набор? Призовете ли еще более молодых?».

Вместо того, чтобы весело ответить: «Гы-гы-гы!» (или как это там по-французски) уязвленный великий император взбесился и стал топтать свою шляпу. Он все-таки понимал, что это не comme il faut. Гитлеровские опыты с фольксштурмом весной 1945 г. тоже не вызвали большого понимания.

Причем у лидеров объединенной Европы было хоть и не извинение, но по крайней мере объяснение их опытов в жанре Минотавра. Они были бы и рады призвать более зрелые возрасты, но они уже были выбиты войной. У нынешнего демагога даже этого нет – просто детей вербовать удобнее, потому что слишком многих взрослых – даже в грош не ставящих нынешнюю власть и искренно желающих ей провалиться к чорту – корежит от «Доброй машины правды». Спазмам в желудке не прикажешь

Полгода назад соблазн с педагогами-новаторами 57-й школы многих протрезвил – это уже было слишком. Протрезвит ли нынешний крестовый поход детей? – Бог весть.

Но во всяком случае первоначальные крики «А что тут такого?» и «Они же дети!» сменились заявлениями в духе «Разговоры о том, что там была школота, ведутся всякими падлами. Это не школота, а студенчество, причем старших курсов!» (Д. Л. Быков). Возможно, полностью солидаризоваться и с этим методом борьбы прогрессивная общественность пока не вполне готова. То ли химера совести, то ли боязнь, что будут бить.

 


Оцените статью