Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Как Кафку делают былью: ещё раз про окна Овертона   4

Человек и общество

02.07.2017 17:36

Анна Яковлева

487

Как Кафку делают былью: ещё раз про окна Овертона
Слово «народ» должно отдохнуть лет сто и потом навечно. Потому что творцы устали от народа и проведут акцию в поддержку студии Кирилла Серебренникова. А мнения о запрете чего-то следует запретить. О любви надо говорить, а не мнения выражать. Так примерно выразил своё мнение Константин Райкин в интервью «Коммерсанту» 26 июня 2017 года от Рождества Христова.

Культ прав человека цветёт во всей красе. Мы даже увидели этого человека. Он дядька хитрющий. Это 14, что ли, процентов, которые право имеют. А остальные 86 процентов и топориком можно хватануть, ибо они тварь дрожащая. А потому что Разум и Свобода. И права Человека с большой буквы, а не вас, убогих и сирых, ув. читатели. Потому что этот большой Человек вас запрещает, запрещая вам иметь мнения.

Существуют окна Овертона. Это коридор допустимых для публичного обсуждения в конкретном обществе на конкретном этапе его исторического развития объектов и мнений о них. Сегодня как никогда отчётливо видно, что в периоды общественного кризиса в сферу допустимого для публичного обсуждения, а затем – приемлемого и закреплённого как норма моральная и законодательная, – может попадать что угодно. Включая мнение интеллигенции, в кодекс чести которой входила защита народа от власти, о том, что народ должен заткнуться и перестать существовать. И глупых древних, считавших, что глас народа – глас Божий, – в сад!

В век Просвещения и Великой Французской революции жил-был маркиз де Сад, практиковавший свободу от всякой морали и сумевший из своих пороков, строго следуя культу Разума и Свободы и приняв революцию с восторгом, вывести целую теорию оправдания самых чудовищных преступлений. Маркиза неоднократно помещали в тюрьмы и потом в сумасшедший дом, а его книги – в книгохранилище, где они пролежали до последней трети ХХ века, когда были с энтузиазмом востребованы уже нашими современниками, а их автор реабилитирован в глазах мирового сообщества. Потому что только подлые тоталитаристы могут нападать на Другого. Он же просто от тебя отличается и имеет на это право. А ты его уважай.

Начиная с XIX века, нашлось много охотников сделать, к примеру, и самого Иуду Искариота положительным персонажем: то он оказывался славным революционером и боролся за свободу евреев против римских супостатов, то – дурачком, которого использовала втёмную Божья воля, то занимался самопожертвованием, то единственный из апостолов смог достойно выполнить просьбу учителя.

В СССР и затем в РФ в период перестройки и в 1990-е были введены в поле допустимого обсуждения – ведь мы же свободные люди! свободные и не пугливые! не пугливые и рациональные! – идеи, которые ранее находились за пределами окон Овертона как неприемлемые.

Может, герои истории близкой и далёкой – и вовсе не герои, а сумасшедшие, насильники, фанатики или просто оступились, нога подвернулась, вот и попали телом на пулемёт и самолётом – на колонну вражеской техники?

Может, и Родина – это не то место, где ты родился и вырос, а то, где лучше платят? И хорошо и морально Родину распродать распивочно и на вынос?

 

Может, наше государство и его институты – армию, милицию, суд – надо уничтожить? А следует позвать править и володеть нами другие государства, ибо земля наша велика и обильна, а порядку в ней нет?

Может, во всём виновата плохая генетика? Русские? Евреи? Татары? А не обсудить ли еврейский вопрос, недообсуждённый Гитлером? И извечное русское зло не поставить ли на голосование?

Может, сочувствовать бедности – дурной тон, а хорошо и правильно презирать бедных, толкаться локтями, идти по трупам и кичиться нахапанным, ведь деньги не пахнут?

Может, брак – для отсталых, а продвинутые занимаются свальным грехом, и это вовсе не грех, а норма?

Может, соболезнуют кончине человека только лузеры, а винеры топят на костях и веселятся?

Может, истины вообще нет, есть равновеликие и равноценные мнения?

Может, добро – это перегрызать ближним горло, а зло – только когда перегрызают горло тебе?

Довольно быстро вопросительные знаки были сняты, а всё, о чём сначала говорилось с вопросительной интонацией, превратилось в утверждения «думающего меньшинства». И поехало с гиканьем и свистом. Дата смерти русской интеллигенции – расстрельное письмо 42-х, авторы которого взывали к властям с требованием «раздавить гадину». Это 1993 год. Как расстреляли, так и наступило царство свободы и разума, а то ему всё время, как плохому танцору, что-то мешало.

Театр в числе первых освободился от клятого коммунизма, начав, как авторы «новой драмы», пропаганду всех мыслимых и немыслимых человеческих пороков. А потому что свобода их встретила радостно у входа. Но вот досада: народ не тот им попался, который ещё и смеет свои суждения иметь. Непродвинутый какой-то. Ну не хочет он мата на сцене, публичного группового секса в музеях и непотребства в церквах. И высказывает мнения, что, мол, того, надо бы как-то эти бесчинства прекратить. В конце концов, культура вообще началась с табу – с запрета людоедства и инцеста, и отменой всех табу она заканчивается. Вон на вашем Западе, из которого вы сделали настоящий культ, таковское выражения мнений в непредназначенных для этого местах пресекается на раз, подобное кино посещается вполне специфической публикой, а театрики существуют на свои деньги в залах мест на 20 – 30 и имеют вполне маргинальный характер.

Но не таков наш интеллигент, чтобы пропагандировать рынок и жить в рынке с его прекрасной рукой, которая всё расставит правильно. Не таков он, чтобы, выливая помои на героев прошлого и современников и воспевая иуд и девиации, получать в ответ меры защиты, которыми социум пытается себя оградить от Человеков с большой буквы. Нет, не таков. Он желает харкать вам в лицо за ваши же деньги.

Конечно, есть такие болезни общества, которые надо лечить. Но лечить, а не объявлять их здоровьем. Лечить, а не утверждать, что больные лучше и утончённее здоровых. Даже если это твоё мнение. Потому что ещё Достоевский в «Дневнике писателя за 1876 год» утверждал: русская интеллигенция должна преклониться пред правдой народной, хотя народ и бывает «предан мраку и разврату». Задача интеллигенции – исправлять это положение. Но ведь никак не усугублять! Да, Фёдор Михайлович отмечал, что у интеллигенции есть и то, что «мы не отдадим ни за что на свете». Однако, как очевидно стало ещё раз, интеллигенции больше нет, раз уж то, что она «не отдаёт ни за что на свете», является правом превозноситься, презрительно поучать, жить на наши средства и запрещать высказывать мнение, отличное от мнения её любимой. И если общество не предпринимает ограничительных мер по отношению к таким безбрежным Свободе и Разуму, а также правам немногих Человеков с большой буквы, маятник пойдёт в обратную сторону. И народ, которого нет, вернее, его самая неделикатная часть, вдруг да обернётся к вам «своею азиатской рожей» и снова станет развешивать «думающее меньшинство» на фонарях. Степень агрессивности уже зашкалила с обеих сторон. Эй, думающие, вы уверены, что именно этого добивались?


Оцените статью