Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Лекция N2. Понятие об империи

Человек и общество

22.04.2014 20:03  

Олег Григорьев

139

Расшифрованный и отредактированный текст лекции N2 из цикла "Управление и элитология"

Прежде чем начать лекцию об империи, я хотел бы сделать несколько замечаний о понятии государство, поскольку и в науке и в общественном сознании нет более извращенного понятия, чем это. В дальнейшем специальная лекция будет посвящена вопросу о том, кто и почему это понятие извращал. Но сейчас нужны некоторые предварительные замечания.

На одном из вебинаров я рассказывал про государство и проблемы государства. Со мной в полемику вступил один слушатель, суть высказываний которого сводилась к следующему: обществу необходимо управление, и государство это управление обеспечивает.

Это достаточно простое представление. Есть и более рафинированная точка зрения, которую выражают ученые: существуют (или по мере развития общества возникают) некие общие вопросы, для решения которых и нужно государство.

Однако давайте задумаемся о том, что у нас появляется раньше: государство или общие вопросы? Конечно, государство. Общие вопросы не могут появиться до тех пор, пока не существует государства. Именно по мере становления государства и в его рамках появляются общие вопросы.

Но эти общие вопросы возникают не как запросы населения. Это общие вопросы, которые государство по мере собственной эволюции и исходя из присущих ему особенностей ставит перед населением.

Если мы так посмотрим на ситуацию, то логика истории будет выглядеть по-другому. Ведь что такое общие вопросы? В разных местах люди жили по-разному. Посмотрим на жизнь робинзона: он что-то сеет, производит, дома выделывает ткань. Какие у него могут быть общие вопросы? Никаких. У робинзона нет никаких общих вопросов до тех пор пока кто-то не придет с оружием и не потребует, чтобы с этого момента робинзон делал то же самое, но при этом часть отдавал, и то же самое будут делать все остальные робинзоны. И вот тогда у этих робинзонов могут появиться общие вопросы.

Что это за общие вопросы? Обычно указывается на то, что государство строит общие дороги. Но из истории известно, зачем государство это делает: вовсе не для того, чтобы оживить торговлю и коммуникации.

Римские дороги строились для того, чтобы по ним в нужном направлении проходили римские воска, а вовсе не туда, где живут люди и куда нужно провести торговые пути. Наоборот, после строительства дороги люди стараются поселиться к ней поближе, и тогда действительно возникает концентрация и оживление торговли.

Таким образом, грубо говоря, осевые линии истории (например, по инфраструктурному параметру) задаются не рациональными доводами (экономическими или еще какими-то), а просто геополитической конфигурацией того времени: с какой стороны угрожала опасность и куда в случае чего надо было быстрее доставлять войска ‒ туда и строили дорогу. Конечно, потом вокруг дорог селились люди, возникали города и т.д. И вот только тогда появлялись общие вопросы.

Таким образом, методологическая установка формулируется так: сначала возникает государство, а потом появляются общие вопросы, управление, и вообще все, что мы описываем как рациональную потребность в государстве.

Мне могут привести в пример Гоббса. Гоббс обосновывает необходимость Левиафана тем, что без него бы началась война всех против всех. Но Гоббс описываем современное ему общество, он видит скопление людей в городах. Но кто скопил этих людей в городах?

Это сделало государство, создав эти города (изначально как замки, как опорные пункты[1]) и скопив там людей, а потом уже возник вопрос о правилах жизни в городах. То есть общий вопрос появляется после того, как государство совершило некий набор действий. Это методологическая установка, от которой мы будем отталкиваться.

 

Мне непросто читать лекцию про империю. Про экономику я знаю практически все, а поскольку общего гуманитарного образования я практически не имел, хотя и прочел много литературы по данному предмету, то подозреваю, что что-то могло пройти мимо меня. 

Меня всегда удивляла классификация типов государств. Говорят, что государства по форме бывают республики, монархии, и иногда в этот же ряд записывают империи. В общем-то понятно почему. Историки говорят, что Римскую республику сменила Римская империя, и в этом смысле республика и империя для них являются как бы однополярными явлениями, разными формами одного и того же. Забегая вперед, скажу, что для меня Римская республика и Римская империя – это империи.

Таким образом, бывают республики, монархии и бывают империи, потому что из Римской республики появилась империя – это нам преподают и делят на два разных этапа. При этом понять, чем отличается монархия от империи очень сложно. В их теориях они конечно различаются.

Есть другая классификация. Хорошо, говорят историки, пусть будет дихотомия – империя и национальное государство. С империями мне все понятно. Если посмотреть на историю, то империя – это вполне традиционная форма существования обществ, можно даже сказать, универсальная. Но тогда возникает вопрос: а откуда же появилось национальное государство? Для национального государства придумана логическая схема: род–племя–этнос–нация.

Все понимают, что племя-то было (его и сейчас можно кое-где понаблюдать), и говорят, что из него потом каким-то образом развилась нация (которую тоже можно изучать). При этом непонятно, что было в промежутке. Чтобы заполнить эту пустоту, было придумано ложное понятие этноса и целая наука – этнология. Хорошо, пусть будет племя, этнос, нация. А где в этом ряду империи? Что в империях происходит с родом, племенем, этносом, нациями? Здесь нам тоже никто ничего конкретного не говорит.

Получается, что дихотомия ‘империя – национальное государство’ тоже нерабочая. То есть мы видим, что и империи, и национальные государства были и есть, но неясно, как их классифицировать. Я мог бы и дальше множить подобные вопросы, которые возникают при чтении разного рода литературы о классификациях государств.

При этом с империей связан еще один подлый нюанс. Обычно говорится, что Российская империя (которая является обычной, традиционной, нормальной империей) тождественна Британской империи, поскольку и то и другое  называется империя (хотя очевидно, что устроены они совершенно по-разному). Слово одно, и поэтому они отождествляются.

Когда нам до сих пор предлагается разрушить империю, имеется в виду, со ссылкой на Британскую империю, что есть центр империи с национальным государством и есть колонии. Но в случае Российской империей непонятно, где этот центр. В этом смысле ей ближе Австро-Венгерская империя, которую называют лоскутной империей. Считается, что Российская империя и Британская империя это одно и то же, но на деле это абсолютно разные явления, и их распад имеет разные последствия. Когда разрушается Британская империя, любой англичанин понимает, что его родина – Англия, а когда разрушается Российская империя, любой житель, какой бы он ни был национальности, перестает понимать, где он живет и где его родина.

Давайте со всем этим сейчас будем разбираться.

Вопрос. Тогда как классифицируются государства? По форме правления?

Ответ. Это хороший вопрос. Империя и национальное государство – однопорядковые явления: это два разных способа организации территории с живущим на ней населением. То есть классификационный признак – способ организации. Римская республика и Римская империя – империи как способы организации пространства, населенного людьми, и в этом смысле единственное, что нам подсказывает пример Рима, – это то, что империи могут быть как монархиями, так и республиками.

В этом смысле само слово империя никакого сакрального значения не имеет. Империя – это способ организации населенного пространства. Может быть и неорганизованное населенное пространство: каждый вскапывает свой клочок земли – но это локальная организация, а не организация пространства. Поэтому когда я в своей первой статье выделял понятие империи, пока как рабочее, я привел прилагательное – территориальная империя. Там, в частности, предлагалось отличать территориальную империю от национальной империи, именно потому что  это разные способы организации пространства. Наше понимание империи отлично от того, как его понимают остальные, потому что у них понятие империи – это что-то в ряду республика-монархия-империя, то есть империя – это какая-то супервластная структура, а не способ организации. Именно исходя из такого представления и придумываются понятия типа ‘империи Ротшильдов’.

Вопрос. Какие еще бывают способы организации пространства?

Ответ. Еще хороший вопрос. Собственно к нему мы переходим.

Существует множество видов империй. Но здесь тоже есть проблема. По-старому определяя империи, то есть вообще их никак не определяя, а связывая с чем-то сакрально-властным, очень многие государственные образования не относят к империям. Мое утверждение звучит так: по крайней мере до, условно говоря, XI века нашей эры организованные пространства в мире существовали только в виде империй. Другое дело, что империи возникали, сталкивались друг с другом, некоторые погибали, не успев вырасти.  

Существует еще одно понятие, которое обычно ставится особняком, – город-государство. Рим, Римская республика и Римская империя базируются на этом понятии. Часто говорят про Афины. Но разве Афины не были империей? Разве они не владели почти всей Грецией?

Реплика. Афины не пытались собирать налоги с чужих языков.

А может быть им не позволяли этого делать? Может быть Афины и хотели бы собирать налоги, но не могли.

Национальное государство Италия до сих пор говорит на разных языках. В одном из древнейших государств двигавшихся по пути национальных – во Франции – южане плохо понимают северян. Откуда мы знаем, что в Древней Греции все говорили на одном языке? Европейское наследие сохранилось на латыни. Но мы-то понимаем, что в Европе говорили на разных языках, многие из которых мы не знаем сегодня. Греки нам оставили наследие в виде собственной латыни, которой может быть афинский диалект, а может быть что-то еще. Мы про это не знаем, это гипотезы. Это тоже важный момент.

На протяжении двухсот лет, а может и дольше, считается (сначала в Европе, а потом и во всем мире), что идеальным типом государства является национальное государство. Историю как таковую, как сквозную, стали писать и разрабатывать в рамках процесса формирования национальных государств. При этом предполагается, что вся предыдущая история вела к созданию национального государства. Поэтому некоторые исторические моменты забываются, на них даже не обращается внимание.

Например, мы привыкли к тому, что русский язык единообразен на всей территории страны, но при этом мы забываем, что это литературный русский язык. В середине XIX века столичный дворянин, попавший в сельскую местность, не понимал, что ему говорят крестьяне, а крестьяне не понимали, что он им говорит. Даль ездил и составлял свой словарь, где есть множество слов, которые в разных местах понимались по-разному. В России победила русская латынь ‒ литературный язык, созданный Пушкиным. Единый язык для Российской империи – это латынь, которую при всеобщей демократизации освоили все слои, что произошло начиная с середины-конца XIX века. Мы привыкли существовать в этой языковой среде, мы не задумываемся, откуда она взялась, нам кажется, что так было всегда и всюду.

И точно так же нам кажется, что вся история шла к национальным государствам как наиболее развитой форме государственности, и что они даже где-то строились, но только что-то с ними происходило.

Коснусь еще одного очень тонкого момента, связанного с историей и ее пониманием, – как раз по поводу городов-государств.

Город-государство в своем основании есть имперское образование. Рассмотрим античные города-государства[2].

Часто говорится, что итальянские города-государства по сути не отличались от античных городов-государств.

На самом деле итальянские города-государства и античные города-государства – не одно и то же. Античный город-государство создавался как зародыш империи. Он мог погибнуть или развернуться в империю – небольшую, как Афины или Спарта, или большую, как Македония. То есть античный город-государство – это зародыш империи, он и сам по себе есть маленькая империя.

А что такое итальянские города-государства? Это обломки империи. Они создавались для того, чтобы высвободиться из империи (именно поэтому они назывались вольные города), и их главная задача долгое время заключалась в том, чтобы сохранить свою независимость от внешних сил.

Другое дело, что когда выяснилось, что такая модель существования вольных городов неустойчива, и нужно превращаться в империю, особенности их генезиса не позволили этого сделать. Поэтому Италия на много лет осталась расколотой, что, в некотором смысле, для многих историков тоже является загадкой.

В Италии национальный дух вроде бы есть, но национальное государство создать по сути не получилось. Потому что города с прилегающими территориями существовали не в терминах национальных образований, а в терминах имперских. Но даже в имперских терминах они были временными, поэтому так и не стали полноценными империями, а влачили жалкое существование. 

 

Структура империи очень проста. В империи есть всего два элемента: элита и народ. Отметим, что слово элита появилось только в конце XIX - начале XX века. Поэтому элиту можно обозначить как знать, аристократию, мамелюков и пр.

Кто такая элита? Давайте сразу определимся. Элита ‒ это те, кто захватил данную территорию, после чего их потомки осуществляют над ней контроль. Народ ‒ это население, которое жило на данной территории до ее захвата. Пришли первые и теперь вторые платят им дань. Это общая структура, базовая.

Эти два элемента могут взаимодействовать по-разному, все зависит от обстоятельств. Например, от территории, которая захватывается. Если посмотреть на Грецию, то речь идет о небольших территориях, поскольку дело происходит в горах.

Кто захватывает территорию? Возглавляют захват профессиональные бандиты. Кто может участвовать в завоеваниях? Рассмотрим пример викингов. Отряды викингов состояли из двух частей: профессиональные военные и молодежь, которая участвовала в набегах из-за сильной перенаселенности на собственной территории. Поэтому могло быть так, что в числе захватчиков был и народ.

Если мы посмотрим на Афины, то там появилась триада: те, кого захватили, становились рабами. Если война идет против территориально обширных государств Востока, то нельзя захватить маленький кусочек, нужно захватить все. Поэтому там невозможно обратить в рабов все население, так как контроль такого масштаба невозможен. Поэтому захваченное население становится народом. А в Афинах, я думаю, произошло следующее: военная верхушка стала элитой, безземельная молодежь, которая присоединилась, стала народом, а местное население превратилось в рабов. То есть сложилась трехступенчатая структура.

Таким образом, базовая структура одна, но она может иметь особенности. При этом нужно понимать, что про древность мы знаем мало. Мы знаем что-то про Афины на каком-то этапе их существования. Как они сами свою социальную структуру объясняли –можно только строить догадки.

Имперская структура Рима изначально складывалась так же, как афинская. Там сразу выделились сословия, из которых потом назначались сенаторы и всадники, и простой народ, который при этом, правда, обладал равноправием. Как только территория Рима была завоевана, захватчики выстроились в соответствии со своими ролями: всадники стали элитой, а те, кто с ними пошел (скорее всего, откуда-то где не было ресурсов и было много бедных), стали народом. Коренное население захваченной местности, скорее всего, было обращено в рабов, поскольку изначально речь шла об ограниченном пространстве.

Поскольку покоренную территорию окружают другие банды захватчиков, то для ее обороны строится замок, то есть город, который в дальнейшем разрастается. Вокруг замка организуется хозяйство и т.п.

Иными словами, с захватом территории изначально возникает зародыш империи, который начинает длительную борьбу с другими такими же образованиями. Кому-то в этой борьбе везет, а кому-то нет.

 

Вернемся к вопросу об элите. Империя начинает расти и развиваться, причем в разных местах по-разному: в горах – по одному пути, в лесах – по-другому, на больших равнинных пространствах – по-третьему (восточные империи). В процессе роста империя захватывает другие протоимперские образования.

Существует две тактики захвата территории. После захвата территории местная элита может быть либо полностью вырезана, либо превращена в трофейную.

Это разные практики, которые в зависимости от обстоятельств приносят разные результаты, и которые зависят от того, как устроена исходная империя. Но обращаю ваше внимание: если исходная империя является республикой, то скорее всего захваченную элиту вырежут, потому что в республике осуществляется коллективное правление элиты, и ей добавление чужой элиты совершенно ни к чему. Поэтому республика может расти, скажем так, до определенного предела, пока у собственной элиты с ее воспроизводством достаточно возможностей для контроля над захваченной территорией.

Почему Рим превратился в монархию? Потому что для монарха открываются разные возможности работы со своей элитой, в том числе возможность по принятию решения относительно чужой элиты и, в частности, по включению ее в старую элиту.

Выбор тактики ‒ уничтожать или вводить в свой состав ‒ связан с ядром элиты: насколько оно широко и может быть расширено, а вовсе не с понятиями гуманности или еще чего-то, что мы пытаемся приписать нашим предкам.

Реплика. Монарх появился потому, что экстренные ситуации, в которых назначалось лицо по их разрешению, стали возникать регулярно – республика разрослась до таких пределов, что другими способами ей стало невозможно управлять. 

Правильно, с появлением империи произошло следующее: появились трофейные элиты (в качестве залога/заложников), после этого произошло массовое расширение понятия ‘римский гражданин’ и назначение (оставление) местных царьков для решения местных вопросов под надзором легионов.

Когда мы говорим об этносе, то нужно понимать, что этнос вырастает именно из трофейных элит. В этом смысле можно говорить, что внутри любой империи, если она крупная и работает по типу трофейных элит, формируются какие-то этносы. При этом сохранившаяся местная элита, которая имеет общее происхождение со своим народом и говорит с ним одном языке, но при этом получила образование в имперском центре, может выстроить собственную элитную иерархию, если понадобится.

Поэтому явление этноса – не культурное, а чисто элитное. Именно для целей управления новыми территориями потребовалось расширять имперское элитное ядро, и поэтому появился монарх. Пока для управления окружающими территориями хватает существующих элит, все нормально. Но империя как республика в таких условиях не может долго существовать.

Вопрос. Не получилась ли так, что элита, понимая, что ей нужно выживать в рамках растущей империи, пришла к выводу о необходимости некого внешнего арбитра, который будет меньше связан с каждым из членов элиты, но в то же время связан с ними всеми?

Ответ. Нет, я думаю, что элита сама была не в состоянии понять такую необходимость. Еще раз, произошло другое. Вот с Цезарем все закончилось плохо, элита ничего не поняла. Но у Цезаря были предшественники, у которых все не очень получалось. Основной вопрос состоял в том, что делать с землями (земельный закон), и пришлось возвращать монархию, потому что иначе этот вопрос не мог быть решен. И когда после целого ряда неудачных попыток появился правитель, которого не удалось свергнуть, который победил всех врагов, элита смирилась, не то чтобы она там что-то осознала, она смирилась. А этот правитель, Август, не просто сидел, а решал вопросы, поэтому элита и смирилась. В республике все вопросы решаются в кругах элиты, которая не хочет расширяться. Монархия – это другая форма.

Так же и Афины, будучи республикой и захватив половину Греции, не знали, как этими территориями управлять, и постоянно находились в кризисе. С появлением монархии этот вопрос быстро был решен: монархия сохранила трофейные элиты и включила их в элитный состав, предложив на следующем этапе большой проект по захвату других заморских территорий.

Элита не может проголосовать за то, чтобы ввести посторонних в свой состав, но если это сделает кто-то другой, элита поворчит и согласится, если увидит в этом пользу. Монарх в принципе работает только с элитой. Повторю, что в империи есть две главные составляющие: элита и народ, то есть те, кто захватил, и те, кого захватили. Исключениями могут быть маленькие изначальные империи вроде Рима и Афин.

В территориальной империи главная задача захваченного населения – платить налоги. Элите по сути дела безразлично, что думает народ, лишь бы он платил налоги. Например, для болгарского народа получение с российской помощью собственного государства стало кошмаром: болгары поняли, что теперь им придется платить налогов больше, чем они платили туркам.

Реплика. Рим много земель захватил потому, что народы знали, что с приходом римлян жизнь станет лучше, то есть римляне будут брать меньше налогов и будут давать больше технологий, поэтому они охотно помогали Риму свергнуть свою внутреннюю элиту.

В Китае был другой способ формирования элиты. Китай является практически первым обществом, где элита занималась не столько войной, сколько управлением, поэтому там элиту могли вырастить достаточно быстро и в любом количестве. Потому что в элиту можно было войти через образование.

Но про Китай я, опять-таки, боюсь рассуждать, поскольку нам известно очень мало. Но относительно элиты мы знаем, что в Китае действительно были другие правила ее образования и вхождения в нее.

 

Говоря об империи нужно иметь в виду очень своеобразный империоцентричный взгляд на мир. Практически у всех империй одинаковая космология: есть зона порядка и есть зона хаоса, есть империя и есть варвары. Порядок в империи – это социальный порядок, наличие иерархии. У варваров с точки зрения империи нет порядка, нет иерархии, даже если по факту она там есть, – у них нет правильной иерархии.

Исходя из этого, главной задачей империи является упорядочивание, придание смысла. С этим тоже связан важный момент. Империи могут расширяться, а могут не расширяться. Империя, которая не расширяется – гибнет. Почему? Потому что элита начинает портиться. Периодически элиту подчищали искусственно. Например, это делал Иван Грозный в экстремальной ситуации: либо его захватят, либо он должен провести чистку.

Обычная историческая ситуация – это империя в окружении варваров или империя в окружении пустынь, поскольку империя сразу занимает всю доступную территорию.

Есть и другая ситуация – например, в случае европейских империй или Российской империи – когда две территориальные империи очень плотно соседствуют друг с другом. Посмотрим на взаимодействие Российской империи и Речи Посполитой. Здесь есть очень интересный момент про отношения элиты и монарха.

На граничной территории двух территориальных империй и элите, и народу был безразлично, на чьей стороне быть. Переписка Грозного с Курбским именно об этом. Курбский боролся не за общегражданскую свободу, а за свободу элиты. Элита встанет на ту сторону, где у нее будет возможность быть собственно элитой.

Правда, был еще один важный момент, который в случае с Речью Посполитой работал в пользу России. Начиная с некоторого момента в территориальной империи действует, как правило, единая религия. Пока не существовало монотеизма, после завоевания чужой территории на ней вводились свои боги. Монотеизм же появился и был признан, когда появились действительно крупные имперские образования. Ну, здесь можно говорить о религии, а можно и об идеологии. Все-таки в империи Александра некой идеологией был эллинизм. Персы придерживались зороастризма – уже монотеистической религии.

Таким образом, начиная с некоторого момента все империи связаны религиями. В этом смысле, я думаю, русские князья, по крайней мере до 1204 года, считали себя частью Византийской империи – из-за православия. Потому что после 1204 года они как с цепи сорвались – после падения Константинополя у них сразу начались усобицы. В виде Византийской империи у них был ориентир, некий центр, от которого они себя отсчитывали, а когда центр пропал, то не от чего стало себя отсчитывать. А через некоторое время они и сами стали Третьим Римом.

В этом смысле Речь Посполитая была нежизнеспособна. Верхушка жемайтийцев вообще была языческая (потом перешла в протестантство), литовцы были православными, а поляки к тому времени уже были католиками. Поэтому эта империя была обречена с самого начала.

В России элита к тому времени уже была православная. Татар захватили по принципу трофейных элит. То есть начиная с какого-то момента формировалось элитное ядро, исповедующее одну религию.

Еще раз подчеркну важный момент: народ важен для элиты только как источник ресурсов (налогов) для ее существования. Если брать русскую историю, то всегда кто-нибудь с возмущением пишет, что, например, гвардейцы Петра I вели себя как в оккупированной стране. Да, они действительно так себя вели, хотя народ был и русский, и православный: петровские гвардейцы были элитой. Большевики точно так же вели себя как в оккупированной стране. Элита всегда ведет себя как в оккупированной стране, просто иногда это проявляется сильнее.

 

В следующей лекции мы рассмотрим форму национального государства и ее истоки. Империя, в отличие от национального государства – это исторически естественная форма организации населенного пространства. Для появления национальных государств потребовался длительный исторический путь: как я говорил ранее, что появления капитализма – это цепь закономерных случайностей, так и национальное государство, появление которого тесно связано с появлением капитализма, – это следствие цепи закономерных случайностей.

И если в экономических лекциях мы рассматривали экономику и лишь отчасти затрагивали вопросы государства, то в следующей лекции мы посмотрим на государство и на то, каким образом оно создавало капиталистическую экономику, как эти два потока слились и привели к появлению национального государства, которое к сегодняшнему моменту, конечно, сильно эволюционировало.

Тем не менее, каждое из национальных государств содержит в себе внутренний геноцид, и каждое из национальных государств держится на сегодняшний день в том числе коллективной виной за методы своего создания. Это сейчас они могут быть сколь угодно толерантными.

Завершение лекции связано с темой национального государства и его создания, и далее мы сделаем связку от империи к национальному государству в связи с особенностями империи.



[1] Города изначально строились как крепости, а потом уже превращались в логистические центры. В городе правитель селил ремесленников. Если у правителя были бедные соседи-аристократы, то они строили свои дома рядом с замком. Прибавьте сюда обслугу – и вот вам город. Но город – это в первую очередь крепость, причем скорее всего – крепость на завоеванной территории.
Причем такая крепость может служить и складом для хранения налогов и имущества.
Например, известно, что Древней Руси существовала практика ежегодного полюдья: по осени князь объезжал всю территорию со своей дружиной, собирал дань и свозил в город. Однако полюдье – это общемировая практика, которая возникала в разных местах, иногда независимо друг от друга. При этом вся собранная дань должна была быть куда-то свезена и где-то храниться.

[2] Если, конечно, античность была, я не буду все время эту оговорку :). Проблема Носовского с Фоменко состоит в том, что логическая структура у них задана правильно, и критика у них правильная, но их попытки реконструировать события представляют собой совершенную дикость. При этом некоторые вещи они ухватили правильно, в частности, про роль империй. Другое дело, что они нашей империи придают слишком уж большое значение.

Сcылка >>


Оцените статью