Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Сетевая организация на примере байкеров

Человек и общество

13.04.2016 00:42  

ragnar

90

По поводу опасности или неопасности тех или иных национальных, религиозных и прочих групп яростные дискуссии длятся веками. Копья трещат. Одни кричат, что всех представителей какого-то народа надо вешать. Другие возражают, что в любом народе есть паршивые овцы, и мазать всех одной краской нельзя. Чтобы не оскорблять чьи-либо национальные или религиозные чувства, рассмотрим это на примере байкеров.

Существует распространённое заблуждение о том, что любая неформальная общность людей либо является социально опасной, либо не является. Если является, то все члены данной организованности – социально опасные элементы, подлежащие государственным репрессиям. Если же нет, - значит за преступления (акты нелояльности и т.п.), совершённые членами данной общности, отвечают только лично что-то совершившие.

 

По поводу опасности или неопасности тех или иных национальных, религиозных и прочих групп яростные дискуссии длятся веками. Копья трещат. Одни кричат, что всех представителей какого-то народа надо вешать. Другие возражают, что в любом народе есть паршивые овцы, и мазать всех одной краской нельзя. Чтобы не оскорблять чьи-либо национальные или религиозные чувства, рассмотрим это на примере байкеров.

 

Байкерское движение возникло после II Мировой войны в США. Сразу стало ясно, что главное у байкеров не то, что они любят кататься на мотоциклах (это можно было делать и раньше), а то, что они любят делать это вместе. То есть, байкерские клубы стали некоторым выходом тяги атомизированных индивидуумов западного общества к коллективизму. Клубы стали разрастаться и создавать в разных городах сеть отделений («чаптеров»). Сначала в США, далее – по всему миру.

 

Довольно быстро, не без помощи Голливуда, сложился образ байкера как хулигана и вообще антиобщественного элемента. Многие нашли себя в этом образе. Не из-за преступных наклонностей, конечно. А потому, что принадлежность к хулиганам на мотоциклах стала относительно безопасной возможностью прослыть крутым «настоящим мужиком» и легко привлечь внимание прекрасного пола. И вышеупомянутое чувство братства, столь дефицитное на Западе, тоже сыграло роль.

 

И вот, в один прекрасный день, один малоуважаемый политик, желая слегка примазаться к славе байкеров, в своём предвыборном выступлении по телевидению сказал, что поголовная принадлежность мотоциклистов к преступному миру является мифом, и в действительности 99% всех мотоциклистов являются абсолютно законопослушными гражданами, и вообще, прекрасными людьми. На следующий день множество мотоциклистов по всей Америке написали или вышили на своей одежде надпись «1%». Тем самым они выражали протест против втягивания их в политические игрища, и главное, против покушения на их крутой и брутальный образ.

 

В последующем, поскольку байкеры в значительной степени объединены в клубы, каждый клуб принял решение, является он клубом «1%», или нет. Так появились мотоклубы-«однопроцентники». Члены таких клубов бравируют своей антисоциальностью и ведут себя вызывающе. Часто экзаменом на приём в клуб (после испытательного срока) является совершение правонарушения в присутствии нескольких членов клуба. Обычно это мелкое хулиганство. Члены клубов «1%» частенько попадают в поле зрения правоохранительных органов, осуждаются за те или иные преступления. Частенько это бывает торговля оружием или наркотиками, что указывает на коллективный и систематический характер правонарушений.

 

Среди тех, кто по долгу службы или как-то ещё интересуется данной темой, постоянно идёт дискуссия о том, являются ли мотоклубы «1%» преступными организациями, или нет. Многие представители правоохранительных органов, журналисты, эксперты по безопасности и общественные активисты уже сделали себе имя на этой теме. Некоторые эксперты в США просто не слазят с телеэкрана, стращая обывателя ужасными байкерами, и призывая немедленно запретить мотоклубы, которые они считают преступными сообществами. Голливуд также время от времени подливает масла в огонь.

 

Может быть, в некоторых странах эту проблему и решили бы так просто, но на Западе так дела не делаются. Чтобы признать какую-либо организацию преступной, нужны достаточно веские доказательства. Защитники гражданских свобод утверждают, что нельзя признать организацию преступной, если какие-то её члены совершили преступления. А если преступление совершит университетский профессор, значит ли, что все профессора данного университета – преступники? Каждый должен отвечать за себя.

 

Так кто же из двух сторон прав? А никто. Всё несколько сложнее. Мотоклубы-«однопроцентники» действительно являются социально опасными сообществами, но абсолютное большинство их членов никогда (!) не совершает никаких преступлений. Как это? А очень просто.

 

Членство в мотоклубе «1%» подразумевает некоторое очень определённое отношение к своей социальности. Отбор в члены мотоклуба происходит по принципу полного соответствия новичка понятиям, принятым в клубе. Такой клуб чем-то напоминает секту. Важнейший признак секты: внутри – друзья, кругом – враги. Член клуба должен чётко понимать, что мир вокруг погряз в ханжестве, лицемерии, жадности, индивидуализме и других пороках. Только внутри сообщества ты можешь найти настоящую дружбу и взаимопомощь. Это означает, что ты всегда должен быть на стороне своих, даже если они неправы. А это уже двойная мораль. Когда бы к тебе ни обратился собрат по клубу, и чего бы он не попросил, ты должен разбиться в лепёшку, но выполнить это. Взамен ты можешь ждать того же от любого другого «брата». Строгий кодекс поведения следит за тем, чтобы просьбы не были слишком произвольными.

 

Разрастаясь, мотоклуб образует сеть отделений в разных городах и странах. Иногда мелкие местные мотоклубы целиком вступают с состав больших известных всемирных клубов. Образуется сетевая организация.

 

Таким образом, очень небольшая часть («ядро») мотоклуба, состоящая из самых настоящих преступников, может обделывать свои дела по всему миру. Везде у них есть люди, готовые оказать им помощь. Обычно задания (просьбы) распределяются так, чтобы каждое отдельное действие не образовало состав преступления, или было непонятно для исполнителя. Например, встретить «брата» в аэропорту, показать местность, помочь с переводом на местный язык, познакомить с нужными людьми, что-то спрятать или перевезти, купить что-нибудь не запрещённое, но могущее привлечь внимание, и так далее. Те же элементы «работы», которые подразумевают откровенное правонарушение, исполняют немногие готовые к этому люди. А рядовые «братья», даже если о чём-то догадываются, никогда своих не сдадут. Более того, если необходим местный человек для противоправных действий, можно проконсультироваться с главой местного отделения на предмет того, кто из местных уже готов совершить преступление.

 

Абсолютное большинство членов клуба никогда не столкнутся ни с какой просьбой от преступного «ядра» организации. А тех, кого попросят что-то сделать, скорее всего попросят о чём-то совершенно безобидном. Члены клуба «1%» живут на законные доходы, катаются на мотоциклах, бравируют своей крутостью и иногда немного хулиганят. Так работает преступная организация, почти никто в которой не нарушает закон. Не пойман – не вор.

Сcылка >>


Оцените статью