Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

В России сокращается официальный уровень безработицы. Какова реальная ситуация на рынке труда?

Архивные материалы

23.05.2015 13:21  

Михаил Делягин

190

В прямом эфире радио «Комсомольская правда» доктор экономических наук Михаил Делягин обсуждает с ведущим Антоном Челышевым свежие экономические события и статистику по безработице.

 

Челышев:

- Как обычно по понедельникам в нашей студии доктор экономических наук Михаил Геннадьевич Делягин.

Делягин:

- Добрый вечер.

Челышев:

- Вот вы пришли, и у нас тучи разошлись на небе. Говорят, завтра уже начнет теплеть.

Делягин:

- У редакции «Комсомольской правды», судя по всему, свое собственное небо, практически как у некоторых представителей руководства Российской Федерации своя собственная экономика и свой собственный кризис.

Челышев:

- Хотелось бы надеяться, что это небо отличается от других в лучшую сторону. Но как получится. Мы планировали сегодня говорить о безработице. Но тут столько новостей!

Делягин:

- Давайте начнем с новостей. Безработица от нас не убежит. Точнее, мы от нее.

Челышев:

- Давайте отправимся на свадьбу, которая пела и плясала в минувшую субботу. Свадьба, о которой не узнал бы никто, если бы не всякие разные подробности. Речь идет о свадьбе главы Ножай-Юртовского РОВД Чеченской республики Нажуда Гучигова и 17-летней Луизы Гойлабиевой.

Делягин:

- Как сказал товарищ Сталин по другому поводу: «Завидовать будем».

Челышев:

- Он сказал про Рокоссовского и его любовницу актрису. Вроде бы у этого господина Гучигова...

Делягин:

- Есть два вопроса, которые открыты и на которые мы ответа не знаем. И от которых зависит отношение к этой истории. Вопрос возраста не стоит. Пугачевой с Галкиным можно, а этим двум нельзя – непонятно. Более того, я напомню, что в Советском Союзе была такая Украинская советская социалистическая республика, ныне известная под творческим псевдонимом Украина. В этой республике, как и во всех других республиках, был свой собственный Семейный кодекс. И вот не в Средней Азии, а  на Украине девушкам официально разрешалось выходить замуж с 16 лет.

Челышев:

- То есть не при каких-то особых обстоятельствах? Просто в 16 лет?

Делягин:

- В 17 лет просто. А в 16 лет – если родители отдельно фиксировали, что они не возражают. Это Украина и это гуманитарные советские времена, в общем-то цивилизованные. Я не очень понимаю, почему при Советской власти в 16 можно было выходить замуж на Украине, а при нынешней российской власти в Чечне в 17 лет это кого-то раздражает. Вопрос разрыва в возраста, вы знаете, был такой поэт Гете, если вы не хотите брать кавказские примеры, возьмем примеры европейские, который женился на 18-летней сильно за семьдесят. Он, правда, еще и был высокопоставленным чиновником в своем княжестве. Но здесь вопросов два. Первый: имело ли место принуждение, о котором пишет «Новая газета»? Второе: счастливый жених – был официально женат или нет? Если он официально женат, то это уголовное преступление. Если он официально не женат, то кому какое дело, как там люди друг с другом устроились. Было ли принуждение – мы отсюда не увидим. Что касается достоверности «Новой газеты», я знаю, что в эфире одного медиа о другом говорить не принято, но за исключением статей Ирека Муртазина, я бы не рассматривал материалы этой газеты как источник информации самодостаточный. Может быть так, а могло быть и по-другому. Здесь в данный момент отсутствует почва для того, чтобы иметь какое-то мнение.

Челышев:

- Был ли он женат – это большой вопрос. Потому что изначально сообщалось, что господин Гучигов женат.

Делягин:

- Вопрос: сообщалось кем?

Челышев:

- «Новой газетой».

Делягин:

- Вот я и говорю, когда вам рассказывают про кровь, льющуюся по улицам, про нацистский шабаш в Санкт-Петербурге, который потом на поверку оказывается слетом тихих консерваторов, и прочее, есть источники информации, которые для меня являются источником мнений, источником новостей, источником, пополняющим и наполняющим повестку дня, но не источником информации в прямом смысле этого слова. Это мое личное мнение, основанное на опыте.

Челышев:

- Хорошо. Мы должны понять, был ли этот человек женат и было ли принуждение.

Делягин:

- На сегодняшний день, более того, мы вряд ли сможем получить ответы на эти вопросы. Если смотреть с формальной точки зрения, то все в порядке, все официальные лица сказали, что все в порядке, включая господина Астахова, который явно не следил за выражениями, когда обосновывал свою точку зрения, и порицание в его адрес вполне справедливо. Потому что есть политкорректность, а есть невежливость. И он допустил предельную невежливость, но извинился в конце концов, черт с ним. Он у нас омбудсмен – защитник детей, а не защитник женщин. Так что вроде бы имеет право.

Челышев:

- Тут косвенно в поддержку этой свадьбы высказалась и депутат Госдумы, глава комитета по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина.

Делягин:

- Да хоть Папа Римский.

Челышев:

- Госпожа Мизулина заявила буквально следующее: вводить уголовную ответственность за многоженство нелепо, потому что причина не в отсутствии уголовного закона, а в том, что мужчин не хватает, возможно, таких, с которыми женщины хотели бы...

Делягин:

- В Чечне не хватает мужчин? Ага, давайте пройдемся по московским улицам. Это первое. Второе. Не знаю, есть ли у нас уголовная ответственность за многоженство, но вообще говоря – это нарушение. По крайней мере формальное. И в-третьих, мы все подозреваем, что про Чечню вспомнили не потому, что там нарушаются права человека в очередной раз или не нарушаются, а потому что господин Кадыров в дни Крыма проявил себя как русский патриот, и наша либеральная общественность не может ему этого простить. Именно это, а не все остальное, что мы про него помним и что мы про него, может быть, еще когда-нибудь узнаем.

Челышев:

- Кстати, госпожа Мизулина, комментируя эту историю, сказала, что по информации, которая есть в комитете думском, мужчина в зарегистрированном браке никогда не состоял: «Пусть по законам шариата, но это было сожительством. Факта двоеженства просто нет». Меня интересует фактическая информация: у человека была жена или нет?

Делягин:

-Это разные вещи. Шариат – это не законы Российской Федерации. Когда вы кого-то начинаете наказывать по шариату, вы совершаете два уголовных преступления по российским законам. Во-первых, сам факт наказания, насилия над личностью, не мотивированного с точки зрения закона, - раз. И второе, вы себе присваиваете функции законодательства. Шариатский суд в Российской Федерации незаконен, что бы там ни говорили. Поэтому что там было по шариату – нас не касается в данном случае. Нас волнует закон.

Челышев:

- Мы просто историю начали учить благодаря этой свадьбе.

Делягин:

- Оказывается, у нас нет наказания за многоженство.

Челышев:

- А было между прочим.

Делягин:

- Было. Я думаю, что некоторые отдельно взятые слушатели испытали ощущение упущенных возможностей.

Челышев:

- Не зря сказала госпожа Мизулина, что немного мужчин в нашей стране, с которыми женщины хотят семью, детей. Она этим по сути оправдала многоженство.

Делягин:

- Сформулируем корректно: это очень субъективный взгляд, как мне кажется. Я думаю, если поспрашивать женщин и девушек, хотят ли они быть второй, третьей, четвертой, а хоть бы и первой женой в условиях многоженства, то мы бы услышали про себя много интересного.

Челышев:

- Возможно, если бы мы спросили у девушек, которые живут в европейской части России, может быть, услышали бы. А у девушек, которые живут на Северном Кавказе, возможно, мы услышали бы ответ...

Делягин:

- Может быть, услышали бы совсем другое.

Челышев:

- Все зависит от мужчины. Давайте закроем эту тему. Совет да любовь в любом случае. А там уже...

Делягин:

- Я должен сказать, что в подвале дома, где я живу, магазин, в котором продавались чадры и другие традиционные одежды исламской женщины, он закрылся с год назад в связи с отсутствием спроса.

Челышев:

- Разорился, а не превратился в супермаркет?

Делягин:

- Может быть, он куда-нибудь переехал на более респектабельную площадь, но тут больше нет.

Челышев:

- Обратимся к безработице. Накануне праздников, по-моему, господин Максим Топилин, министр труда, заявил о том, что официальная безработица начинает сокращаться. Каких-то глобальных катастроф на рынке труда в связи с кризисом конца прошлого года не случилось.

Делягин:

- Катастроф не случилось. Но официальная безработица, которая начала сокращаться, это количество людей, которые зарегистрированы на биржах труда.  То есть вы получаете крошечные копейки, осуществляя при этом довольно сложные бюрократические процедуры. Количество таких людей раза в четыре традиционно ниже реального уровня безработицы. И это ни о чем, что называется. Это просто товарищ министр нашел чем похвастаться. На самом деле хвастаться нужно другим. Действительно, безработица у нас выросла, но совершенно незначительно. У нас хорошая статистика по безработице. По стандартам Международной организации труда. В декабре безработица была 5,3 %, в марте 5,9 %, в апреле, судя по всему, ситуация на рынке труда улучшилась несколько. Но даже если безработица продолжила расти, то все равно это условно 6,1-6,2 %. А перед кризисом 2008 года было 6,9 % в условиях, которые мы считали процветанием. То есть уровень безработицы остается низким. И это хорошо.

Но есть довольно серьезные проблемы. Они связаны прежде всего с тем, что у нас осуществляются довольно существенные сокращения в форме перевода на неполный рабочий день, на неполную рабочую неделю. Ну и, кроме того, безработица крайне неравномерна. И в целом мы имеем поразительное явление. Мы имеем рост страха у населения очень серьезный при, в общем-то, вполне терпимых параметрах условий на рынке труда. Я думаю, что официальная статистика не полностью отражает ситуацию. Просто в силу ее изменения. Скажем, у нас сейчас не увольняют или стараются не увольнять по сокращению штатов. Потому что это отдельная статистика, за это и директор получает по голове. Нужно платить большие компенсации. На людей оказывают давление, чтобы они уходили по договоренности сторон, чтобы они увольнялись по собственному желанию. Или переводят их на другую работу и так далее.

Дальше то, что мы видим на западных фирмах, есть занятые на работе, а есть занятые по трудовым контрактам – временно. Эти трудовые контракты не продлеваются в массовом порядке. Это тоже не попадает в общую статистику или попадает в какие-то ее второстепенные элементы. Есть такая фирма «Нильсен», которая занимается социологическими исследованиями в России, она вполне авторитетная. В сложном 2009 году, когда последствия кризиса были максимальные, об абсолютном отсутствии денег на покупки, не связанные с жизненно важными товарами, сообщало 4,7 % россиян. Сейчас таковых в первом квартале 18 %.

Челышев:

- То есть произошел...

Делягин:

- Резкое обеднение людей. С одной стороны, людей оставляют на работе, но им срезают все социальные выплаты, какие можно, перестают платить премии или урезают премии, или снижают заработные платы. И люди на это готовы идти ради сохранения работы, потому что иначе вообще полная неопределенность. С другой стороны, люди очень сильно закредитованы. В третьем квартале средняя российская семья, имеющая потребительский кредит, платила за кредит в среднем 21 % своих месячных доходов. Это очень много, учитывая низкие доходы. Сейчас – чуть меньше 45 %. Запредельно много. И это очень большая и серьезная проблема.

Есть HeadHunter – это фирма, которая занимается подбором персонала в интернете, она имеет колоссальную базу данных. В апреле ситуация улучшилась. Если в марте на одну вакансию приходилось 8,5 желающих ее занять, то в апреле – 7,5. Это улучшение ситуации довольно ощутимое. Но годом раньше, в апреле прошлого года, когда кризис тоже уже начинался, этот показатель был всего 5,2. При этом там проводятся интервью среди желающих найти работу. Количество сотрудников, которые уверены в том, что кризисное увольнение обойдет их стороной, резко снизилось. Еще в третьем квартале прошлого года их было 46 %, а к концу марта – только 33 %. 17 % тех, кто сейчас находится в поиске работы, утверждают, что трудоустроиться очень сложно. Год назад таких было 12-13 %. То есть ситуация в целом ухудшается.

Челышев:

- Тот факт, кто ни господин Топилин, ни кто-либо другой из членов правительства не обратил внимание на эти факты не столь радужные, о чем говорит? О том, что правительство считает эти проблемы временными, и все в итоге нормализуется? Или есть какое-то другое объяснение у вас?

Делягин:

- Я думаю, что любой министр ориентируется по уровню исполнения своих обязанностей на профильного вице-премьера. Вот профильный вице-премьер госпожа Голодец с год назад сказала, что она не знает, чем в нашей стране занимаются 34 млн. человек. И вообще непонятно, кто это такие и что они делают. Это 45 % всей рабочей силы нашей страны, по-моему. Такое у нас правительство. Что вы хотите от министров? Министры исходят из официальной статистики. Есть статистика безработицы в целом – вообще все хорошо, 5,9 %, рай земной. Есть статистика зарегистрированных на бирже труда, она вообще снижается. Можно рапортовать, что все в порядке. Как люди живут – это отдельная тема. На самом деле я здесь не могу даже ничего сказать плохого про государство, потому что люди стараются. Конечно, можно смеяться над Улюкаевым, который умудрился заявить, что у нас все хорошо, поэтому давайте-ка мы новые субсидии регионам на борьбу с безработицей давать не будем. Но при этом эти субсидии, похоже, предоставляются опережающим образом. Скажем, Алтайский край из годовой программы допмероприятий по поддержке рынка труда в первом квартале получил 70 %. Это хорошо. На год – 170 млн. рублей, чуть меньше. А в первом квартале – чуть меньше 120 млн. рублей они получили. Это хорошее финансирование.

Челышев:

- Интересно, как эти деньги тратятся. Вряд ли только на пособия безработным?

Делягин:

- В этот кризис учли опыт 2008-2009 годов, стараются не тратиться на общественные работы. Потому что в ряде случаев это выливалось в то, что рабочие по десять раз красили одну стену на заводе. Это не очень эффективно. Стараются обеспечивать переквалификацию людей. Иногда для этого есть возможность. Скажем, «Уралвагонзавод» пресловутый. Производство танков захлебывается от нехватки людей, производство тракторов – высвобождается 5 тысяч человек из 8 тысяч. Производство вагонов – тоже высвобождаются люди. Пожалуйста, берите и переквалифицируйте. Где-то проблема более сложная. Скажем, в Волгограде еще в 2009 году началось банкротство тамошнего химпрома. Сейчас оно заканчивается остановкой. Сотни людей отправляются на улицу. Из Кирово-Чепецка приехали представители тамошнего комбината во главе с генеральным директором. Правда, сообщается о том, что они провели собеседование с руководителями среднего звена, но, тем не менее, какие-то работы ведутся.

Челышев:

- Не просто людям не дают остаться без работы, но даже какую-то внутреннюю миграцию пытаются обеспечить?

Делягин:

- Пытаются организовать. Говорить, что это имеет  большие масштабы, я бы пока не стал. Но попытки есть. В апреле некоторое улучшение ситуации, потому что бизнес начал адаптироваться к новым условиям жизни. И процентная ставка все-таки снизилась, кто-то задышал в связи с этим, весенне-полевые работы начались. Соответственно некоторое небольшое улучшение наблюдается. Даже по сравнению с мартом. Я говорил об исследованиях HeadHunter, есть компания Hay Group, они опросили 400 компаний и 18 секторов экономики в апреле. 42 % не планируют сокращение персонала в этом году. Это не значит, что они не будут делать, но они отказались от этих планов. Количество компаний, которые будут действовать по ситуации, снизилось с 38 % до 25 %. Только треть собирается сокращать персонал. При этом многие компании, не увольняя людей, будут оптимизировать расходы на них. 16 % меняют график работы или сокращают рабочую неделю. 10 % уменьшают или отменяют доплаты, 5 % переводят работников на другие должности с понижением оклада.

Причина проста. Не только квалифицированных работников сохраняется дичайший дефицит, дичайший дефицит просто добросовестных работников. Он ничего не умеет, но он хоть как-то пытается пытаться. Учиться не может даже, но он пытается. В силу уничтожения системы образования, по сути дела, которое продолжается, даже в Москве, просто я знаю школу, она, правда, принадлежит ведению Минобразования, при годовой зарплате учителей 38 млн. рублей Минобразования ее финансируют на 28 млн. рублей. Без капремонта, без всего. Не факт, что она откроется 1 сентября. У нас так обстоят дела с образованием в стране, которая по-прежнему захлебывается от нефтедолларов. Это не фигура речи. Тем не менее, дефицит нормальных работников способствует тому, что их берегут даже в кризисных условиях.

Наибольшее количество компаний планируют сокращение. Больше всего сокращений в барах и ресторанах – 53 % планируют сократиться. Здесь, я думаю, никто особо не заплачет, кроме их сотрудников. Банки – 50 %, стройматериалы – 56 %. Даже исследователи посчитали, сколько где будет уволено. Из баров и ресторанов будет уволен каждый шестой. В банках в среднем – 8,5 %. В электронной коммерции – в среднем каждый пятый.

Челышев:

- Вообще это странно. В электронной коммерции вроде бы все в порядке.

Делягин:

- Я думаю, любой быстро развивающийся сектор набирает лишние штаты, которых набирают под перспективные проекты. Я думаю, с этим связано. Скажем, очень забавно, за первый квартал этого года в Москве стало на 17 ресторанов меньше, хотя в прошлом году за первый квартал, когда тоже уже был кризис, их количество выросло на 89. Наиболее уверенно чувствует себя агропромышленный сектор. Только 13 % компаний планируют сокращение. Я думаю, имеются в виду не колхозы, а агрофирмы. Биотехнология, фармацевтика и природные ресурсы – там по 17 %. Очень интересно, как реагирует правительство. Сгоряча в антикризисном плане на поддержку рынка труда в регионах предполагалось выделить до 52 млрд. рублей. В реальности в настоящее время примерно 5 млрд. рублей планируется потратить. Остальные 47 млрд. – это резерв, который частично направлен на поддержку  транспорта, авиации и на закрытие выпадающих доходы из-за снижения поступлений НДС. То есть вполне рациональная позиция: если у нас все ничего, если никто не кричит, если нигде нет социальных возмущений, так люди как-то сами справляются, пусть справляются дальше.

Что сделано? В 2015 году Медведев распорядился 1870 млн. рублей направить на поддержку рынка труда в Татарстане, Алтайском крае, Самарской, Тверской областях. Я аплодирую властям Татарстана. Это выдающиеся примеры эффективности взаимодействия с федеральным центром. Всем учиться у Казани. Просто всем! Отправлять туда делегации и выяснять, как они работают, какие алгоритмы, какие механизмы. Дальше предполагается выделить 635 млн. Нижегородской, Тамбовской, Пензенской областям и Мордовии, которой предполагается выделить более половины этой суммы. Понятно, маленькие населенные пункты, одна убитая фабрика в каждом. И что там делать? Ситуация понятная с Мордовией. И предполагается еще Калужская, Челябинская, Свердловская области. Если господин Улюкаев хочет на этом остановиться, то Минтруд категорически против. И в этом, я думаю, господина Топилина нужно поддержать, какие бы розовые очки он нам ни демонстрировал, все-таки перспектива у нас скорее плохая, чем хорошая. Теперь можно пройтись по регионам: где что и как.

Челышев:

- Давайте зафиксируем. Несмотря на то, что господин Топилин заявил о том, что у нас с рынком труда все в порядке, кризисные явления закончились, безработица начала потихонечку сокращаться, тем не менее, он настаивает на том, чтобы деньги из федерального бюджета на поддержку рынков труда в регионах продолжали выделяться?

Делягин:

- По крайней мере, резервировались, были зарезервированы. И не он, а Минтруд в целом. Во-первых, это сугубо ведомственная позиция. Зачем отдавать кому-то деньги, которые предназначены вам? А с другой стороны, редкий случай, когда ведомственная позиция правильная. Откуда мы знаем, а что будет у нас в сентябре? Я думаю, что будет хуже, чем в апреле. А кто думает, что будет лучше, отлично. Все равно лучше подстелить соломки.

Челышев:

- А вот эти деньги, когда будут переведены на счета субъекта Российской Федерации, они никуда не денутся, это целевые средства?

Делягин:

- Украсть можно все. Но в данном случае это деньги целевые. Это деньги на переквалификацию, на обучение, на создание новых рабочих мест. Минтруд заявил официально, что общественные работы не планируются. В принципе, может быть, дойдем и до общественных работ. Но пока 5,9 % безработица. Даже если брать оценки скрытой безработицы, то есть людей, которые сталкиваются со снижением зарплаты, с сокращением рабочего времени, отпуск за свой счет, сокращенный режим работы, простой, уменьшенное время работы. Вот проректор Российской академии народного хозяйства и госслужбы Александр Сафонов об этом говорит очень справедливо. Он говорит, что если в 2009 году количество лиц, находившихся в секторе скрытой безработицы, составляло 1,1 млн. человек, то в марте 2015 года – уже от 3 до 3,8 млн. человек. Это много. Это очень серьезно повышает, это примерно 5 % занятых. 5 % экономически активной рабочей силы. Экономически активного населения. Но это все равно терпимо для экономики. Даже если мы говорим: отлично, 3,8 млн. человек у нас находятся в состоянии сокращенной занятости – от простоя и отпуска за свой счет до сокращенного режима работы, - если мы посмотрим на экономику, что в ней происходит, это все равно не так плохо и для страны в целом это все равно не катастрофично. Другое дело, что в каком-нибудь небольшом населенном пункте это катастрофично. И им не лучше от того, что в стране все неплохо и терпимо.

Но тем не менее, Карелия, председатель профсоюза работников образования Медвежьегорского района Ирина Вишневская говорит о ликвидации или слиянии ряда школ и детских домов с массовым сокращением работников. Я думаю, что это не только в одном районе Карелии и не только в Карелии. Оптимизация бюджетной сферы идет по всей стране, частично из-за либеральной политики государства, частично из-за того, что в региональных бюджетах нет денег. В Кемеровской области зам. губернатора Пахомова провела пресс-конференцию по сокращению числа работников вузов в ходе их оптимизации. Тоже понятно, что это безработица, хотя учитывая качество вузов, я думаю, что их сокращать стоит. Челябинская область – в целом занятость сохранена, хотя в отдельных случаях беда очень серьезная. Власти Дагестана до конца 2015 года планируют оптимизировать сеть госучреждений и численность их работников, сэкономив всего-навсего до 400 млн. рублей. Не очень понятно, почему так мало. Почему такая маленькая экономия. Я думаю, что просто большие компенсации выплачивать приходится. При этом четко фиксируется, что медицинский персонал сокращаться не будет, в больницах будет сокращаться только административный персонал. Если это так, то замечательно. Редкая хорошая новость, которая пришла из Дагестана.

Челышев:

- 15 мая, накануне выходных, первый вице-премьер правительства Игорь Шувалов вообще заявил, что постоянно апеллирование к кризису, дескать, неуместно. «Необходимо переходить к повестке развития. Худшие сценарии, которые были возможны и предполагались в октябре-ноябре, не реализовались. Такого кризисного состояния, в отношении которого мы отрабатывали мероприятия антикризисного плана, нет», - заявил Шувалов. Что это за повестка развития такая?

Делягин:

- Приятно видеть или хотя бы слышать человека, у которого, судя по всему, кризис кончился.

Челышев:

- Полонскому официально предъявили обвинение в мошенничестве.

Делягин:

- Полонский – это ужасная история. Кстати, о деловом климате в России. Я терпеть не могу господина Полонского за его высказывание про миллиард и филейную часть, но Арбитражный суд России зафиксировал, что по крайней мере по одному из дел, в которых участвует Полонский, он не виновен. То есть не он украл, а у него украли. И вот когда это решение принято было и стало известным, его депортируют. И возникает неловкое ощущение, что Арбитражный суд сказал, что Полонский не виновен, и теперь его будут судить уголовным судом, не обращая внимания на это решение Арбитражного суда. Такое ощущение, что люди, которые должны ему порядка 2 млрд. рублей, решили таким образом злоупотребить правосудием и его посадить, чтобы не платить деньги. Бывает всякое.

Челышев:

- У него вообще есть шансы, учитывая, что отношение общества к господину Полонскому, общественное мнение такое весьма однозначное – негативное.

Делягин:

- Я думаю, что там может вылезти еще все, что угодно. Потому что дел два. Но суд в конце концов Васильеву отправил на 5 лет в колонию. Это лучше, чем 8 лет условно. Но если вспомнить, сколько у нас народу сидит два года, а то и два с половиной за украденный мобильный телефон, то, извините, это выглядит тоже плевком в лицо обществу. Я думаю, что наш суд реагирует на то, что написано в Уголовном кодексе, а не на то, что думает по этому поводу общество. По крайней мере, я надеюсь на это. И надо сказать, что в отношении Васильевой я думал, что ей дадут условное, конечно, это скорее хорошая новость, чем плохая.

Возвращаясь к господину Шувалову. Он сказал все слова правильные на самом деле. То, что он говорил, что страхи октября-ноября не оправдались, откуда я знаю, какие у них были страхи. Может, у них были страхи, что Соединенные Штаты Америки начнут нас бомбить. Такие страхи тоже были. Они не оправдались, как мы видим. Но вместе с тем антикризисная программа была не программой и не антикризисной. Опять-таки, если брать дословно его слова, его заявление, то он сказал, что эти планы оказались чрезмерными. На поддержание рынка труда предполагалось выделить 52 млрд. рублей. Посмотрели – пока 5 млрд. достаточно. Слова про развитие – да, абсолютная правда. Единственный способ выхода из кризиса – это обеспечение развития. Что называется, хорошо, что до жирафа дошло. Вот только никаких мер по обеспечению развития я, извините, по-прежнему не вижу. Может быть, что-то кто-то где-то планирует, но для того, чтобы обеспечить развитие, нужно модернизировать инфраструктуру. А для этого нужно ограничить произвол монополий, чего не делается. Хотя, опять-таки, в Подмосковье в этом году не повысили плату за газ для населения. Это большой плюс. Первый раз за очень много лет. И, что характерно, никакого пиара в связи с этим оглушительного не было. Люди не заметили, что они совершили революцию. Нет никакой борьбы видимой с коррупцией. Есть борьба с коррупционерами, но нет изменения правил. Нет необходимых мер по разграничению инвестиционных и спекулятивных денег. А без этого ничего не получится, потому что вы дадите деньги на модернизацию инфраструктуры, и завтра они все будут, как в 1992 году, на валютном рынке. Слова правильные, слова  хорошие, хотелось бы дождаться дел. Только я подозреваю, что от него мы не дождемся.

Ну и, наконец, чем вызваны эти слова. Это отдельный смех. Дело в том, что накануне этого заявления Росстат опубликовал уточненную информацию. По первым оценкам, экономический спад первого квартала составил 2,2 %. По уточненным оценкам, экономический спад первого квартала составил 1,9 %. То есть на 0,3 % меньше. И все дружно заорали: ой, как это хорошо и замечательно! Дорогие друзья, во-первых, динамика ВВП считается плюс-минус 3 %. Когда вам говорят, что ВВП не изменился, это может быть рост 3 %, это может быть спад 3 %. 0,3 % в этой ситуации вообще погоды не делают. Во-вторых. Если уж мы принимаем эту статистику, 1,9 % или 2,2 % - все равно мы имеем экономический спад. Да, не 17,6 %, как на Украине. Это хорошо. В прошлом году у нас был рост, у них был спад под 7 %. Но знаете, мы все-таки не Украина, мы все-таки нормальное человеческое цивилизованное государство, во многом даже правовое. И делать такие сравнения неправильно.

А если сравнивать с нашей прошлой динамикой, то экономический рост от квартала к кварталу затухал, затухал, затухал и сейчас перешел в экономический спад. Это инерционное движение. Да, санкции его не подстегнули, оно с 2011 года идет. Да, девальвация его не подстегнула. Да, удешевление нефти его не подстегнула, как, впрочем, и удорожание нефти. Но радоваться здесь особо нечему. Тем более, что мы прекрасно понимаем, что сейчас рубль укрепляется, очень хорошо для некоторых. Но осенью-то его придется все равно ослаблять. А то и раньше осени.

Челышев:

- Сейчас все в принципе на таком подъеме, потому что рубль продолжает укрепляться и укрепляется серьезно. Это вообще надолго?

Делягин:

- Это не фундаментально. Это может закончиться, ослабление рубля новое может начаться осенью. Оно может начаться через неделю. Здесь все зависит от Банка России и от Минфина. Я хочу напомнить, пришла буквально сегодня статистика исполнения федерального бюджета за апрель. У нас в первом квартале отрицательная курсовая разница. То есть убытки федерального бюджета от укрепления рубля – 48 млрд. рублей за весь первый квартал. В январе рубль падал, были дополнительные сверхдоходы. В феврале-марте он укреплялся, были убытки. А вот в апреле потери федерального бюджета от укрепления рубля – 860,3 млрд. рублей. А в марте они вообще были выше, по оперативной статистике Минфина, чем все доходы федерального бюджета. То есть долго рубль крепнуть не будет. Это просто аукается федеральному бюджету очень существенно и очень больно. При этом состояние федерального бюджета вполне пристойное. В апреле дефицит 5 % ВВП – нормально. Для нашего состояния очень хорошо. За первые четыре месяца дефицит федерального бюджета – 4,4 %. При плане на год 3,7 % это очень хорошо, это просто нормально, просто штатный режим по сути дела. Не используемые остатки средств на счетах федерального бюджета на 1 мая – 8,8 трлн. рублей. Вполне комфортно. Резервный фонд и Фонд национального благосостояния в долларовом выражении в апреле выросли. Не очень на много, но выросли. Так что все довольно неплохо, все удовлетворительно. Исполнение доходов и расходов сбалансировано. И то, и другое – 36 % годового плана. В общем, при всем желании сказать какую-нибудь гадость, извините, все ничего. Только развития не видно.

Челышев:

- Что означает переход к повестке развития?

Делягин:

- Я это слышу с 1985 года. Все эти разговоры. Когда что-то будет сделано, сядем и обсудим. Пока, пожалуйста, петербургский автомобильный кластер в связи с кризисом, это Явлинский говорит, сократился на 27 %. Только в предпоследнюю неделю апреля объявлено о сокращении 18,5 тысяч работников, более 90 % компаний сообщили об урезании штатов. ВТБ сокращает численность своего персонала на 7 %, правда, включая незанятые вакансии. «Райффайзен Банк» закрывает отделения в 21 малоперспективном с точки зрения развития клиентской базы городе, включая Якутск, Хабаровск, Благовещенск, Петропавловск-Камчатский, Барнаул, Магнитогорск, Иваново, Ижевск, Нефтеюганск, Ставрополь, Таганрог, Тольятти, Чита и так далее. Вот вам картина. «Омский мостовик», правда, погоревший на всех этих великих стройках, сокращает 5,3 тысячи человек.

С другой стороны, мы видим – в Калуге идет сокращение автомобильного кластера. Там увольняется 100-200 человек. Губернатор планирует создать 3,5 тысячи новых рабочих мест. В Свердловской области увеличение числа вакансий, увеличение дефицита рабочих рук. Так что губернаторы работают, а федеральное правительство пока перешло к правильным словам.

Челышев:

- Ровно на неделю мы с вами прервемся. Спасибо вам большое.

Сcылка >>


Оцените статью