Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Пресс-конференция премьера

Архивные материалы

22.04.2016 18:55  

Евгений Гильбо

185

- Что есть пенсия? – Голос премьера опять изменился, стал низким и зловещим. – Это необходимые денежные средства, - ударение на последний слог, - для обеспечения жизнедеятельности несвежего, довольно усохшего тела. Но не лучше ли пройти ритуал Кормления в молодом возрасте, когда ты еще полон энергии и жизненных соков? И бюджет тогда сэкономит денежные средства, - опять ударение на последний слог. - Это Мое..

… Журналисты, пришедшие на традиционную пресс-конференцию, удивлённо взирали на спящего премьер-министра, развалившегося в кресле, на его охрану, на угрюмого человека в белом халате и на уставшего и помятого и.о. главы пресс-службы правительства. 

- Извините, а почему господин премьер спит? – спросил представитель телеканала “Дождь”. Остальные с неудовольствием посмотрели на выскочку – теперь притворяться, что все происходит, как обычно стало еще труднее.

- Это не совсем сон, - меланхолично отозвался глава пресс-службы. – Это режим осознанных сновидений в режиме Контакта. Благодаря расширенному сознанию и выходу в глубинные пласты подсознания господина премьера ответы будут более объемистыми и красочными.

- То есть… он нас слышит? – не унимался оппозиционный журналист.

- Да, только перед каждым обращением нужно произнести кодовое слово. Это как бы включит “канал связи”.

Всем очень хотелось узнать, что же это за слово, но все ждали, что вопрос опять задаст представитель телеканала “Дождь”. Тот почему-то молчал.

- Это слово “пироженка”.

Нога Дмитрия Анатольевича слегка дернулась.

- А почему именно?... – начал было представитель РБК, но угрюмый человек в белом халате грубо перебил его.

- Потому что это военная тайна.

Журналисты поежились.

***

- Господин премьер, допускаете ли вы… А, да, извините… “Пироженка”. Господин премьер, допускаете ли вы падение нефти до цены в тридцать долларов? Что думает о такой перспективе экономический блок правительства?

- Это вероятно, но, скорее, как краткосрочная реакция рынков. Наши экономисты считают, что нефть уже как бы “пережата” в ценовом смысле и неизбежен отскок.

Премьер говорил спокойно уверенно. Казалось, что он просто говорит с закрытыми глазами.

- “Пироженка”. Господин премьер, беспокоит судьба нашего резервного фонда. Министр финансов господин Силуанов делает довольно пессимистические заявления

- Задача министра финансов — нагнетать страхи, - немного изменившимся голосом – высоким и скрипучим – сказал Дмитрий Анатольевич. – Даже не страх, а скорее первобытный ужас. Чтобы человек пропитался им, этим ужасом и буквально излучал его. Так его легче найти. 

- Кого? – моргнул журналист. – “Пироженка”. Кого так легче найти, Дмитрий Анатольевич?

- Человека. Любого человека… Например, тебя… Но не сейчас. Потом. Когда придет время…

- “Пироженка”. Дмитрий Анатольевич, есть ли у вас какой-либо план по пенсиям? По пенсионной реформе? – спросил представитель телеканала “Дождь”.

Премьер кивнул и издал странный звук. Что-то вроде “бурлюмгум”. Все напряженно ждали продолжения. И оно не заставил себя ждать.


- Что есть пенсия? – Голос премьера опять изменился, стал низким и зловещим. – Это необходимые денежные средства, - ударение на последний слог, - для обеспечения жизнедеятельности несвежего, довольно усохшего тела. Но не лучше ли пройти ритуал Кормления в молодом возрасте, когда ты еще полон энергии и жизненных соков? И бюджет тогда сэкономит денежные средства, - опять ударение на последний слог. - Это Мое мнение.

- “Пироженка”. А что вы думаете по поводу проблемы дальнобойщиков?

- Если ты колесишь бесконечными русскими дорогами, - загадочно начал Дмитрий Анатольевич, - мимо болот и бескрайних пустошей, через темные леса и заброшенные, покинутые православными людьми городишки, то будь готов ответить за дерзость и встретить слуг Его и мысли Его. Темные, густые, пульсирующие в предвкушении, мысли Его…

Премьер вдруг начал тоненько и омерзительно хихикать. Его пальцы при этом еле заметно дрожали.Продолжалось это всего пару минут, после чего, ко всеобщему облегчению, Дмитрий Анатольевич опять стал неподвижен и нем.

Бледная представительница “Первого канала” судорожно сглотнула слюну и неожиданно громко, будто бы возмущенно, спросила:

- “Пироженка”! Дмитрий Анатольевич, а как вы оцениваете эту ситуацию с отсутствием электричества в Крыму? Это же форменное безобразие! И нарушение законодательства, как мне кажется.

Глухой голос Дмитрия Анатольевича в этот раз звучал совсем тихо, и приходилось прилагать усилия, чтобы расслышать, что он говорит. 

- В Крыму действует Российское Правовое Поле Экспериментов. И градиент этого Поля Мне хорошо известен. С другой стороны, Я согласен с тем, что произошедшее в Крыму со светом, точнее без света, является Настоящим Геноцидом. Причем Геноцид этот был произведен качественно, в установленные ранее сроки. Мне ежедневно докладывали о том, как и где происходят очередные этапы Кормления. Хотя само слово “геноцид” Мне не нравится. Оно носит какой-то отрицательный лексический оттенок. Я предпочитаю термин “дехьюманизация территории”. И без эмоций, и по существу.

Не успел следующий журналист задать вопрос, как с телом премьера стало происходить что-то странное и явно не предусмотренное регламентом. Сперва оно мелко затряслось, потом выгнулось дугой, затем наоборот вжалось в кресло.

- Парни, кажется, я нашел Канал! – закричал Дмитрий Анатольевич молодым энергичным, но каким-то испуганным голосом. – За руки его держи! Главное, чтобы не подох раньше времени…

Все присутствующие словно оцепенели. Даже человек в белом халате, кинувшийся было к Дмитрию Анатольевичу, остановился в шаге от него и теперь только внимательно смотрел на лицо премьера.

- Меня кто-нибудь слышит?! – Продолжал тем временем кричать Дмитрий Анатольевич. – Кто там, с другой стороны?! Мы тут Горловке и мы живы! Мы в старом бункере на глубине и Они нас не могут найти. Пока не могут, но найдут! Помогите! Пожалуйста, помогите! Мы офицеры, у нас семьи, дети!... Связи нет, нам приходится разговаривать по некрофону, который мы соорудили из прапорщика Ершова, героя Новороссии. Он мертв, но еще и как бы жив! Ему так больно! Так больно…


Дмитрий Анатольевич перестал кричать. Его тело расслабилось. Раздался легкий храп…

Сcылка >>


Оцените статью