Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Битва за еду

Архивные материалы

22.04.2016 16:53  

Евгений Гильбо

142

Проблема продовольственной безопасности сегодня, как никогда прежде, является одной из проблем национальной безопасности. За последние сорок дет сельское хозяйство Запада было радикально преобразовано. Оно ушло из рук семейных фермеров, культивировавших смешанные зерновые культуры и заботливо выращивавших домашний скот, в руки гигантских глобальных концернов агробизнеса, где человеческий труд стал несущественным фактором стоимости...

Экономическая шоковая терапия в американском стиле 

Когда Джордж Буш-младший говорил про «семена демократии», лишь некоторые понимали, что он подразумевал генетически модифицированные семена компании «Монсанто». После оккупации США Ирака в марте 2003 года экономические и политические реалии этой страны радикально изменились. Ирак был оккупирован не только американскими войсками в составе около 130 тысяч военных и небольшой армией наемных солдат удачи, тесно связанных с Пентагоном, но также попал под полный экономический контроль страны оккупанта, США.

Управлял иракской экономикой Пентагон. В мае 2003 года должность главы только что созданной Временной коалиционной администрации Ирака — слегка завуалированного органа оккупационного управления, занял Пол Бремер. Бремер, возглавлявший отдел по борьбе с терроризмом Государственного департамента США, позже стал управляющим влиятельной консалтинговой компании бывшего секретаря национальной безопасности Генри Киссинджера «Киссинджер Ассошиэйтед

Оккупированный США Ирак во многих отношениях предоставлял значительно большие возможности, чем Аргентина. Оккупация Ирака послужила средством передачи сельского хозяйства страны под управление ГМО-агробизнеса. Американская оккупационная администрация просто сделала иракским фермерам «предложение, от которого невозможно отказаться»; как сказал бы Дон Корлеоне: «Возьмите наши ГМО-семена или умрите».

Бремер держал перед выбором «жизнь или смерть» все области гражданской деятельности в оккупированном Ираке. Примечательно, что отчитывался он не перед Государственным департаментом, который обычно отвечал за реконструкцию, а непосредственно перед отделом бывшего министра обороны Дональда Рамсфелда в Пентагоне.

Возглавляя Временную коалиционную администрацию Ирака, Бремер не мешкая внес на рассмотрение серию законов по управлению Ираком, не имевшим в то время ни конституции, ни законно избранного правительства. Новые законы американских оккупационных властей (общим числом в сотню) были претворены в жизнь в апреле 2004 года. (1) В итоге, сотня новых изданных под мандатом США законов или приказов, как они назывались, должна была обеспечить перестройку экономики Ирака в рамках диктуемой США модели «свободного рынка», подобной той, что Международный валютный фонд и Вашингтон навязали России и бывшим республикам Советского Союза после 1990 года.

Для навязывания «шоковой терапии», которая должна была превратить целостную государственно-ориентированную экономику Ирака в децентрализованную область радикального свободного рынка, мандат был выдан Рамсфелдом и пентагоновскими стратегами Полу Бремеру. Он за один месяц осуществил более коренные преобразования в экономике, чем его предшественники в странах-должниках Латинской Америки за три десятилетия.

Первым же указом Бремер уволил 500 тысяч государственных служащих, большей частью солдат, однако также и врачей, медсестер, учителей, издателей и типографов. Далее он открыл государственные границы для неограниченного импорта: никаких тарифов, ни пошлин, ни проверок, ни налоговых сборов. Спустя две недели после прибытия в Багдад в мае 2003 года Бремер объявил Ирак зоной «открытой торговли». Он не упомянул, для чьей продукции, но это все более прояснялось. До вторжения в той части экономики Ирака, которая не была ориентирована на нефть, господствовали около 200 государственных предприятий, производивших разнообразные товары: от цемента до стиральных машин. В июне 2003 года Бремер заявил, что эти государственные компании должны быть немедленно приватизированы.

«Передача неэффективных государственных предприятий в частные руки, — сказал он, — необходима для восстановления экономики Ирака». (2) План приватизации в Ираке должен был стать крупнейшей распродажей государственной собственности со времени развала Советского Союза.

Приказ Временной коалиционной администрации Ирака номер 37 уменьшил налог на предприятия в Ираке приблизительно с 40 до 15 %. Без налоговых сборов государство не сможет играть большой роли в чем бы то ни было. Приказ номер 39 предоставил иностранным компаниям возможность владеть 100 % иракских активов вне сектора природных ресурсов, что обеспечило бесконтрольность иностранных экономических операций в стране. Инвесторы также могли выводить 100 % прибыли, полученных в Ираке, за его пределы. От них не требовалось реинвестиций и с них не взимались налоги. Естественно, выгадали от таких законов вовсе не народ или экономика Ирака. По Приказу номер 39 иностранные компании могли заключать договоры аренды и контракты на 40 лет. Приказ номер 40 привлекал иностранные банки в Ирак на тех же льготных условиях. От эпохи Саддама Хусейна остались лишь выгодные для иностранного захвата экономики Ирака законы, запрещающие профсоюзы и их переговоры с предпринимателями о заключении коллективных договоров.

В мгновение ока Ирак превратился из наиболее замкнутой страны мира в наиболее свободный и широко открытый рынок. С разоренными более чем десятилетним экономическим эмбарго и войной (оба инициированы США) экономикой и банковской системой жители Ирака были не в состоянии выкупить приватизируемые государственные компании. Иностранные транснациональные корпорации оказались единственными возможными игроками, которые смогли извлечь пользу из грандиозной бремерской схемы восстановления экономики.

Захваченной и разоренной земле были навязаны новые законы без возможности какого бы то ни было сопротивления, помимо военного саботажа и партизанской войны против оккупантов. Узаконенный американским правительством оккупационный орган Временная коалиционная администрация Ирака превратил страну в привлекательный для иностранных инвесторов рынок, а набор из 100 новых приказов предоставил все права и полный контроль над экономикой Ирака транснациональным корпорациям. Более того, данные законы были разработаны, чтобы проложить путь наиболее коренным изменениям в национальной пищевой промышленности из когда-либо проводимых. Под руководством Бремера Ирак должен был стать образцом агропромышленного комплекса, основанного на ГМО.

Приказ номер 81 Бремера 

Временная коалиционная администрация Ирака недвусмысленно дала понять юридическую значимость этих 100 Приказов. Каждый Приказ определялся как «обязательные к исполнению предписания иракскому народу, напрямую вносящие изменения в систему управления Ираком, включая изменения в иракских законах. Уклонения от [этих предписаний] уголовно наказуемо». Другими словами, иракцам сказали «выполняйте или умрите!» Во всех случаях, когда предыдущие законы Ирака могли противоречить новым бремерским 100 Приказам, иракские законы отменялись. Первостепенным стал оккупационный закон. (3)

Схороненный глубоко среди новых бремеровских постановлений, касавшихся всего: от средств массовой информации до приватизации государственных предприятий — Приказ номер 81 под заглавием «Закон о патентах, промышленных образцах, не раскрытии информации, интегральных схемах и сортовых растениях» предписывал:

«11. Статью 12 впредь следует читать так: “Патент должен предоставлять владельцу следующие права:

1. Если предмет патента — продукт, то право воспрепятствовать лицу, не получившему разрешения владельца, воспроизводить, видоизменять, использовать, предлагать к продаже, продавать или импортировать указанный продукт”.

12. Статью 13.1 впредь следует читать так: “Время действия патента не должно прекращаться ранее истечения 20-летнего периода для зарегистрированных в рамках действия данного закона заявок от момента заполнения заявки на регистрациюв рамках действия данного закона”».

Дальнейшее положение Приказа 81 предписывало: «Фермерам должно быть запрещено повторное использование защищенных сортовых семян или сортов, упомянутых в пунктах 1 и 2 параграфа (С) Статьи 14 данной главы». И далее:

«Приказ Временной коалиционной администрации Ирака за номером 81 изменял иракские законы о патентах и промышленных образцах так, чтобы защитить новые разработки во всех областях технологий, касающихся продуктов или производственных процессов. Изменения давали возможность компаниям в Ираке или в странах-участниках соответствующих соглашений, в которые входил Ирак, регистрировать патенты в Ираке. Изменения предоставляли владельцу патента право препятствовать кому бы то ни было, кто не получил разрешения владельца, использовать запатентованный продукт или процесс в течение 20 лет с момента регистрации патента в Ираке. Изменения также позволяли частным лицам и компаниям регистрировать промышленные образцы». (4)

Иначе говоря. Приказ номер 81 предоставлял держателям патентов сортовых растений, оказавшимся исключительно крупными иностранными транснациональными компаниями, абсолютные права в течение 20 лет использовать свои семена в иракском сельском хозяйстве. Хотя это могло показаться честным и разумным коммерческим обеспечением компенсации иностранным компаниям за их интеллектуальную собственность, на самом деле это было вторжением в суверенитет Ирака. Как и многие другие страны, Ирак никогда не признавал правил коммерческого патентования живых организмов, например, растений. Патенты были выданы таким компаниям, как «Монсанто» или «Дюпон», ведомствами США и другими иностранными патентными ведомствами.

В действительности. Приказ номер 81 должен был изменить иракские патентные законы так, чтобы они признавали иностранные патенты вне зависимости от их юридического соответствия иракским законам. На первый взгляд казалось, что иракским фермерам предоставляется возможность отказаться от покупки патентованных семян «Монсанто» или других компаний и выращивать свои традиционные местные культуры, однако в действительности, как были хорошо осведомлены разработчики Приказа номер 81, его действие было совершенно противоположным.

Защищенные патентом сортовые растения были генномодифицированными или генноманипулированными. поэтому иракские фермеры, решившие выращивать такие семена, были вынуждены подписывать соглашение с компанией-держателем патента, предусматривавшее выплату «технологического взноса» и ежегодных лицензионных отчислений за культивирование патентованных семян. Все иракские фермеры, пытавшиеся сохранить часть патентованных «Монсанто» или другими компаниями семян для посадки в последующие за первым урожаем годы, рассматривались поставщиками семян как объекты серьезных взысканий. В Соединенных Штатах до ограничения судебным постановлением «Монсанто» требовала карательных мер по взысканию убытков, в 120 раз превосходящих стоимость мешка их ГМО-семян. Это давало возможность поставить иракских фермеров в вассальную зависимость не от Саддама Хуссейна, а от транснациональных гигантов, производящих ГМ-семена.

Основой Приказа номер 81 было положение о защите сортовых растений. В соответствии с этим положением сохранение семян и их повторное использование должно было стать незаконным. Фермерам, использующим патентованные семена или даже просто «похожие», грозили бы суровые денежные штрафы или даже тюремное заключение. Однако под защитой находились вовсе не сортовые растения, полученные в течение 10 тысяч лет скрещивания и селекции в Ираке. Скорее, обеспечивались права транснациональных гигантов, подобных «Монсанто», на введение их семян и гербицидов на иракский рынок с полного одобрения правительств США и Ирака.

Уничтожение иракских семенных фондов 

Исторически Ирак является частью Месопотамии — колыбели цивилизации, где в плодородной долине между реками Тигром и Ефратом тысячелетиями создавались идеальные условия для культивации зерновых культур. Иракские фермеры существовали приблизительно с 8000 года до н.э. и за это время сохранением части семян, повторным высаживанием, выведением новых устойчивых гибридных сортов в новых посевах сумели получить высокоурожайные сорта семян практически всех сортов пшеницы, используемых в современном мире.

Годами иракцы сохраняли образцы этих драгоценных естественных сортовых семян в национальном семенном фонде, находящемся в Абу-Грэйбе, более известном в мире как место расположения ужасной американской военной тюрьмы. Последовавшая американская оккупация Ирака, включавшая постоянные бомбардировки, имела далеко идущие катастрофические последствия — этот бесценный исторический семенной фонд в Абу-Грэйбе исчез.

Однако прежний министр сельского хозяйства Ирака предусмотрительно создал резервное зернохранилище в соседствующей с Ираком Сирии, где в Международном центре сельскохозяйственных исследований в засушливых районах в Алеппо и по сей день хранятся наиболее важные сорта семян пшеницы. С потерей семенного фонда в Абу-Грэйбе Международный центр сельскохозяйственных исследований в засушливых районах, являющийся частью международной сети семенных фондов Консультативной группы по международным сельскохозяйственным исследованиям, мог бы предоставить иракцам зерно из своих запасов, если бы Временная коалиционная администрация Ирака запросила такую помощь. (5) Однако этого сделано не было! Советники Бремера имели другие планы на сельскохозяйственное будущее Ирака — свои собственные.

Иракское сельское хозяйство отныне будет «модернизировано», индустриализировано и переориентировано с традиционного семейного выращивания различных культур на агропромышленное производство в американском стиле, ориентированное на «мировой рынок». Обеспечение продовольственных потребностей голодных иракцев в эти планы входило лишь как сопутствующая задача.

В соответствии с Приказом номер 81, если крупная международная корпорация вывела некий, устойчивый к специфическим иракским сельскохозяйственным вредителям сорт и другой подобный устойчивый сорт вырастил иракский фермер, то он по закону не мог откладывать на следующий посев свои же семена. Вместо этого он должен был платить лицензионные отчисления за использование ГМО-семян «Монсанто».

США и Международный суд, в соответствии с правилами женевской Всемирной торговой организации, в которой наибольшее влияние имеет правительство США и частные агропромышленные гиганты, такие как «Монсанто», имели возможность навязать подобные законы о патентной защите растений. В далеких 1990-х годах американская компания, занимающаяся биотехнологиями, «СанГсн», запатентовала сорт подсолнечника с очень высоким содержанием олеиновых кислот. Она запатентовала не только генетическую структуру данного сорта, но и сам признак высокого содержания, относящийся к нему, как таковой. «СанГен» сообщила другим селекционерам, что выведение других сортов подсолнечника «с высоким содержанием олеиновых кислот» будет считаться нарушением патента.

«Предоставление патентов, покрывающих все генетически разработанные сорта, каких бы то ни было видов, дает в руки одного изобретателя возможность контролировать, что мы выращиваем на наших фермах и огородах». — замечает доктор Джеффри Хотим, генеральный директор Международного института генетических ресурсов растений.

«Одним росчерком пера исследования бесконечного числа фермеров и ученых были, возможно, сведены на нет, одним законодательным актом экономического воровства». (6)

Экономический грабеж Ирака — вот что Бремер и «Монсанто» подразумевали под Приказом номер 81.

Сcылка >>


Оцените статью