Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Смерть стоит того, чтобы жить...

Архивные материалы

23.01.2015 08:39  

ragnar

149

Этот вопрос – наиглавнейший из самых главных. Поверьте, важнее вопроса нет. Это – вопрос о жизни и смерти. От ответа на этот вопрос зависит всё. Абсолютно всё.

А «жизнь» - только слово, есть лишь любовь, и есть смерть.

Эй! А кто будет петь, если все будут спать?

Смерть стоит того, чтобы жить,

А любовь стоит того, чтобы ждать.

Виктор Цой

Недавно я прочитал книгу Кургиняна «Странствие». Тогда, когда она вышла, я был несколько разочарован в её авторе, и читать не стал. Теперь прочитал. Книжка сложная и запутанная, как и сам автор, но почитать – полезно. Одним из последствий прочтения стало понимание одного вопроса, который давно уже жил на задворках моего сознания. Только сейчас пазл сложился.

Этот вопрос – наиглавнейший из самых главных. Поверьте, важнее вопроса нет. Это – вопрос о жизни и смерти. От ответа на этот вопрос зависит всё. Абсолютно всё.

Иногда поэт, сам того не понимая, может уместить в одну строчку море смысла. Песню Виктора Цоя «Легенда» можете прослушать здесь: https://www.youtube.com/watch?v=mN5d5KWJp0Y

Я не поэт, поэтому для пояснения моей мысли понадобится несколько страниц.

«Жизнь» - действительно только слово. Наше унылое и однообразное (пусть у кого-то и богатое) повседневное существование становится жизнью только тогда, когда приходит любовь или смерть. Любовь не надо понимать в узком смысле только как любовь между мужчиной и женщиной, и сразу сводить к сексу, как обычно принято. Любовь здесь – в самом широком смысле. Бог – есть любовь. Однако можно прожить жизнь, но с любовью ни разу не встретиться. Единственное, с чем человек встретится непременно – это смерть. Поэтому я хочу поговорить о смерти.

Испокон веков, во всех религиях и духовных учениях, во всех схемах представлений о мире, смерть не являлась абсолютным концом, после которого – ничто. В архаических и традиционных системах представлений о мире смерть – только некоторый переход. После неё начинается что-то другое. Плохое или хорошее, в этом мире, или в другом. Неважно. Жизнь всё равно не кончается. Жизнь – вечная.

И вот пришёл Модерн с его научной картиной мира. Пришёл он, конечно, не одномоментно. Примерно с XVI века начался процесс «расколдовывания» мира, который завершился в XIX веке фразой Ницше «Бог умер». Тогда ещё многие люди оставались верующими, да и сейчас их ещё немало. Даже в Европе. Но не они уже «делают погоду» в мире. Сейчас доминирует научная картина мира. А в ней смерть – это абсолютный конец.

Получается, что Модерн сам поставил вопрос, который ранее просто не существовал, и на который у Модерна ответа нет. Что там после смерти? Наука по определению не может ответить на этот вопрос. Наука отобрала возможность утешения человека! Ведь он единственный из живых существ, который знает о своей смерти.

Наука ответить не может, а кто может? Новое время породило новый тип смысловых систем – идеологии. Идеология – не наука. Но она должна отвечать критерию научности, или хотя бы делать вид, что не противоречит науке. Поскольку религия – в прошлом, а наука отказывается отвечать на главный вопрос, придётся на него отвечать идеологии.

Основных идеологий всего три. Они определяются отношением к происходящим в обществе изменениям.

Консерватизм ненавидит изменения, и хочет их затормозить, или повернуть вспять. Он вздыхает по какому-то «золотому веку», который был в прошлом, и утверждает, что прогресс – путь деградации.

Социализм и либерализм – за прогресс, но понимают его несколько по-разному. Социализм полагает, что подлинный прогресс возможен только при условии коллективизма. Либерализм же считает, что лучший двигатель прогресса – война всех против всех, но с соблюдением некоторых правил.

Все остальные идеологии являются только крайними вариантами или местными версиями трёх перечисленных.

По итогу должна победить та идеология, которая даст лучший вариант ответа на главный вопрос – вопрос о смерти. Полагаете, что либерализм уже победил? Подождите, - ещё не вечер! Разве мы не видим в последнее время тенденцию сращивания либералов с фашистами? Пока на Украине, далее – везде. Либерализм стремительно превращается в свою крайнюю версию – неолиберализм. Неолиберализм – это либерализм, заболевший элитаризмом, либерализм с закрытыми социальными лифтами. От такого либерализма до фашизма – один шаг. Побеждает фашизм, - крайняя версия консерватизма!

А что там с социализмом? Говорят, что одним из главных факторов уверенности Гитлера в победе над СССР было то, что атеисты, по его мнению, слишком сильно боятся смерти, и не будут умирать за Родину. Расчёт не оправдался. Но было ли у большевиков какое-то решение главного вопроса? Пожалуй, нет. Они говорили о том, что человек сохранится в своих делах, в детях и внуках. Это всё не то. В победе над фашистами, наверное, всё-таки сыграла роль оставшаяся в нас православная версия ответа на главный вопрос. Но осталось ли это в нас до сих пор? Сможем ли мы снова так мобилизоваться перед лицом общей беды? Сложно сказать.

Почему побеждают фашисты? Потому, что у них есть их версия ответа на главный вопрос! Предельно чёрная и отвратительная – но есть! Они называют себя «женихами смерти», они не верят в то, что могут умереть. Они говорят, что тот, кто из них умер – так ему и надо. Значит, он не поверил по-настоящему в своё превосходство над смертью. Слабак!

Звучит нелепо. На наш взгляд. Но давайте посмотрим, как это будет выглядеть не в пламенных речах фашистских вождей, а в реальности.

Для этого рекомендую посмотреть два фильма. «Облачный атлас»: http://www.myvi.ru/watch/1sTowzJftUq2KUUh0xPUvQ2 и «Неуместный человек»: http://smotri.com/video/view/?id=v1641503211c

Фильм «Облачный атлас» состоит из нескольких непрямо связанных историй. Из них к нашему разговору подходит одна. Это история девушек-официанток из города будущего «Нью-Сеул». Они должны отработать 12 лет в казарменных условиях, после чего им обещают переход на новый уровень, где они будут жить чуть ли не как принцессы. Об их происхождении ничего не понятно. Скорее всего, это – клонированные люди. После истечения 12 лет службы их одевают в какие-то белые балахоны, и в торжественной обстановке куда-то ведут. Повстанцы выкрадывают одну из девушек, и предлагают ей выступить перед людьми по телевидению. Для этого ей показывают, куда их ведут. Их ведут на убой с последующей переработкой в биомассу, из которой делают еду для людей.

В фильме «Неуместный человек» главный герой погибает, и попадает в идеальный город. Эдакий европейский рай, который при ближайшем рассмотрении оказывается адом. Город абсолютно идеальный. В нём люди живут, работают, ходят по магазинам и в гости друг к другу. Занимаются спортом, сексом, ходят на корпоративы, в бары, даже женятся. При этом в городе нет абсолютно никаких проблем. В том числе детей, стариков и больных. Напиться тоже нельзя. Пей алкоголя сколько хочешь – не опьянеешь. Секс, на который все женщины соглашаются «на раз», тоже совершенно безвкусный. Более того – умереть нельзя даже при большом желании. Главный герой пытался несколько раз - просто невозможно.

Вот он – проект мира, в котором нет смерти. Сегодняшняя масс-культура лишает человека религии, семьи, национальности, образа героя. Человек превращается в идеального работника-потребителя, абсолютно оторванного от любых связей с другими людьми. Такой человек не привязан ни к кому, ни к чему, не слышал об идеалах, рассматривает всех других людей только как источник дохода или сексуального удовлетворения. Это уже не человек, - это животное. А животное ничего не знает о смерти.

Вот и решение проблемы. Люди либо клонируются, либо рождаются посредством суррогатного материнства. Воспитываются в детских домах, где им вложат в головы всё, что надо, - влияние семьи исключено. О смерти им ничего не расскажут. Живут некоторое время, пока молодые и здоровые. По истечении определённого срока, или в случае болезни или увечья, они утилизируются. Но никто об этом не узнает. Тем, кто заметил исчезновение человека, как-то объяснят (тем же повышением по работе, например), и они через пару дней об этом забудут. Привязанностей ведь нет. В этом мире нет больниц, кладбищ, вообще ничего, что говорило бы о болезни, старости, смерти. Даже слов таких нет.

Так и будет, если антифашистам не удастся предложить свой ответ на вопрос о смерти. Полагаю, что ответ можно найти в разработке так называемых постнаучных картин мира. Другими словами, пришло время помирить науку и религию. Это не так абсурдно, как принято думать. Многие уже поняли, что атеизм – всего лишь одна из религий. И принципиально неудачная, так как не даёт ответа на главный вопрос.

Бывают нерелигиозные люди, но неверующих – не бывает. Все во что-то верят. Есть даже такое выражение: «На войне и в море атеистов нет».

Обычно я экзаменую ярых атеистов так: Вы верите в то, что сейчас по дороге отсюда домой с Вами ничего не случится? Машина не собьёт, кирпич на голову не упадёт? Вы можете это точно утверждать, опираясь на науку? - Нет, вероятность такого есть. - Так значит, Вы постоянно думаете о смерти, которая может настигнуть Вас в любой момент? – Нет, конечно! – Значит, Вы верите, что с Вами всё будет в порядке? – Да. – А на чём основана Ваша вера?

Дальше – заминка. Просто верю, и всё. Или – в счастливый случай. В путеводную звезду. В чёрную кошку. В счастливый билет. И так далее.

Значит, эти люди, называющие себя атеистами, не верят только в Бога. А во всякую ерунду – пожалуйста! Значит – верующие.

Я думаю, что традиционную эпоху можно сравнить с детством, когда ребёнок верит во всё, что ему говорят родители. В Бога, в Бабу Ягу, в Деда Мороза. Верит совсем некритически. Традиционная эпоха была детством человечества. Подросткам кажется, что «предки» понимают в жизни не больше, чем они сами, а то и меньше. Чего их слушать? Модерн стал подростковым возрастом человечества – таким «праздником непослушания». Теперь человечеству пора повзрослеть, и понять, что науку и веру можно совместить.

Вопрос о том, что там после смерти, необходимо решить. Иначе будет очень плохо.

Сcылка >>


Оцените статью