Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Конструктивные принципы древнерусского календаря. (А.Н. Зелинский)

Философия и история

25.04.2016 06:05

capreze

240

Преамбула от c-ze:
Вчера вечером, оказавшись в кругу санкт-петербургской интеллигенции, как либеральных, так и левых взглядов, вновь зашла беседа о самости русской нации.
Мои основной постулат, сформировавшийся в последние годы, звучит так:
загадка "великой русской души" = диссонанс между а) внешним европейским обликом русских и б) азиатским содержанием внутреннего наполнения - культура, этика, духовные тяготения.

И именно попытки сломать внутренний азиатский стержень русского народа и насильно развернуть его в сторону своего европейского облика и несут в себе основные для нас беды, начиная от пьянства и заканчивая короткой жизнью.

К счастью, по историческим меркам, такой процесс ломки начался относительно недавно - во времена Ивана IV. До его правления Русь/Россия/русская нация развивалась в естественном для себя азиатском направлении, что подтверждалось и такими факторами, как внешний облик одежды, так и чрезвычайно низкая алкоголизация населения. Однако, возвращение в европейское христианство ростовщичества и относительно быстрый рост usury-based государств (т.н. "республик") по сравнению с конкурентами, заставил русского царя обратить свой взор на Запад. Начались сношения с голландцами, англичанами и прочими ливонцами. Ну, а вместе с этим, начались два разновекторных движения: подъем русского государства и его элиты vs низвержение русского народа и закабаление его низов.

Закрепился этот процесс европоцентричности уже Петром I. Который тотально ввел алкоголь в повседневную практику русского быта, податной реформой намертво пригвоздил крестьянина к помещичьей земле, на ингерманландских болотах основал квази-европейский город, чтобы было где выгодные переговоры вести с послами, в более привычной им среде, ну, и, конечно же, провел календарную реформу:
"О писании впредь Генваря с 1 числа 1700 года во всех бумагах лета от Рождества Христова, а не от сотворения мира" - так назывался Петровский указ.

Ну, а ниже - выдержки из отличной статьи/книги Андрея Николаевича Зелинского 1978 года под говорящим названием "Конструктивные принципы древнерусского календаря". Просто для Вашего кругозора и внимания.
Полностью книгу вы можете прочитать здесь.

А.Н. Зелинский

Конструктивные принципы древнерусского календаря

Отрывок из статьи А.Н. Зелинского. Конструктивные принципы древнерусского календаря // Контекст. М., 1978. С. 62-135.

§ 1. В пестрой мозаике человеческих культур отношение к времени внутри каждой отдельной культуры было и остается далеко не однозначным. Оно свидетельствует не только об определенном уровне культуры, но является выражением тех внутренних особенностей, которыми одна культура отличается от другой. Критерий времени становится индикатором глубинных процессов, которые проявляются в кристаллизации культуры определенного типа. И наоборот – определенный сложившийся тип культуры подразумевает вполне определенное понимание времени. Циклизм индо-буддийского Востока в противовес тому, что можно назвать "спиральной концепцией времени" в средневековой христианской культуре западной части Экумены, – самый общин и самый важный пример к сказанному" Естественно, что отношение к времени внутри отдельной культуры сказывается прежде всего на календаре. Календарь – это ритм, который должен объединять внешний Космос мироздания с внутренним Космосом человека в некое единое гармоническое целое. Но календарь – не только ритм, но и память. Поэтому календарь по самой своей сути есть выражение того, что можно определить понятием "ритмической памяти человечества". Если мы вспомним, что представлял собой древнеегипетский солнечный календарь или древние лунно-солнечные календари Вавилона и Китая с их периодически повторяющимися циклами религиозных праздников, то быстро убедимся, что они преследовали именно эту цель – быть в первую очередь надежным хранителем памяти о том, что лежало в первооснове каждой из этих культур. В этом смысле русский средневековый календарь не представлял собой исключения. Однако он обладал такими особенностями, которые сделали его уникальной и неповторимой системой организации времени. Эти особенности заключены в конструктивных принципах древнерусского календаря, которые и являются предметом настоящей работы. Ведь от знания того, как наши далекие предки фиксировали и воспринимали время, зависит как наше собственное самосознание, так и понимание важнейших сторон средневековой культуры, связанной во многих своих аспектах с вполне определенным отношением к времени.


§ 2. Хотя главной целью нашего исследования является реконструкция древнерусского календаря, однако недостаточно просто рассказать о принципах его построения, надо показать, как они "работают" и как комплекс чисто календарных проблем органически входит в систему мировоззрения средневекового человека, в его представление о мире вообще. Для решения этой задачи необходимо было воссоздать первооснову этой календарной системы пли, другими словами, построить то, что может быть названо ее универсальной "моделью". Естественно, что речь идет не о модели как некоей уменьшенной и обобщенной копии каких-то реально существующих объектов, а о модели как комплексе определенных принципов, собранных в единый творческий об раз, максимально приближающийся к исследуемой реальности. Однако при условии, что принципы эти суть плод не только отвлеченных умозрительных построений, но и конкретных эмпирических фактов. Может возникнуть вопрос: зачем реконструировать модель древнерусского календаря, принципами которого без всяких моделей пользовались на Руси без малого тысячу лет? В самом деле, нашим далеким предкам такая реконструкция была, по-видимому, не нужна. Ощущение времени, которое несла с собою средневековая культура, не требовало для ее носителей ни доказательств, ни моделей, оно было просто частью их жизни, чем-то абсолютным и самоочевидным. Но такая реконструкция и такая модель нужны нам. Стремясь познать средневековую культуру, по уже не имея возможности быть ее органической частью, мы смотрим на нее как бы издалека. Но именно этот взгляд позволяет нам обозреть ее всю разом и увидеть то, что неизбежно ускользало из поля зрения ее современников.

Существует еще одна причина, по которой подобная реконструкция представляется весьма нужной. Дело в том, что она дает возможность не только понять, как построен средневековый русский календарь, но и практически пользоваться им в исследованиях хронологического и историко-культурного характера. Практически это означает, что любой интересующий нас год Юлианского календаря, который был универсальным календарем русского и западноевропейского средневековья, может быть восстановлен по реконструируемой нами системе без помощи каких-либо специальных справочных таблиц или кропотливых вычислений. Этот метод может быть полезен не только при проверке древних датировок или при нахождении их соответствий современным датам, но также и в тех случаях, когда, изучая летописные или иные средневековые источники, у нас возникает необходимость обозреть сразу всю картину интересующего нас года со всем чередованием его дней недели. По ней мы сможем определить любую ошибку в источниках, касающихся хронологии тех или иных событий, или найти нужную нам дату того или иного переходящего или непреходящего праздника. С точки зрения возможности такой реконструкции, представляющей не только теоретический, но и практический интерес, средневековый русский календарь еще не подвергался исследованию, которого он, безусловно, заслуживает.


§ 3. Исследуемый календарь пришел на Русь из Византии вместе с введением христианства и был известен под названием "Миротворного круга", "Церковного круга" и "Великого индиктиона". В своей основе он был Юлианским календарем, который в свою очередь уходил корнями в культуру Древнего Египта. И для того чтобы понять предысторию календаря наших предков, мы должны мысленно перенестись в долину Нила, где в незапамятные времена был создан календарь, просуществовавший вместе с египетской культурой около четырех тысячелетий.

Происхождение этого календаря связано с Сириусом – самой яркой звездой небосвода, воспетой Гомером и Гесиодом, звездой, о которой русский поэт сказал:

Где ты. звезда моя заветная,

Венец небесной красоты. Очарованье безответное

Снегов и лунной высоты?

Но если поэты во все века воспевали Сириус за его несравненную красоту, то Египту он подарил нечто большее – он дал ему первый в мире солнечный календарь, "лежащий,– по выражению В. П. Вернадского,– в основе летосчисления всего Старого Света, вплоть до настоящего времени, когда он оказался распространенным на всю ноосферу".

Дело в том, что промежуток времени между двумя первыми утренними восходами Сириуса, совпадающими в Египте с летним солнцестоянием и разливом Нила, составляют 365,25 суток. Однако в качестве длины своего календарного периода египетские жрецы положили не 365.25 дней, а 365 дней ровно. Но год. длиною в 365 дней, довольно заметно отставал от истинного солнечного года.

И это отставание (при принятии солнечного года, равным 3(35,25 суток) составляло 6 часов в год и, следовательно, нарастало за каждые четыре года на величину одних суток. Таким образом, отставая каждые четыре года на одни сутки, даты древнеегипетского календаря перемещались назад по отношению к сезонам года. Или, другими словами, сезонные явления постепенно опережали календарь. Но если за четыре года Сириус уходил вперед на одни сутки, то, для того чтобы пройти по всем датам египетского года пз 365 дней, ему нужно было уже не четыре года, а 1460 лет (365X4=1460). Но поскольку мы знаем, что египетский год (365 дней) короче года Сириуса (365.25 дней) на 6 часов, то. для того чтобы вернуться к своей исходной дате в египетском календаре, Сириусу нужен был еще один год (1460+1=1461).

Величина в 1461 египетский год, получаемая в результате этих нехитрых арифметических операций, и есть знаменитый "Сотическнй период", который содержит 1460 юлианских лет. По истечении этого промежутка времени первое число первого египетского месяца (1-е Тот) совпадает с первым утренним восходом Сириуса, летним солнцестоянием и разливом Нила. Вся египетская история укладывается в четыре таких периода, начиная с 19 июля 4241 г. до н. э. по Юлианскому календарю.

Итак, если начало египетского календарного года было "блуждающим", то блуждающими оказывались и все религиозные праздники, включая знаменитые мистерии Осириса, совершавшие свой круг в отношении, обратном к кругу сезонов за период в 1460 юлианских лет. Но именно из-за этого "блуждающего года" мы и остановились на древнеегипетском календаре столь подробно. Эта последняя его особенность заключает в себе некоторую "скрытую цикличность". Именно такого рода "скрытой цикличностью" обладает, как мы увидим в дальнейшем, и исследуемый нами древнерусский календарь, с той лишь разницей, что период его цикла во много раз превышает египетский Великий год Сотиса.


§ 4. Первая попытка реформировать древнеегипетский календарь была предпринята задолго до Юлия Цезаря Птолемеем III Эвергетом. который в своем известном "Канопском декрете" (238 г. до н. э.) впервые вводил понятие високосного года, совершенно чуждого самому духу древнеегипетского времяисчисления. Реформа эта тогда не привилась: слишком были сильны еще древние традиции, и только в эпоху римского владычества Великий год Сотиса перестал существовать как реальная календарно-астрономическая мера. Это сделал с помощью известного александрийского астронома Созигена Юлий Цезарь в 46 г. до н. э., когда Рим со всеми своими имперскими владениями перешел на новый юлианский счет

Если выражаться точно, это была не столько реформа собственно римского календаря, сколько замена его реформированным египетским календарем "Канопского декрета". Именно этот календарь вошел в историю христианской культуры западной части Экумены. Как именно это произошло, мы увидим из дальнейшего изложения проблемы.

§ 5. Собственно, Юлианский календарь просуществовал недолго – от реформы своего основателя (46 г. до н. э.) и до Никейского собора, созванного Константином Великим в 325 г. н. э. После этого знаменитого собора, выработавшего (в числе важнейших догматических установлений) единые правила вычисления Пасхи и: единую эру от "Сотворения мира" для всех христиан, календарь Юлия Цезаря превратился в церковный Юлианский календарь и в таком усложненном виде более тысячелетия служил в качестве универсального календаря всего христианского средневековья.

По сути дела, церковный Юлианский календарь и был тем Великим индиктионом, или Миротворным кругом, которому посвящена настоящая работа.

С астрономической точки зрения суть никейской реформы календаря заключалась в том, что в юлианскую систему времяисчисления, строго ориентированную по Солнцу (т. е. исходящую из средней величины солнечного года в 365,25 дней), было введено "лунное течение", т. е. движение Луны со сменой ее фаз. Последнее было вызвано необходимостью точной фиксации главного христианского праздника Пасхи и связанных с нею переходящих двунадесятых праздников. Но Пасха христиан в свою очередь исторически зависела от ветхозаветной иудейской Пасхи, которая со времен Моисея праздновалась евреями только в полнолуние. Вот откуда возникла необходимость в церковном календаре христиан соединить ритм Луны с ритмом Солнца. Б своем реформированное виде церковный Юлианский календарь не только выполнил эту задачу, отвечающую требованиям церковного богослужения, но и положил предел спорам между Римом. Константинополем и другими церквами по поводу того, когда же именно следует праздновать новозаветную Пасху и какими правилами надо для этого руководствоваться.

§ 6. Если первый и, по существу, единственный доселе используемый в мире солнечный календарь был создан египетскими жрецами, то первый лунно-солнечный календарь был создан, по-видимому, вавилонскими астрономами, достойными преемниками халдейских звездочетов. Движение Луны достаточно сложно. Предвычисление ее фаз на более или менее продолжительные периоды требует достаточного запаса астрономических знаний и многовековых наблюдений, а соединение лунного и солнечного циклов в календаре может считаться крупнейшим достижением древней астрономии, связанной с календарным делом. Связать ритм ночного светила, Луны, олицетворяющей во многих древних космогониях женское начало мира, с ритмом его космического антипода мужского светила, Солнца и при этом выразить эту связь в таких математических величинах, которые могли бы лечь в основу лунно-солнечного календаря, – именно так можно сформулировать эту задачу древних.


Прежде всего для того чтобы построить лунно-солнечный календарь, надо было достаточно хорошо знать среднюю длину лунного месяца (29,53 суток) и солнечного года (365,25 суток). Знание этих основных календарных величин уходит в глубокую давность. Они были известны в Вавилоне уже в середине III тыс. до и. э. Но из знания этих величин вытекала и основная задача лунно-солнечного счисления: уравнять, насколько это возможно, величину лунного месяца и солнечного года, т. е., иными словами, найти для этих двух единиц времени наименьшее общее кратное. Задача эта осложнялась тем. что ни лунный месяц, ни солнечный год сами по себе не содержат целого числа суток, в то время как наименьшее общее кратное этих величин должно было отвечать этому требованию.

В своем окончательном виде такой период был найден почти одновременно. на Востоке и на Западе – в Древнем Вавилоне, в Древней Греции и в Древнем Китае – в середине I тыс. до н. э. Им оказался знаменитый 19-летний лунный цикл, который в историю астрономии вошел под названием "Метоновского цикла". Сущность этого цикла заключалась в том, что для уравнения лунного календаря с солнечным на протяжении 19-ти лунных лет 7 раз вставлялся дополнительный (эмболисмический) лунный месяц. Иначе говоря, на двенадцать 12-месячных лунных лет (т. е. содержащих 354 дня) приходилось семь 13-месячных (т. е. содержащих 384 дня) лунных лет. Все эти выводы резюмируются в лунно-солнечном уравнении Метона, которое гласит:

19 лунных лет Метона = 235 лунным месяцам Метона = 6940 суткам =19 юлианским солнечным годам.

Что для нас практически может означать это равенство? А то, что через каждые 6940 суток (или 19 лунных лет Метона) фазы Луны будут падать на те же числа Юлианского солнечного календаря. Таким образом, например, если в год Никейского собора новолуние пришлось на 1 марта 325 г. н. э.. то спустя 19 лет оно тоже придется па 1 марта, но уже 344 г. н. э. Для пасхальных вычислений подобные расчеты играют первостепенную роль.

Соотношение знаменитого греческого астронома Метопа можно считать одним из шедевров мировой астрономии. Именно оно лежит в основании всех лунно-солнечных календарей, как древних, так и существующих доныне. Однако вряд ли нужно сомневаться в том, что соотношение это уходит своими корнями в Древний Вавилон. Уже шумеры ок. 2400 г. до и. э. вставляли время от времени добавочный месяц в свой лунно-солнечный цикл, а знаменитый Хаммурапи (ок. 1760 г. до н. э.) издал по этому поводу специальный указ.

§ 7. Здесь мы должны сделать остановку и вспомнить ту календарно-астрономическую задачу, которая стояла перед отцами Никейского собора, – ввести лунное течение в солнечный Юлианский календарь, не нарушая его внутренней структуры. Последнее можно было осуществить только применяя рассмотренный выше Метоновскпй цикл, однако с одной маленькой, но существенной поправкой. Дело в том, что этот цикл, несмотря па свои достоинства, заключает в себе некоторую неточность в отношении Лупы и особенно в отношении Солнца. Поскольку истинная величина 19-ти юлианских лет раина не 0940 суткам цикла Метона, а составляет 6939.75 суток, то за четыре Метоновских периода (т. е. за 70 юлианских лет) 19-летний лунный цикл будет опережать Солнце на один сутки. Для того чтобы ликвидировать эту ошибку, выдающийся греческий астроном Калипп (330 г. до н. э.) предложил сократить четыре периода Метопа на одни сутки, сделав один лунный месяц в 76-летием периоде из "полного" (т. е. содержащего 30 дней) "пустым" (т. е. содержащим 29 дней). Лунно-солнечное уравнение, к которому пришел Калипп в результате своей поправки к циклу Метопа, можно сформулировать так:


70 лунных лет Калиппа = 940 лунным месяцам Калиппа = 27 759 суткам = 76 юлианским солнечным годам.

В этом своем виде цикл Калиппа не только приближал длину лунного месяца и солнечного года к своим истинным астрономическим величинам (см. табл. 1), но, что самое главное, оперировал таким отрезком времени (27 759 дней), который равно удовлетворял требованиям как лунного, так и солнечного счисления. И действительно, через каждые 76 юлианских лет фазы Луны в цикле Калиппа падали точно на те же числа Юлианского календаря. Так сплав календарно-астрономического наследия египетской и вавилонской культуры, отшлифованный школой знаменитых греческих астрономов (от Метона до Гиппарха), дал в руки никейских пасхалистов инструмент не только высокой точности, но и непревзойденного внутреннего совершенства.

§ 8. Но именно здесь для составителей христианской пасхалии возникли совершенно новые трудности. Недостаточно было ввести лунное течение в Юлианский календарь и определять возраст Луны (который греки назвали "эпакта") для любого дня года. Надо было соотнести лунный ритм с семидневной неделей и сделать это таким образом, чтобы раз и навсегда решить вопрос о датах празднования новозаветной Пасхи, связанной в свою очередь с датами Пасхи ветхозаветной. Можно без преувеличения сказать, что по своей сложности задача, стоявшая перед никейскими пасхалистами, намного превышала трудности, связанные с юлианской реформой или "поправкой Калиппа".

И для того чтобы представить себе суть и масштабы этой задачи, мы должны опять вернуться к истории. Но не просто к истории, а к той её единственной временной точке, когда согласно евангельскому повествованию Иисус Христос был предан, судим и распят на кресте. Точка эта есть 14 число первого весеннего месяца нисана. Все главные особенности средневекового христианского календаря связаны прежде всего с этой датой, на которой мы должны остановиться подробнее.

§ 9. По Евангелию от Иоанна (Ио., 18, 28). Иисус Христос был распят в пятницу 14 нисана. Эту дату поддерживают также такие древние церковные авторитеты, как Климент Александрийский (+ок. 200 г. н. э.), Апполинарий Иерапольский (конец II в. н. э.) и Ипполит Римский (+ок. 235 г. н. э.). Отсюда на первый взгляд можно заключить, что Тайная Вечеря (т. е. последняя ветхозаветная Пасха Христа) состоялась накануне, т. е. 13 нисана. Однако по свидетельству синоптиков (т. с. первых трех евангелистов) Христос совершил традиционную ветхозаветную Пасху в строго предназначенное для этого время, т. е. 14, а не 13 писана, и, следовательно, был распят не в канун праздника (14 нисана), а в самый его день, т. е. 15 нисана (Мф., 26, 17-20; Мк., 1, 12-16; Лк., 22, 7-14). Возникает как бы разногласие между евангелистами, которому не придавалось серьезного значения в древности, но это разногласие позднее сделалось центральным пунктом споров у протестантских богословов тюбингенской школы: они усматривали в этом непримиримое противоречие между синоптиками и автором Четвертого евангелия и вопреки древней церковной традиции переносили распятие Христа с 14 па 15 нисана.


Чтобы устранить кажущееся противоречие евангелистов, Н. Глубоковский выдвинул гипотезу (позднее ее поддержал и В. В. Болотов), суть которой заключалась в том, что законная иудейская Пасха в год распятия Христа была перенесена с 14 на 13 нисана. В этом случае свидетельства синоптиков действительно не противоречат свидетельству евангелиста Иоанна. Однако такая позиция требует серьезного допущения, заключающегося в том, что по каким-то совершенно неведомым нам причинам законная иудейская Пасха в год распятия Христа была перенесена на сутки назад, т. е. с 14 на 13 нисана. Без этого допущения, которое представляется весьма спорным, даже несмотря на исследование известного гебраиста Д. Хвольсопа, оправдывавшего такой перенос, согласовать синоптиков с евангелистом Иоанном действительно весьма затруднительно, если не сказать невозможно.

Но здесь мы позволим себе заметить следующее: противоречие между евангелистами возникает только в том случае, если мы полагаем само собою разумеющимся, что рубежом между 14 и 15 нисана является полночь, в чем не сомневался, по-видимому, ни один из исследователей этого вопроса. По если сутки считаются с полуночи у нас, так же как и у древних римлян, то у древних евреев они начинались на 6 часов раньше, т. с. не в 00 часов, а в 18 часов. Начало нового месяца, так же как и новых суток, было связано, как известно, с новолунием, а молодая Луна появляется вечером, после захода Солнца. Поэтому и суточный счет у древних евреев велся не с полуночи до полуночи, а с вечера до вечера, примерно с 18 до 18 часов.

Если принять во внимание этот простой факт, то ни о каком противоречии между евангелистами не может быть и речи, и не надо искать каких-то особых обстоятельств, по которым Пасха могла быть перенесена с 14 на 13 нисана. Все указанное противоречие просто снимается, поскольку в этом случае и Тайная Вечеря и распятие Христа приходятся на 14 нисана и падают на пятницу по иудейскому суточному счету. По римскому же, Юлианскому календарю Понтия Пилата, где сутки начинались в полночь, последняя Пасха Христа приходится на четверг, а распятие – на пятницу. А поскольку христианство приняло Юлианский календарь, то именно "Великий четверг" на "Страстной неделе" стал днем памятования последней ветхозаветной Пасхи Христа.

Если предательство Иуды совершилось накануне Тайной Вечери (Лк., 22, 1-6), то оно произошло, следовательно, в четверг 13 нисана по лунно-солнечному иудейскому календарю (когда Лупе было 13 дней). Это наиболее вероятная дата, и поскольку она соответствует той реальности событий, которая зафиксирована в четвероевангелии, то становится понятным, почему число "13" имеет такую скверную репутацию среди многих народов, традиционно связанных с наследием христианской культуры.

§ 10. Однако вернемся снова к дате 14 нисана и рассмотрим ее теперь с точки зрения календарно-астрономического содержания.

Авив или нисан – это первый весенний месяц в древнееврейском лунно-солнечном календаре, месяц, когда происходит в Палестине созревание самого раннего хлеба, "месяц колосьев" (Исх., 13, 14). 14 нисана – это четырнадцатое число этого месяца, когда Луна насчитывает 14 дней со дня появления своего тонкого первого серпа. Это день полнолуния, день заклания агнца и одновременно канун ветхозаветной Пасхи. Что же касается 1 нисана, то это начало древнееврейского календарного года, всегда совпадающее с новолунием. Но не следует забывать, что ни начало, ни середина месяца в лунно-солнечном календаре не есть величина постоянная, имеющая свое фиксированное место в годовом круге, подобно числам месяцев привычного нам солнечного календаря. Начало лунных месяцев в лунно-солнечном году все время колеблется в определенных пределах, согласно закономерности 19-летнего Метоновского цикла. Следовательно, меняет свою дату и середина месяца, т. е. его 14 нисана. В интересующую нас эпоху Никейского собора границы колебаний ветхозаветной Пасхи (т. е. даты ее 14 нисана) лежали (со средним допуском ±1 сутки) между 18 марта и 12 апреля в датах Юлианского календаря. Из этого следует, что практически ветхозаветная Пасха почти всегда праздновалась после весеннего равноденствия, которое в эту эпоху падало на 21 марта. Но в этом "почти всегда" и кроется одна из причин пасхальных споров доникейского периода, о которых мы скажем ниже.


Если даты 14 нисана перемещаются в солнечном календаре по законам 19-летнего цикла, то для определения этой даты в любом нужном нам году необходимо прежде всего знать ту дату 14 нисана, с которой начинается первый 19-летний цикл. В еврейском календаре начало первого лунного круга в 19-летнем цикле совпадает с началом ветхозаветной эры от "Сотворения мира", т. е. с 3761 г. до н. э. Что же касается христианских пасхалистов, то начало их лунного круга тоже приходится па первый год от "Сотворения мира", за который принимается 5508 г. до н. э. Но самое любопытное заключается в том. что в условиях практического счета от определенной выбранной даты начала этих 19-летних лунных кругов (т. е. их порядковые номера) совпадают и в еврейском календаре, и в христианской пасхалии. Так, первый год так называемого "сирийского лунного, круга", принятого за образец никейскими пасхалистами (288 г. н. э.), совпадает с первым годом "еврейского лунного круга". Эти совпадения отнюдь не случайны, как не случайна внешняя и внутренняя связь между ветхозаветной и новозаветной Пасхой.

Таким образом, установив, что начала лунных кругов в еврейской и христианской пасхалии совпадают, нам остается выяснить, совпадают ли также у них и даты 14 нисана? И вот здесь мы сталкиваемся с первыми трудностями. Сравнив значения 14 нисана еврейской и христианской Пасхи на протяжении всего 19-летнего круга, мы обнаруживаем, что под 5 и 16 номерами "сирийского лунного круга" новозаветные значения 14 нисана перенесены на месяц вперед и уже не совпадают с ветхозаветными. Эти объясняется тем, что даты 19 и 18 марта, падающие соответственно на 5 и 16 номера "еврейского лунного круга", приходятся на время до начала весеннего равноденствия. А весеннее равноденствие (21 марта для той эпохи) было для христианских пасхалистов важнейшей границей, ранее которой не могла праздноваться Пасха."

Сcылка >>


Оцените статью