Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Толерантность в циничной форме

Философия и история

11.05.2016 17:10

Евгений Гильбо

191

Почему кёльнские насильники оказались «не по зубам» германской полиции

 

Фото: Imago/ ТАСС

Первое судебное разбирательство по делу о нападениях выходцев из Северной Африки и Ближнего Востока на европейских женщин — жительниц Кёльна в первую новогоднюю ночь 2016 года фактически провалилось.

По сообщению The Guardian, пострадавшие (немки по национальности) не смогли опознать подозреваемых — 26-летнего алжирца и его 23-летнего брата, которым были предъявлены обвинения в сексуальных домогательствах и краже сотового телефона. Хотя за первую неделю после инцидента личности более 30 молодчиков были установлены немецкими полицейскими.

Прокурору ничего не оставалось, как снять обвинения в домогательствах. (Телефон одной из женщин был все же найден у обвиняемого вместе с другими мобильными). Но при этом он и его брат «убедительно» заверили суд и пострадавших в алиби, в том, что вообще не были на центральной площади Кёльна в ту новогоднюю ночь, а телефоны они «купили». Между тем на очных ставках в период до заседания девушки с большой долей уверенности утверждали, что узнали нападавшего на фотографии.

Итог — алжирцы были признаны виновными исключительно в краже, получив условный срок в 6 месяцев тюремного заключения.

В то же время было зафиксировано, что два брата незаконно въехали на территорию ФРГ (причем, заметим, вовсе не в статусе беженцев и из государства, где нет ни хаоса, ни гражданской войны, как в соседних странах Ближнего Востока). По настоятельной просьбе прокурора, оба осужденных останутся под стражей. Адвокат братьев рассказал, что мужчины даже не и не планировали подавать необходимые бумаги, а собирались позже уехать в Великобританию.

Таким образом, Германия «проглотила» совершенно несъедобный для нее как для суверенной страны результат первого рассмотрения в суде одного из многих дел о резонансных нападениях на местных женщин в праздничную ночь на 1 января 2016 года. Поначалу, напомним, муниципальные власти города (и это в демократической стране!) попытались замолчать сам факт и масштаб произошедшего, но не получилось.

При этом не может не наводить на размышления, что в одном только Кельне было подано 1170 заявлений о нападениях, в 492 из них содержались свидетельства о сексуальных домогательствах и изнасилованиях. Но, как видим, осуждены лишь те только мигранты, которых обвинили в кражах.

Обозреватель газеты Deutsche Welle Фолькер Вагенер как в воду глядел, — когда в январе написал в своем издании такие строки: «Профсоюз полицейских опасается, что до приговоров дело так и не дойдет — для эффективного расследования случившегося просто-напросто не хватает персонала. Подобный вывод явно не вписывается в изменившуюся общественную ситуацию в стране».

Известный немецкий политолог Александр Рар не мог не признать в интервью МК (11.01.16.), что «с сентября 2015 года в стране царила так называемая культура приема, приветствия, когда половина немцев с распростертыми объятиями встречали мигрантов. Жители Германии делали это, чтобы продемонстрировать, что их страна — толерантная, добрая, милосердная…» Но теперь, безоговорочно констатирует политолог, «ситуация в немецком обществе после событий в Кельне меняется».

Неадекватные ситуации действия германских властей по профилактике и пресечению подобных преступных выходок приезжих вызвали оторопь даже у сверхтолерантной бюргерской публики. В соцсетях взрыв возмущения вызвали последовавшие сразу же вслед за январскими нападениями «рекомендации» совета при мэре Кёльна Генриетты Рекер. В них, например, говорилось о том, как следует теперь оберегаться от возможных изнасилований на улицах и других общественных местах Германии. Советники кельнского градоначальники предложили женщинам держаться с незнакомцами «на расстоянии вытянутой руки». В продолжение темы тогда же, в январе с.г., один пользователь выложил в соцсети фото времен фашистской Германии, на котором изображены женщины и дети, приветствующие Гитлера поднятой рукой. Как подчеркнул автор в комментарии под снимком, совет держаться на расстоянии вытянутой руки можно воспринимать именно так. Также, на совещании, где обсуждались массовые нападения на женщин в новогоднюю ночь, фрау Рекер предложила жительницам города «изменить поведение, чтобы избежать насилия:

— И по собственной инициативе не искать сближения с посторонними людьми, с которыми нет доверительных отношений", — видимо, со знанием дела уточнила градоправитель. Также мэр дала памятную установку соотечественницам, проживающим в Кёльне, «держаться группами, не разделяться. Даже в праздничном настроении».

Германская полиция (в прямом смысле) после всех подобных мер противодействия — отдыхает.

 — Столь наглядные симптомы «толерантности без границ», которые мы видим на примере Западной Европы и которую у нас исповедуют весьма узкие круги либеральной общественности, — это проявление куда более масштабного кризиса — а именно кризиса национальной самоидентификации, — говорит российский философ и политик Виктор Аксючиц.

—  Проявлением того, что национальное самоощущение, — цивилизационнное, культурное, религиозное, — слабеет и по сути уже вообще испаряется в Европе, и стало создание «Европейского Союза», этакого надгосударственного и надкультурного образования. В США, замечу, тенденции к нивелировке национально-культурного разнообразия наблюдаются в гораздо меньших объемах, в России — еще меньше. При этом, что касается нашей страны, характерны две тенденции. Первая: либеральная российская элита, влияющая на власть и на культурную политику, насаждает толерантность; другая тенденция — возрастает национальная самоидентификации в обществе и народе. Замечательная акция «Бессмертный полк» — ярчайшее этому подтверждение. И можно надеяться, что имея столь мощное стремление к самоидентификации, культуру и традиции народа можно будет сохранить.

 — Развал судебного дела кельнских хулиганов подводит к вопросу: как может и должно государство, защищая своих граждан, реагировать на подобные проявления варварства?

 — Уже многие и в Европе и в России убедились, что под покровом толерантности, которую разделяют весьма узкие круги либеральной интеллигенции, происходит по сути национально-цивилизационный суицид.

Конечно, осознание подобной опасности должно нас мобилизовывать, и, безусловно, это положительно сказывается на патриотическом возрождении, которое идет сейчас в России. И в этом смысле наша страна более крепко стоит на ногах в сравнении с европейскими странами. Она имеет куда большую историческую перспективу, чем Западная Европа.

— Либеральные ценности, я считаю, сейчас не понимают должным образом ни на Западе, ни у нас; поэтому во многом, вследствие этой мировоззренческой неразберихи в головах, и проистекают всевозможные «кризисы толерантности», — полагает главный научный сотрудник Института экономики РАН, доктор философских наук Александр Ципко.

— Либеральные ценности — это, в принципе, христианские ценности. Надо знать историю и читать МилляЛокка, которые в своих исследованиях опирались на «золотое правило» Библии: «Не делай другому того, чего сам себе не желаешь». Поэтому, собственно, в самой либеральной идее я не вижу ничего плохого. Другое дело — когда она отрывается от морали, от совести, — тогда это не либеральная идея в первозданном виде, а непонятно что.

 — Тема наплыва в христианский либо светский социум людей необразованных, агрессивных, иного вероисповедания — будет, судя по прогнозам, все более актуализироваться в политическом контексте, причем в разных странах. А как нам поступать — кого пускать, кого не пускать?

— Сейчас, на мой взгляд, в данной плоскости общественных отношений надо быть предельно взвешенным в своих декларациях и конкретных действиях.

.Вот я сейчас работаю над статьей, в которой снова возвращаюсь к «проклятым» вопросам — откуда взялся фашизм, в чем его суть? А она заключается в том, что либеральная Европа, а потом большевики недооценивали, а зачастую и просто пренебрегали понятиями «национальные интересы», «национальное достоинство». Этой тематикой либералы не занимались, и цена такого упущения оказалась велика — в результате она и оказалась в руках Гитлера, который ее извратил в нацизм, со всеми вытекающими отсюда ужасными последствиями.

Конечно, опасен и сегодняшний либерализм, оторванный от морали, ибо он выхолащивается в нигилизм, в отрицание всего и вся. Но, с другой стороны, не надо забывать, что германский национал-социализм и наш большевизм объединяло негативное отношение к либерализму. Я хотел бы предостеречь — все эти бесконечные, ставшие популярными у нас, разговоры о Западе, которые ведутся людьми, его не знающими, крайне опасны для современной России.

Сегодня мы, к сожалению, более безграмотны и невежественны, чем в советское время. Тогда все понимали, что марксизм получил распространение в России именно с Запада, и никто не спорил также с тем, что христианство, в свое время, также пришло оттуда. Поэтому все попытки какого-то автономного конструирования «русской ценности» в отрыве ее от христианства я оцениваю как непродуктивную, потому что она все равно имеет европейское, христианское происхождение.

Сcылка >>


Оцените статью