Хазин / Экономика  62

Хазин в эфире

27.01.2020 11:00

Говорит Москва

12090  7.8 (24)  

Здравствуйте. У микрофона Михаил Хазин.

Начинаем сегодняшнюю передачу. Прежде чем начать голосование, хотел бы сказать, что в выходные дни скоропостижно умер отец Всеволод Чаплин. Ему был 51 год. Человек он был сложный, тяжёлый. Но скажем правду: он оставил очень яркий след в нашей общественной жизни. Лично мне будет его не хватать… Светлая ему память.

Переходим к голосованию. Вопрос звучит так: «Считаете ли вы, что отставка правительства и назначение нового правительства говорит о том, что Путин всё-таки думает о народе?» Ответ: «Да, Путин думает о народе» - (8)495-134-21-35; ответ: «Нет, Путин находится в связке с либералами; отставка правительства – это тактический ход» - (8)495-134-21-36; третий вариант: «Правительство? Какое правительство?» - (8)495-134-21-37.

Снятие правительства и назначение нового вызвало невероятное количество разного рода комментариев. На информационном агентстве «Аврора» дней за пять до послания я сказал о том, что это предпоследний шанс Путина; последний шанс – выйти на 9 мая на трибуну мавзолея и начать своё обращение к народу с фразы «Братья и сёстры, я обращаюсь к вам, друзья мои…» и начать вешать либералов прямо на Красной площади. Этот ролик назывался «Последний шанс Путина». Потом я дал комментарий к посланию; потом мы с Мишей Делягиным дали комментарий к отставке правительства; потом я сказал про Мишустина. В четверг было моё часовое и достаточно весёлое интервью Дмитрию Пучкову, известному под псевдонимом «Гоблин». Я много чего на эту тему комментировал, поэтому я пока это подробно затрагивать не буду. Но несколько слов о новом правительстве я скажу – более чётко и внятно. Поскольку было много комментариев, то возникло, с моей точки зрения, много ложных сигналов, которые нужно развеять.

Тут написано: «Уважаемый Михаил Леонидович, объясните, зачем Путину думать о народе».

Я другой вопрос задал: он думает или не думает? «Зачем ему думать?» Потому что он политический деятель. Политический деятель не может не думать о народе. Другой вопрос – как он думает, и какие цели и задачи перед собой ставит. Вот мы сейчас посмотрим наше голосование. 74% (три четверти) считают, что Путин о народе не думает, а правительство – чисто тактические штучки. 23% (меньше четверти) считают, что всё-таки Путин о народе думает. 3% считают, что они вообще не понимают, о чём идёт речь. Три четверти - такого отношения к Путину до пенсионной реформы не было. С моей точки зрения, люди в Администрации Президента, которые отвечали за это, уговорили Путина подписать это решение. Это было их большой ошибкой. Это и есть политическая ошибка лично Путина.

Что же произошло? Есть много иллюзий, которые я хотел бы развеять. Иллюзия первая: «Путин держал Медведева семь лет; Медведев ничего не делал; он его не увольнял - значит, Путину экономический рост не нужен». Ответ – неправильно! Путин пришёл в 2000-м году на элитный консенсус, в соответствии с которым за экономику и финансы отвечала либеральная команда, имевшая теснейшие связи с Бреттон-Вудской системой в лице МВФ, Мирового банка, ВТО и Федеральной резервной системы Соединённых Штатов Америки. Уволить этих людей означало неминуемый разрыв с мировой финансовой системой, без которой современная Россия, в отличие от СССР, существовать не могла. СССР, кстати, тоже поддерживал вполне себе рабочие отношения. Но СССР мог себе такое позволить, а сегодняшняя Россия не может. Возможности исправить эту ситуацию появились только после прихода Трампа в 2016-м году и в реальности только после того, как Трамп смог отбиться от сумасшедших атак тех же самых своих либералов – то есть международных финансистов, которые стоят за функционерами Демократической партии США.

«Медведев был смотрящим от Путина за либеральной командой». Смотрящий никогда не ставит задачу тем, за кем он смотрит. Его задача – контролировать обстановку и следить за тем, чтобы она не зашла слишком далеко. Ошибки были сделаны – Медведев проморгал негативную реакцию общества на пенсионную реформу. Отметим, что Медведев психологически не политик. В этом смысле он не отслеживает мнение народа. Это, конечно, была со стороны Медведева тоже ошибка, но она была прогнозируемой.

Поскольку задачи ставила либеральная команда, у них даже мысли не было заниматься экономическим ростом. У либералов были две задачи. Первая: с 2014 года российским ресурсом поддерживать ликвидность мировой долларовой системы. Эту задачу они выполняли блестяще – за что Набиуллина и получила свои цацки на грудь. Вторая задача: не допустить, чтобы в России появились внутренние источники роста. Либеральная команда делала всё, для того чтобы рублёвые инвестиции в основные средства (и вообще рублёвые инвестиции) были нерентабельны; чтобы было выгоднее заниматься либо операциями типа Carry Trade, либо операциями валютных спекуляций.

Обращаю ваше внимание на то, что Центральный банк последовательно меняет две свои политики в отношении рубля. Первая политика – это политика девальвации и вывоза капитала. Вторая политика – зарабатывание на операциях типа Carry Trade. В конце 2014-го – в 2015-м году это были валютные спекуляции. Потом Центробанк перешёл к политике Carry Trade и год с небольшим укреплял рубль. Что такое операции Carry Trade? Это вы берёте кредит, скажем, в иенах под 0%; конвертируете в рубли; покупаете российские ценные бумаги; через какое-то время российские ценные бумаги продаёте; переводите обратно в иены; кредит возвращаете – вся прибыль ваша (прибыль в рублях довольно высокая). Но эти операции опасны, потому что, если происходит девальвация, то процент девальвации из прибыли вычитается – очень часто она становится отрицательной. Но если у вас есть неформальные отношения с руководством Центробанка, которое вам говорит: «Берите на год наши ценные бумаги. Мы вам обещаем, что в течение года рубль будет укрепляться», то в этом случае процент укрепления рубля прибавляется к доходности ценных бумаг. Керри-трейдеры на коне. Как только основные керри-трейдеры, которые связаны с руководством Центробанка (это оценочное суждение) выходят из российских ценных бумаг, Центробанк снова переходит к политике девальвации. Кстати, недавнее заявление Грефа о том, что надо вкладываться в рубли (с учётом того, что весь 2018-й год рубль укреплялся), представляется мне спорным. Я склонен считать, что Центробанк в ближайшее время снова будет девальвировать рубль. Но это опять-таки оценка. Я совершенно не могу это гарантировать. Это общефилософское рассуждение.

Из нашего голосования следует, что, если Путин приступил к сотворению новой мировой политической реальности, которую я год назад назвал новой «Ялтой» (он об этом сказал и в послании, и в своём выступлении в Израиле недавно), то в этом случае ему нужно спокойствие внутри страны. Не может быть спокойствия внутри страны при продолжающемся семь лет спаде и при таком (как показало наше голосование) отношении к Путину. Для Путина принципиально важны две задачи. Первая. Если он играет в новую «Ялту», в которой должны принимать участие державы-победительницы финансового глобализма, то либеральные кланы должны быть убраны. Поэтому я считаю, что команде Набиуллиной в этом году придётся уйти до ноября. Вторая задача. Нужно сделать так, чтобы бюджетные деньги (в том числе нацпроекты), которые не шли в экономику, наконец дошли до людей. Это тоже корреспондируется зачисткой коррупционных либеральных кланов. Но это требует радикального изменения политики правительства. Речь не идёт об экономическом росте. Это правительство не может обеспечить экономический рост. А вот обеспечить повышение эффективности бюджетных расходов оно может. И люди должны к осени почувствовать улучшение жизни - для того чтобы переломить эту тенденцию, которую показало наше голосование (отношение общества к Путину, которое сложилось после пенсионной реформы). Будут отменят пенсионную реформу, не будут отменять пенсионную реформу – не знаю. Либералов в правительстве практически не осталось. Остался только Силуанов. Если правительство эту задачу не решит к осени, то оно ещё до конца 2020-го года будет сильно трансформировано. Если решит – то тогда можно будет, в рамках начавшейся процедуры подготовки к новой «Ялте», начать формировать тех людей, которые могут концептуально разработать политику, которая приведёт к экономическому росту – вместе с новым руководством Центробанка.

Принципиальный момент. Почему я считаю, что это правительство не может обеспечить экономический рост? По двум причинам. Первое. Семь лет непрерывного спада. Практически с ухода Маслюкова из правительства (это 1999-й год) прошло уже двадцать лет. В правительстве не осталось ни одного человека, который бы помнил эту политику. Все чиновники среднего звена (верхне-среднего и нижне-среднего) – это люди, получившие либеральное образование. Про молодёжь я вообще не говорю – это сплошная Высшая школа экономики. Они не знают, что такое экономический рост; они экономики не знают. Что такое экономика? Экономика – это понимание процессов, которые обеспечивают появление добавленной стоимости. В нашем правительстве чиновники этого не знают. Они умеют пилить бюджеты – мы это хорошо видим на примере, как они «эффективно» работали с нацпроектами. Ещё они умеют писать инструкции, из которых следует, что они ни за что не отвечают. Единственный человек в нынешнем правительстве, который понимает, как устроена экономика, - это Андрей Белоусов. Он был заведующим лабораторией в Институте народнохозяйственного прогнозирования, который был создан под разработку программы экономического развития СССР до 2000-го года. Он в этой теме разбирается. Его предшественником на посту руководителя лаборатории был мой учитель Эмиль Борисович Ершов. Поэтому я знаю, чем он занимался. Он знает экономику. Но он на протяжении многих лет сожительствовал с либералами в рамках экономической деятельности. Когда он пришёл в Администрацию Президента, было ощущение, что он с Глазьевым сможет создать крепкий фронт против либералов. Вместо этого он вполне благополучно сдружился с либералами против Глазьева. Это плохо, с моей точки зрения. Поэтому рассчитывать, что он будет делать революцию, не приходится.

Вторая причина состоит в том, что значительное количество аппарата (что аппарата правительства, что аппарата министерств) – это либералы. Они, конечно же, ни на какую войну не пойдут и не будут объяснять, что выполнять поручения Путина не нужно, а нужно выполнять указания МВФ. Но саботировать они будут очень качественно, просто безупречно. Победить их может только опытный аппаратчик, либо их всех надо вычистить и поставить новых. А это вообще годы! Белоусов не является опытным аппаратчиком. Он эту задачу решить не сможет. Я считаю, что правительство будет решать всего две задачи. Первое - это зачистка лоббистских либеральных кланов. Второе – это повышение эффективности бюджетных расходов - то есть доведение бюджетных денег до простого человека так, чтобы сломать ту тенденцию, которая была видна в нашем обсуждении, когда 74% голосовавших сказали о том, что они считают, что Путина не волнует благосостояние народа. Это картина, которая складывается на сегодня.

Институциональная структура правительства устроена так, что там много параллельных контуров принятия решений. Премьер, секретариат премьера, департаменты аппарата правительства, руководство аппарата правительства, вице-премьеры, министры со своими министерствами – они все могут влиять на окончательный формат решения. В результате невозможно принять никакого принципиального решения. Либо получается абсолютно беззубый документ, либо документ, который отвечает чьим-то интересам, потому что коррупционный механизм согласования работает. Он работает с 1998-го года, когда вице-премьер правительства Кириенко и секретариат договорились об этом механизме. Одним из главных координаторов этой деятельности был покойный Немцов – один из главных организаторов системно-коррупционных схем в нашей стране. Он не был главным бенефициаром этих схем; он был организатором. Поэтому говорить о нём, как о некоем символе свободной демократии, по меньшей мере смешно.

Для того чтобы получать результат, нужно одно из двух. Либо нужно придумать какой-то внешне относительный правительству координационный центр, который будет жесточайшим образом «строить» правительство. Есть несколько мест, где его можно сделать – это Администрация Президента, Совбез или Госсовет. Грубо говоря, при Госсовете формируется Совет по экономической реформе со своим аппаратом, который и решает, сделало правительство то, что поручено, или не сделало. Как показывает опыт, ни Контрольное управление, ни Администрация Президента в целом эту задачу решить не может. Последний раз, когда она была решена, - это был 1997-й – 1998-й год; это было Экономическое управление. Поскольку я этот аппарат создавал, я очень хорошо помню, как это всё было. Мы столкнулись с диким давлением. В конце концов, в рамках договорённостей между либеральным правительством и Администрацией Президента в лице Юмашева, Экономическое управление было фактически разогнано. Больше этот аппарат ни разу не восстанавливался. То есть либо должен быть создан такой аппарат, либо надо радикально изменить структуру правительства (то есть устранить там параллелизм). Параллелизм вводили в ЦК КПСС по банальной причине – для того чтобы не создавать управленческих монополистов, которые могут, в рамках этих монополий, злоупотреблять своим положением. При этом предполагалось, что координационный центр – это ЦК КПСС. Администрация Президента не стала ЦК КПСС; она не стала координационным центром. А вот новая конституционная реформа может такие центры сделать. Теоретически это может быть в Совбезе – там есть управление экономической безопасности; но оно этим никогда не занималось. Там надо очень сильно изменить и поставить других людей. Не в смысле, что нынешние работают плохо, а в смысле, что появятся новые задачи. Либо сделать такой центр при Совбезе. Это тоже разумно. Но это должны быть люди, которые с правительством никак не связаны и от правительства никак не зависят. Они должны внимательно смотреть, что правительство делает, и говорить: ага, вот задачи, которые нужно решить для экономического роста; вот что сделало правительство; смотрите, что написало министерство, что исправил аппарат, что написали вице-премьеры; видите, вот это и вот это вредительство; поэтому этому нужно дать выговор, этого снять с должности, этого нужно арестовать и посадить, потому что это коррупция. Это абсолютно разумная вещь. Но это должно быть не формально-юридическое описание, а содержательно-экономическое описание. Это должны делать не прокуроры. У прокуроров свои задачи – формальное нарушение законов. Это должны делать люди, которые понимают смысл экономических действий. В 1997-м – 1998-м году я таких людей в Экономическом управлении собрал. С тех пор они больше никогда и нигде вместе не собирались. Такой структуры в нашей стране не было. Если мы хотим перейти к экономическому росту (условно говоря, со следующего года), мы должны постепенно этой работой заняться. В этом правительстве задача экономического роста даже не ставится. Их задача – только повышение эффективности бюджетных расходов.

Возвращаемся в студию. У микрофона Михаил Хазин. Начинаю отвечать на вопросы слушателей.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Михаил, добрый день. Это Виктор Михайлович из Домодедова. Обо всём говорилось в послании Путина: о смене правительства, о смене судей. Но ни слова не было сказано о Центральном банке. Чем вы это объясняете?

Михаил Хазин: Ровно тем, что до него руки пока не дошли. Задачи нужно решать по мере поступления. С точки зрения Путина, ключевая задача сейчас – сломать нехорошее отношение общества к нему самому, которое сложилось в результате пенсионной реформы с лета 2018-го года.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Вы говорите, что президент через свои регуляторы должен смотреть, что сделало правительство. На самом деле он должен следить, если действительно хочет позитивных изменений не только в экономике, но и в благосостоянии наших людей. Путин сам является завсегдатаем и заводилой гайдаровских форумов, ельцинских центристов, в том числе в Екатеринбурге. Второй вопрос. О какой второй «Ялте» вы можете говорить, когда президент Трамп накидал нам гораздо больше санкций за свой неполный срок, чем его противники демократы? Не только американские, но и европейские санкции направлены против президента Путина и его окружения. Спасибо большое.

Михаил Хазин: Если мы начнём смотреть, кто устраивал санкции, то мы видим, что это как раз сделала демократическая команда – то есть тех самых либералов. Фактически правительство Силуанова и прочих либералов, вместе с Набиуллиной, через своих американских покровителей делало санкции против команды Путина. Ни один либерал (даже Кудрин, который невероятно близок к Путину, может, куда более близок, чем некоторые другие люди, которые попали под санкции) под санкции почему-то не попал – ни Набиуллина, ни Кудрин, ни Силуанов, ни Мау. Там же куча народу, которые, казалось бы, близки к Путину. Нет! Не попали. Эти либеральные санкции самому Трампу не очень нравились. Но у Трампа свои проблемы, поскольку у него тоже весь аппарат насквозь контролируется международным банковским лобби. Ему даже пытались устроить импичмент, в том числе по обвинению в том, что он не проявлял излишней лояльности к русофобскому украинскому государству.

Меня спрашивают: «Что значит либеральное образование?»

Михаил Хазин: Это образование, идеология которого определяется той самой командой международных банкиров, которая контролировала весь мир с 1991-го года. В экономике это господство economics, которое не в состоянии объяснить нынешний экономический кризис; это «зелёная экономика»; это ювенальная юстиция и прочее. Это и есть либеральное образование.

По Интернету мне пишут: «Хазин, не стыдно на покойного Немцова лить грязь?»

Михаил Хазин: Я отвечаю: о покойниках или хорошо, или правду. Я говорю правду.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Михаил, добрый день. Сергей Алексеевич. Спасибо вам за великолепный анализ. Он очень нужный и правильный. Представьте, что ваш план идеально совпадает с мнением Путина, и он делает то, что вы сказали.

Михаил Хазин: Вот в это я не верю. Я же не являюсь доверенным лицом Путина, который с ним каждый день шепчется. Я его вообще последний раз видел в июне 98-го года. Я просто анализирую ситуацию – как человек, который понимает, как это устроено.

Вопрос: Я это понимаю. Представьте, что совпало. Кто Путину разрабатывал эту схему? Кроме того, что вы сказали, вы можете дополнительно назвать признаки и действия Путина, из которых было бы чётко видно, что он всё-таки думает о народе?

Михаил Хазин: Он об этом говорит непрерывно. Первые Майские указы, второй Майский указ – больше половины послания он всё время говорит о народе. Но только он не мог пробить либеральное правительство и заставить его о народе думать. Кстати, я далеко не всё рассказал, что Путин делал. В четверг я дал интервью Дмитрию Пучкову, где мы это очень подробно рассмотрели. Там был ещё один момент. Путин пришёл на день рожденья к Тане-Вале (то есть к Тане Дьяченко и Вале Юмашеву). Они члены семейной команды, они входят в либеральную команду, как её часть. Там две базовые части – Таня-Валя и Волошин (семейная) и гайдаро-чубайсовская часть. Они в 90-е годы конфликтовали между собой, а потом благополучно спелись именно на этой либеральной почве. Он подарил ей сервиз. С точки зрения здравого смысла, если ты решил подарить что-то людям, которых народ не очень любит, - зачем это делать на камеру? А с точки зрения властной логики, это понятно. Путин сделал подарок и сказал: ребята, всё, больше я вам ничего не должен! Сразу после этого снял одного из столпов семейной группировки - Чайку.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте. У меня вопрос насчёт задач экономического роста. Пока в Конституции есть глава 1-я, статья 15-я, пункт 4-й (где мы колония), какой может быть рост, какие задачи? Причём такое несоответствие Конституции: статья 3-я, глава 1-я – мы носители суверенитета; а статья 15-я, пункт 4-й – над внутренними законами превалируют международные нормы. Какой экономический рост? Расскажите!

Михаил Хазин: Как вас зовут и откуда вы? Алло! Не хотят. Ответ очень простой. Если мы государство народа, и, соответственно, высший суверенитет у народа, то по определению внешние договора не могут доминировать над мнением народа. Отсюда следует, что народ может взять на себя некие обязательства по внешним договорам. Но при этом, если эти обязательства противоречат воле народа, то в этом случае они не исполняются. Именно так эта ситуация и интерпретируется. Кстати, одна из главных тем послания (или как говорят наши друзья либералы, месседжа) – мы теперь полностью независимое государство. Ну, не полностью – потому что Центральный банк управляется МВФ; но идём туда.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте. Меня зовут Александр, я из Москвы. Как представитель бизнеса, могу сказать, что в связи с тем, что последние двадцать лет экономика, скорее, сводилась к тому, что большая часть бизнеса участвовала в распиливании бюджета, многие компании сейчас перестали работать. Это очень большая проблема, потому что специалистов нет. Многие специалисты, которые хотели работать, уехали. Специалисты, которые остались, либо разучились, либо уже отстали от многих компаний, в том числе западных. Пока не начнут возвращать людей, пока не начнут готовить – на это нужен большой промежуток времени.         Как это сделать быстро?

Михаил Хазин: Есть разные варианты. Запад же тоже ждёт очень мощный спад – аналог наших 90-х, плюс нынешних. Весьма возможно, что года через два-три начнётся приток того народа, который уехал. Есть проблемы. Например, чем у нас занимается Сколково? Выдаёт деньги нашим стартаперам – то есть людям, которые что-то придумали. Когда эти люди что-то делают, они это продают на Запад. Получается, что вроде бы компания наша, но права принадлежат Западу. Я склонен считать, что в рамках того разделения мира на валютные зоны, право на интеллектуальную собственность будет региональное. То есть, если вы защищаете право на интеллектуальную собственность в США, оно на территории Евразийского союза действовать не будет. Это будет очень сложная тема, очень интересная. Тут возможны варианты.

Мне пишут: «Михаил Леонидович, вы работали с Белоусовым и другими членами правительства более двадцати лет назад. Как вы думаете, могли же они за двадцать лет поменяться? Например, Белоусов мог стать неплохим администратором. Путин двадцать лет назад и сегодня – это разные люди»

Михаил Хазин: Я знал научного сотрудника Белоусова. Когда мы готовили доклад для Ельцина о неизбежности дефолта, мы позвали нескольких экспертов, которые до этого в правительстве не работали, и тех, кто был в глубокой опале (например, Парамонова). Вот тогда мы вытащили Белоусова. Оттуда он и начал свой карьерный административный рост. Но он тогда был, скорее, научным сотрудником, чем чиновником. Есть люди, которые способны к аппаратной работе, и тогда они способны быстро научиться. А есть люди, которые не способны. Мой анализ работы Белоусова показывает, что он слабый аппаратчик. Я как раз оцениваю его работу последних лет, а не того человека, которого я тогда знал. Тут как раз есть сомнения в том, что он справится.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Зовут меня Геннадий, я ваш ровесник. Я москвич. Хотел вас поблагодарить за шикарное интервью с Варшавским на «Авроре». С тех пор я пребываю в размышлениях. Есть ли у вас представление о сегодняшнем погодном артефакте?

Михаил Хазин: Вы хотите узнать о погоде? Хорошо. В мире есть глобальное потепление. Это очевидный факт; никто с ним не спорит. Проблема в другом. Никто не доказал, что человек может на это повлиять. Какой-нибудь вулкан за один раз выкидывает углекислого газа больше, чем всё человечество за много лет. Земля сейчас чуть-чуть приблизилась к солнцу. Идут сложные процессы. Никто не знает, сколько углекислого газа поглощает Мировой океан. То, чем занимается Грета Тунберг, - это спекуляция в чьих-то коммерческих интересах. Когда начнётся кризис, о котором мы столько говорим, под который есть абсолютно объективные основания, то немедленно выяснится, что денег на поддержание зелёных технологий больше нет. Они все убыточные. Общеизвестно: чем выше доля зелёных технологий в регионе, тем дороже киловатт-час электроэнергии. Повышение температуры будет. Это объективная вещь.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Добрый день. Сергей Фомин, Казахстан. Вы теоретик…

Михаил Хазин: …рейганомики, когда началось кредитное стимулирование спроса. Эта модель себя исчерпала. Можно много спорить: она была хорошей, она была плохой; кому-то она была более выгодна, кому-то была менее выгодна. Но она действовала до недавнего времени. Начиная примерно с 2008-го года, её эффективность упала ниже того уровня, на котором она могла обеспечить экономический рост в мире. А пару лет тому назад она упала до такого состояния, что сколько ни печатай, а в реальный сектор вообще ничего не идёт. Все деньги, которые были напечатаны в конце прошлого года и в начале этого года, ушли на финансовые рынки, а вовсе не в реальный сектор. Нужна новая модель! Для того чтобы придумать новую модель, нужны люди, которые в этом разбираются. Их крайне мало, потому что подавляющее большинство людей за сорок с лишним лет выучены в рамках старой Бреттон-Вудской модели. Это как раз либеральное экономическое образование. Эта модель больше не работает. Нужна новая. Эту задачу придётся решать. Вы абсолютно правы: старая модель с виртуальными деньгами работать не может, потому что нет нормальной шкалы (что и как с чем сравнивать). Для того чтобы экономика реально поднималась, нужно понимать, как соотносится цена одного метра дороги с ценой хлеба. Сегодня нет ответа на этот вопрос.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. У Эмиля Борисовича Ершова не было двух-трёх аспирантов, чтобы заполнить вакансии?

Михаил Хазин: Аспиранты – это люди, которые занимаются наукой. Эмиль Борисович Ершов последние двадцать-тридцать лет был профессором Высшей школы экономики и преподавал там в основном эконометрику – то есть статистику. Я познакомился с ним в 88-м году. Я пришёл в Институт статистики и экономических исследований Госкомстата СССР, где он был директором. Когда я стал у него работать, он мне честно признался, что, когда он ещё учился на мехмате МГУ, он с моим папой играл в баскетбол. Это было давно. Его ученики могут быть хорошими специалистами в Росстате; они могут быть хорошими специалистами в Министерстве экономики. Но нужно смотреть, разбираются ли они в экономике, с точки зрения государственного управления (то есть понимают ли они, как в экономике образуется добавленная стоимость, которая обеспечивает экономический рост); есть ли у них соответствующий опыт, или их надо учить и готовить. Я, например, долго учился, прежде чем это понял; притом, что у меня было хорошее базовое образование (то есть я понимал реальные цифры), потому что я окончил кафедру теории вероятности и математической статистики; и работал в Институте статистики Госкомстата ещё при советской власти. Конечно, мы найдём людей. Но какой смысл их искать, пока не поставлена задача? Нынешнему правительству задача пока не поставлена. Это принципиально важная вещь.

Мне пишут: «Опять плановые учёты и плановая экономика – как было при социализме – снова миру требуются?»

Михаил Хазин: Вы посмотрите, как работает любая крупная корпорация – непрерывно один учёт и контроль.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте. Андрей, Москва. Вы сказали, что Путин не мог создать антилиберальное правительство, потому что мы на крючке у либерального лобби. Но даже либерал Ельцин дал порулить левому антилиберальному правительству Примакова. Второй вопрос. Михаил Делягин объяснял, что Виктор Геращенко выдерживал гораздо более патриотическую линию в своей политике, чем Набиуллина. Получается, что некая степень свободы всё равно есть даже при условии господства либерального лобби.

Михаил Хазин: Нужно понимать, что в 1998-м – 1999-м году в России был страшный кризис. По этой причине Ельцин мог себе позволить повыпендриваться, исходя из политических соображений. Господство либеральной команды на тот момент было вовсе не таким сильным. Запад её поддерживал, но там были мощные нелиберальные силы. Запад был вынужден смириться с этой ситуацией. И Геращенко, и Маслюкова Запад свалил довольно быстро. Маслюков и года не был. Геращенко убрали в 2002-м году. Либеральная пропаганда против них всё время была очень сильной. Почитайте, что про них писали. Почитайте, что писали про Глазьева, когда только мысль появилась, что он может стать председателем Центрального банка. В этом смысле давление на нас было всегда очень жёстким. Не следует упрощать ситуацию. Политические расклады всегда очень сложные.

Михаил Хазин: У нас осталось очень мало времени. Кроме радиостанции «Говорит Москва» есть ещё много каналов, по которым можно читать, что я говорю в течение недели. Я себе завёл Telegram-канал khazin; Telegram-канал radiogovoritmoskva – где мы комментируем с Делягиным. На сайте https://khazin.ru  описания семинаров, которые мы проводим. Это может быть очень актуально. Если моя гипотеза о том, что либеральные кланы будут вычищаться, будет верна, то у нас откроются лифты вертикальной мобильности. Теоретически разобраться в том, как по ним можно проскочить, будет очень интересно.

Наше время подошло к концу. У микрофона был Михаил Хазин. Благодарю за внимание. До свидания.


Оцените статью

Голосования



Как Вы считаете, справедливо ли рассматривать Послание Президента и последующую за ним отставку Правительства как начало «левого поворота»?