Самое обсуждаемое


Хазин / Экономика  45

Хазин в эфире

09.03.2020 12:00

Говорит Москва

25183  9.5 (31)  

Здравствуйте. У микрофона Михаил Хазин.

Начинаем нашу сегодняшнюю передачу. Вот когда я неделю тому назад решил, что три дня подряд спать – это неправильно, что я приду в сегодняшний праздничный день на прямой эфир, мне и в голову не приходило, что нам устроят такое шоу! Зато сегодня у нас есть замечательная возможность практически целый час потрепаться на тему шоу.  Для начала задаю народу вопрос:

То, что происходит на рынке нефти, на рынке доллара и вообще в мире, это уже начало того, что можно назвать «ужас-ужас-ужас», или всё-таки пока нет?

  • Вариант: «Это ужас-ужас-ужас» - телефон (8)495-134-21-35.
  • Второй вариант: «Не переживайте; всё ещё будет хорошо» - (8)495-134-21-36.
  • Третий вариант: «Что вы ко мне пристали – у меня праздник» - (8)495-134-21-37. 

Пока звонков мало. Звонков типа «не знаю, что произошло» всего один. Из чего я делаю вывод, что те, кто проснулся, первым делом посмотрели в компьютер. Произошло удивительное явление сочетания одновременно нескольких событий - двух кризисов (один на нефтяном рынке; другой на фондовом). Эти два кризиса никак не связаны друг с другом так сильно. Всё это наложилось на то, что на Западе рабочий день, а у нас выходной. По части курса рубля я бы волноваться вообще не стал, потому что у нас пока закрыт рынок. У нас на самом деле долларов и рублей мало. Поэтому этот курс не имеет никакого отношения ни к чему. Центробанк тут проснулся (руководство Центробанка, видимо испугалось, что в свете последних тенденций могут дать и по башке); они начали объяснять, что они не будут выкупать доллары на рынке; Минфин, по-моему, объявил, что он собирается что-то продавать. В части курса рубля к доллару и евро я бы не стал слишком сильно волноваться. Хотя, безусловно, падение нефтяных цен играет свою негативную роль. Здесь самое интересное.

На протяжении лет мы шли в фарватере американской политики по поддержке американской сланцевой промышленности. Лет восемь или десять тому назад мы разговаривали с одним высокопоставленным чиновником в Казахстане и обсуждали цену на нефть. Мы пришли к выводу, что сланцевикам никак меньше шестидесяти нельзя; их придётся проводить через банкротство; в этой отрасли будут консолидации, слияния и так далее. По этой причине мы считали, что долгосрочный тренд по нефтяным ценам будет в коридоре 60-70. Ровно так и происходило. Это объективная причина, а скачки вверх-вниз особой роли не играют.

Я останавливаю голосование. 51% считает, что это ужас-ужас-ужас. 38% считают, что обойдётся. 11% не понимают, о чём идёт речь. Звонков много – больше, чем было, когда было голосование в прошлый понедельник. Видимо, люди проснулись и занервничали.

Мы шли в фарватере американской политики по поддержке американской сланцевой промышленности, которой нужно 60 долларов за баррель; в этом случае американские сланцевики вытесняли с рынка всех за счёт политических инструментов. Это то, чем занимался Трамп – используя политические инструменты, вытеснял конкурентов с рынков продаж сланцевой нефти. Что такое политическое вытеснение? В начале 90-х в страны Восточной Европы пришли американцы и европейцы и сказали: советские самолёты Ту-154 должны быть поставлены на прикол; вы должны купить американские и европейские. В руководстве авиакомпаний бывших социалистических стран ещё стояли люди, выученные в СССР. Они говорили: это хорошие самолёты; они относительно новые. Им сказали: вы не поняли; вы теперь с нами; поэтому покупать будете у нас; а с этими самолётами делайте что хотите; продавайте их на рынке по демпинговым ценам. Такая же ситуация и тут. На серьёзных рынках решения принимаются на политическим уровне.

Мне пишут: «Вам-то что переживать? Вам только в плюс подорожание доллара. Поменяете свои миллионы долларов и будете жить в шоколаде, ни в чём себе не отказывая».

Михаил Хазин: У вас странные представления о моих доходах. Мне, мягко говоря, смешно. У меня и близко нет одного миллиона долларов, не говоря уже о миллионах. Это легенды о динозаврах – не надо их тут сочинять.

У нас шёл длительный спор на тему о том, нужно ли продолжать поддерживать сланцевую промышленность Соединённых Штатов Америки или нужно выходить из неё. Главными фронтменами этого спора были две нефтяные компании: «Роснефть» и «Лукойл». «Роснефть» говорила о том, что надо выходить из сделки ОПЕК+, потому что она нам невыгодна. «Лукойл» говорил, что, наоборот, надо в этой сделке сидеть. При этом нужно учитывать, что «Роснефть» активно развивающаяся компания, а «Лукойл» - это компания, у которой объём добычи падает, потому что она в неё не вкладывалась в последние годы. Естественно, дебит скважин уменьшался. «Лукойл» был заинтересован в том, чтобы естественное снижение добычи было компенсировано высокими ценами на нефть за счёт участия в сделке ОПЕК+. Но с точки зрения страны в целом, отдавать рынки не стоит. На эту тему столько говорилось на примере «Газпрома», что дальше и обсуждать нечего. Мы не должны отдавать рынки, тем более в условиях, когда ценообразование не в наших руках, а в руках США.

На прошлой неделе мы наконец приняли стратегическое решение выйти из американской схемы поддержки американской сланцевой промышленности. Ответ последовал незамедлительно. Саудовская Аравия, которая с давних пор находится в рамках американской модели, объявила о резком наращивании добычи и о снижении продажной цены. Я не знаю, кто кого хотел наказать. Бюджет Саудовской Аравии балансируется при цене на нефть под 80 долларов за баррель. У неё очень много резервов. В этом смысле какое-то время она может держать ситуацию, но не бесконечно. У американских сланцевиков где-то около шестидесяти (пока они не списали долги, даже больше). Я не очень понимаю, что они будут делать при таких низких ценах даже в среднесрочном интервале времени. Про долгосрочный мы даже не говорим.

Нефтяники живут в своём мире. Они забыли, что они находятся в ситуации падающих рынков, которые ждут коррекции. В результате резкого падения нефтяных цен усилилась паника на фондовом рынке. Nikkei упал на 5,5%. Какие-то азиатские биржи стали закрываться в связи со слишком сильным спадом. Закрылись торги на рынке фьючерсов на Нью-Йоркской бирже, потому что они упали слишком сильно. Есть серьёзные основания считать, что Нью-Йоркская биржа откроется и сразу закроется, в том случае, если Gap (падение в промежутке между сессиями) будет больше 7%. В этом случае торги приостанавливаются на какое-то время. В результате падения всех активов нефть упала ещё сильнее. И все начали нервничать.

У нас банки закрыты. Поэтому это всё сказалось паническим образом на курсе рубля. Никаких реальных основания для этого нет. Активы надо куда-то девать. Я думаю, что сегодня к вечеру по Москве, к началу работы Нью-Йоркской биржи (она открывается в 17:30 по московскому времени) начнётся увеличение цен на нефть, потому что активы нужно куда-то девать на фоне падающей Нью-Йоркской биржи. Биржа падает совершенно независимо – у неё коррекция. У нас произошло специфическое наложение нескольких эффектов. Я склонен считать, что картина будет следующая. К сегодняшнему вечеру цена на нефть вырастет. Сколько – сказать сложно, но будет не 31, а, скорее, за 40. Биржи упадут. Курс доллара на мировых рынках на Forex вырастет, а у нас в стране он начнёт завтра падать, потому что откроются биржи и вывалится очень много долларов. Поэтому я не склонен считать, что у нас «ужас-ужас-ужас». При этом надо очень внимательно следить за тем, что происходит.

Я на своём Telegram-канале «ХАЗИН» (@khazinlive) и на Telegram-канале радиостанции «Аврора» - мы активно следим за этой темой; мы её контролируем. На канале «Аврора» участвует Игорь Тощаков, который много лет был довольно успешным игроком на американском фондовом рынке, когда он двадцать с лишним лет жил в Лос-Анджелесе. Сейчас он вернулся в Россию. В ближайшее время на «Авроре» мы будем проводить семинар, который будет вести Игорь Тощаков. Желающие могут зайти на «Аврору», записаться и посмотреть. Эта тема очень интересная, потому что накладывается несколько кризисов. Я считаю, что большой обвал, который неизбежен, о котором написана книжка «Воспоминания о будущем…» и который описан на сайте https://khazin.ru, скорее всего, начнётся этой осенью. Всё ускоряется. Я недавно думал, что до следующей весны мы дотянем. Но могут произойти неожиданные события.

Масштаб этого кризиса, развёрнутого по всему миру, настолько велик, что под него можно списать события, которые всё равно должны произойти, которые хорошо бы свалить на объективные факторы, чтобы никого персонально за них сильно не ругать. В Евросоюзе есть страны, которым хорошо бы объявить дефолт – например, Греция или Италия. Если Греция объявит дефолт – всем наплевать. Если дефолт объявит Италия – для евро будет ой-ой-ой. Италия – третья страна в еврозоне. Есть Deutsche Bank, который висит уже много лет; все с интересом ждут – он свалится или не свалится. Под это дело объявить дефолт одно удовольствие. На фондовом рынке существует Margin call (это принудительное закрытие позиций в случаях, когда кто-то заигрался с обналичкой). Эта ситуация может создать некоторые неожиданности. Это у нас выходной, а у них начинается рабочий день. В Западной Европе два часа разница – там сейчас где-то половина десятого утра. Вот картинка, в которой мы сегодня находимся. Поэтому я рекомендую смотреть Telegram-канал «ХАЗИН» (@khazinlive) и Telegram-канал радиостанции «Аврора». Я думаю, что обвал на фондовых рынках продолжится, будет довольно сильным. Но он остановится. Смотрите картинку, которую предъявил Игорь Тощаков (там написано, что рынок упадёт до синей линии).

Несколько слов про короновирус до начала ответа на вопросы. Моя гипотеза, в которую я сильно верю, состоит в том, что эпидемия в Китае идёт на убыль; что вирус оказался не таким страшным, как мог бы быть теоретически; что его использовали, чтобы добиться некоторых политических результатов. Орегон присоединился к штатам Вашингтон и Калифорния и объявил чрезвычайную эпидемиологическую ситуацию. Я не исключаю, что демократы попытаются под это дело объявить карантин и сорвать выборы. Корреспонденты из Сан-Франциско передают, что уже три недели в главный порт западного побережья китайские корабли не заходят. Поэтому в США могут быть проблемы с ширпотребом. Не в Америке они уже начались. У меня на Telegram-канале «ХАЗИН» (@khazinlive) фотографии из Австралии, на которых пустые полки – нет туалетной бумаги. Гражданам Советского Союза, которых тыкали носом, что в СССР не было туалетной бумаги, сейчас очень смешно. Если устраивать разного рода ЧП с дефолтами стран, с тотальным обвалом, под предлогом эпидемии короновируса, то в случае, если моя гипотеза верна, что в Китае начинают постепенно сворачивать кампанию паники, нужно действовать быстро. Осталось максимум одна-две недели, а потом нужно будет демонстрировать, что тема закрыта.

Мы ждём, насколько сильно обвалятся рынки. Если они обвалятся в США до уровня 22 тысячи-23 тысячи, то это несерьёзно, неактуально – это коррекция. Это ещё не обвал. Потом они начнут расти. Если начнётся тотальный обвал, то это возможно только в том случае, если это будет поддержано очень крупными Margin call-ами, либо это означает, что будут приняты какие-то политические решения типа карантина в США, дефолта в Италии или ещё какой-нибудь крупной страны, несколько подобных историй. Мне это представляется маловероятным на сегодня. Скорее всего, это будет осенью. Мне кажется, что сейчас ничего страшного не произойдёт. Я призываю всех пока не поддаваться панике. Мне кажется, что завтра, когда откроются российские банки, курс рубля вернётся на прежний уровень. Я думаю, что уже сегодня вечером поднимутся цены на нефть, и острая паника прекратится. И мы увидим, что те 50 с лишним процентов, которые в нашем голосовании проголосовали за «ужас-ужас-ужас», окажутся неправы. Правы окажутся те 38%, которые считают, что до «ужас-ужас-ужас» пока дело не дошло.

Возвращаемся в студию. У микрофона Михаил Хазин. Давайте повторим опрос. «Считаете ли вы, что то, что происходит сегодня, - это ужас-ужас-ужас или ещё пока нет?» Вариант: «Это ужас-ужас-ужас» - телефон (8)495-134-21-35. Второй вариант: «Нет, рановато ещё» - (8)495-134-21-36. Третий вариант: «А что, сегодня что-то произошло?» - (8)495-134-21-37.  Голосование идёт. Начинаем отвечать на вопросы.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте. Святослав. 7-го марта доктор экономических наук Владимир Путин, любимый в США, странах НАТО и Хазиным…

Михаил Хазин: Путина любят в странах НАТО? Это вы ошибаетесь. Очень сильно.

Вопрос: Я не ошибаюсь. Я всё знаю точно и чётко…

Михаил Хазин: Как только я слышу, что человек знает всё чётко, у меня сразу пропадает желание с ним разговаривать. Я много чего знаю и точно знаю, что я знаю нечётко. Извините, мы с вами обсуждать не будем.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Добрый день. Меня зовут Сергей, я из Махачкалы. У меня вопрос по поводу Британии и валютных зон. Вы говорили, что одним из вариантов Великобритании является создание своей валютной зоны на базе арабского мира. Если бы Хиллари Клинтон пришла к власти в 16-м году, то этот вариант мог бы реализоваться. Тут есть противоречие. Клинтон являлась фронтменом финансистов-глобалистов, в концепцию которых не входит создание валютных зон. В какую валютную зону войдёт Израиль?

Михаил Хазин: Товарищ Сталин говорил, что есть логика намерений и логика обстоятельств. Логика обстоятельств не даёт возможности сохранить единую мировую долларовую систему. С этим ничего  нельзя сделать. Она развалится. Хиллари Клинтон может хотеть, может не хотеть – от этого ничего не меняется. Те люди в Великобритании, которые планировали ситуацию, это прекрасно понимали. Они её, скорее, хотели использовать как некий инструмент. Не получилось, потому что Хиллари Клинтон проиграла выборы. Сама по себе эта ситуация очень показательна. Нынешний Израиль, конечно, войдёт в евразийскую экономическую зону.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте. Недавно Михаил Мишустин сделал заявку - недальновидную, аполитичную и контрпродуктивную по отношению к нашей стране и тем жителям, которые живут в дотационных регионах, где дефицит бюджета более 50% - которая длится почти двадцать пять лет (как с интеграцией с Белоруссией), в Организацию экономического сотрудничества и развития. Неужели наш народ не понимает, что, несмотря на наши доходы, цены (от бензина до тарифов на ЖКХ) вырастут до уровня европейских?

Михаил Хазин: Тут есть куча тонкостей. В правительстве существуют некоторые планы и программы, которые приняты достаточно давно. Когда пришло правительство Мишустина, было принято решение о снижении прожиточного минимума, потому что якобы упали цены. У них там автоматически формула: а вот мы сейчас снизим прожиточный минимум. Такого рода историй много. Не забывайте, что весь аппарат – это либералы. А у либералов солнце встаёт в Вашингтоне. Здесь, правда, есть тонкости – в Вашингтоне сейчас Трамп. Я не исключаю, что такого рода вредительства будут ещё проявляться и проявляться. Кроме того, есть Центральный банк, где в руководстве либералы остались; в Минфине остались. Поэтому подали бумаги - они рабочим порядком прошли по аппарату; все подписали. Что с этим будет – это вопрос отдельный. Это не тот вопрос, по которому следует переживать. Например, закон о семейном насилии, который стали рекламировать по центральному телевидению, меня волнует куда больше.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Добрый день. Я в связи с патологическим желанием нашего правительства накапливать (как наш президент сказал) финансовый жирок. Но этот жирок целлюлитный. Ближайший кризис может похерить все эти валютные массы. Из истории нам известно, чего стоят эти деньги. Это же просто общественный договор. При серьёзном кризисе это всё рухнет. Не проще ли строить базовую независимую экономику?

Михаил Хазин: Мы же всё это выяснили. Мы на протяжении тридцати лет жили в логике либерального консенсуса и все стратегические действия вписывали в этот либеральный консенсус. Путин смог от него отказаться только в декабре. Он начал это делать в тот день, когда он перенёс своё послание на первый день Гайдаровского шабаша. Это был совершенно чёткий знак. Дальше пошло: смена правительства и всё остальное. В этом смысле нам необходимо много чего сделать, потому что у нас в реальности нет даже штаба, который мог бы эту нелиберальную программу реализовывать. Был такой фильм - «На Дерибасовской хорошая погода, или на Брайтон-Бич опять идут дожди»: «Кац предлагает сдаться!» Люди, которые сегодня сидят в правительстве (а Центробанком они руководят), - они все предлагают сдаться. Из этой логики исходят: мы сдаёмся, мы сдаёмся, мы сдаёмся! Вот в чём вся проблема! Их придётся менять; придётся выращивать новую элиту; придётся выращивать новых управленцев. Это длительный и тяжёлый процесс. Они сейчас будут пакостить максимальным образом. Они будут целенаправленно опускать рубль; потом опять его поднимать. Они будут пытаться на этом максимально заработать. Они прилагают титанические усилия, чтобы, не дай бог, деньги не пошли в реальный сектор. Они прилагают титанические усилия, чтобы не было импортозамещения. Они до сих пор блокируют рублёвые инвестиции в нашу экономику. Тридцать лет они рулили нашей страной. Мы всего-навсего в пятницу вышли из одной американской программы по поддержке американской сланцевой индустрии. И вот что нам устроили. Представьте себе, что это было бы сделано два года назад. Легко ругать Путина: он ничего не делал. А если бы такие истории произошли два-три года назад, ещё до прихода Трампа? Это была бы тотальная катастрофа для нашей страны. Не надо упрощать. Ситуация очень сложная.

«Михаил Леонидович, предполагаемое повышение взносов для ИП – из той же оперы, что и снижение прожиточного минимума?»

Михаил Хазин: Тут ещё не написали «повышение штрафов и так далее». Да, это всё оттуда же.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Добрый день, Михаил. Сергей Алексеевич. На ваш взгляд, будет второй пакет поправок в Конституцию до конца этого года? Если да, как их будут принимать?

Михаил Хазин: А вас это очень волнует? Вы в состоянии сейчас сказать, какие поправки вносятся в Конституцию? Меня это очень удивляет. Конституцию никто никогда не читал. Я хорошо помню, как при советской власти обсуждались поправки в Конституцию. Это проходило много месяцев. И то подавляющее большинство их не читало. На первом-втором курсе нас заставляли отвечать по билетам: какие дополнительные права предоставляет брежневская Конституция, по сравнению со сталинской? И тогда это никто не читал. Давайте смотреть правде в глаза. Мы сейчас оказались на пороге радикальных изменений в нашей стране. Голосование за Конституцию – это некоторая попытка консолидировать общество в рамках этих изменений. Именно поэтому обществу непрерывно талдычат, что Путин вор; что Путин ничего не делает. Путин за три месяца, с середины декабря, перевернул очень много чего. Уже началась прицельная стрельба по нам за это. В том числе, кстати, вышел из программы поддержки американской сланцевой отрасли. По нам началась прицельная стрельба. Зачем поддерживать это? Я не знаю, будет вторая волна изменений в Конституции, не будет. Я считаю, что наша ключевая задача – это добиться того, чтобы повысилась эффективность бюджетных расходов; чтобы были наказаны воры, которых было очень много за последние тридцать лет; чтобы наконец произошло изменение кредитно-денежной политики (для чего нужно радикально сменить руководство денежной власти – Центробанка и Минфина).

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Добрый день, Михаил Леонидович. Дмитрий из Лондона. Вы часто употребляете термин «инвестиционная валюта». Как бы должна вести себя инвестиционная валюта в этом кризисе, если бы рубль был ею? Предполагает ли то, что, если рубль становится инвестиционной валютой, наложение ограничений на конвертацию и вывоз капитала?

Михаил Хазин: Ограничения на конвертацию и на вывоз капитала – да, вне всякого сомнения. Нужно менять налоговую и валютную политику. В части налоговой политики нужно вводить оборотный налог на спекулятивные операции. Нужно ограничить вывоз капитала – чем сейчас занимаются все (и Евросоюз, и Китай). Что касается того, как бы себя повёл рубль, если бы он был инвестиционной валютой. Что такое инвестиционная валюта? Это означает, что есть источники вложения, которые приносят прибыль. Сегодня вы не можете вложить рубль в реальные активы. Инвестиции – это вложения в основной капитал. Всё остальное – это спекуляции. Сегодня рубль можно вложить только в спекулятивные операции, из которых наиболее выгодной является валютообмен (иными словами, заниматься спекуляцией с валютой). Надо, чтобы стало возможным вкладываться в реальный сектор. Эту вещь необходимо сделать. Для этого нужно радикально изменить кредитно-денежную политику.

Давайте вернёмся к результатам голосования. Результат получился прямо противоположный. В прошлый раз был 51% - «Ужас-ужас-ужас»; 38% - «Нет, это не ужас». А сейчас 51% - «Нет, не ужас»; 37% - «Ужас-ужас-ужас»; 12% не понимают, о чём идёт речь. Картинка изменилась полностью. Мои разговоры оказали некоторое воздействие на людей – что меня радует.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Геннадий, Москва. Можно предположить, что медийное отображение дела Скрипалей – это в некотором смысле объявление правил игры? Когда «космонавты» рядом с полицейскими, а кота кремировали. То есть это не про здоровье.

Михаил Хазин: Нет, это не про здоровье. История со Скрипалями, история с Литвиненко, история с малазийским Боингом – это чисто политические кампании. С короновирусом, судя по всему, тоже. Сегодня Джонсон оказался в идиотском положении. Ему надо устанавливать отношения с Путиным, а он не может это сделать, потому что многолетняя русофобская кампания в британских либеральных СМИ привела к идиотическому положению. Он же не может сказать Путину: вы отравили Скрипалей. Он знает, что Путин не имеет к этому отношения. И Путин знает, что он к этому не имеет отношения. Путин знает, что Джонсон знает. Джонсон знает, что Путин знает и так далее. Что должен делать Джонсон в этой ситуации? «Владимир Владимирович, мы тут переборщили; виновата моя предшественница». «Замечательно!» - говорит Путин – «Проведите кампанию, в которой объясняется, что это всё враньё. Объясните, кто это реально сделал. Накажите тех, кто это сделал». Вперёд! Самое главное, теперь уже всё понятно: Скрипаль занимался подготовкой фальшака против Трампа в пользу Клинтон. Все уже это вычислили. Все это знают. Ну, и чего? Сейчас, кстати, на Украине будут интересные вещи: уволили соросовского генпрокурора; не исключено, что возобновят дело «Бурисмы» и Байдена. Будет очень-очень интересно. Не исключено, что вылезет кое-что и про Скрипаля. Смешная ситуация, конечно.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Хазин. Когда Путин опустит «железный занавес»?

Михаил Хазин: Зачем опускать «железный занавес»? Объяснить вы мне не можете, поскольку я вас отключил. Это тяжёлый бред. С точки зрения реальной демократии, Путин куда больший демократ, чем большая часть рукопожатных «кривозащитников», у которых одна мечта – всех своих противников вешать на осинах и на берёзах. Слава богу, что у нас Путин, а не либералы.

Михаил Хазин: Здравствуйте. Слушаю вас.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил. Александр, Москва. У меня вопрос касательно вашего вывода о том, что после новой «Ялты» образуется несколько новых суперимперий. Мне кажется, что этот вывод не следует из того анализа, который вы провели. Я с вами в какой-то степени коллега, заканчивал Новосибирский госуниверситет, экономическую кибернетику. Мои учителя Аганбегян, Заславская. Я очень хорошо понимаю ваш анализ. Я со степенями и преподавал…

Михаил Хазин: У меня нет степеней. И что?

Вопрос: Я считаю ваш анализ практически безупречным. Но вывод о том, что после «Ялты» будут новые империи, аксиоматический. Его невозможно доказать, нельзя опровергнуть. Он не следует, как мне кажется, из этого анализа. Он на нём базируется в ценностном смысле; в смысле определённой позиции, но он не следует, потому что может быть по-всякому. Могут образоваться эти империи, а могут совсем даже и не образоваться. Развитие может продолжаться в рамках тех же государств или с небольшими модификациями.

Михаил Хазин: Сейчас нет государств. Сейчас есть единая система разделения труда. Но ресурсов на то, чтобы поддержать эту систему, больше нет.

Вопрос: Но образование новых суперимперий не даст нового ресурса. Это будет перераспределение. Мне кажется, этот вывод аксиоматический. Его невозможно доказать и невозможно опровергнуть. Это позиция, которая объявляется и имеет право на существование. Но имеет право на существование и множество других позиций, которые тоже аксиоматические.

Михаил Хазин: В чём разница между нами? Вы экономический кибернетик. Я, если говорить про образование, математик, специалист по теории динамических систем и теории вероятности. Но у меня очень большой опыт государственного управления. При принятии решения я руководствуюсь довольно большим пластом этого знания, которого у вас нет. Это не есть недостаток. Люди не могут знать всё. Я не лезу в чрезвычайно многие узко профессиональные вопросы, потому что я макроэкономист, а не микроэкономист. Как только речь заходит о конкретных отраслях, я многих вещей не знаю. Но в тех вещах, в которых я разбираюсь, я тут могу говорить с полной ответственностью. Логика распада мира на валютные зоны исходит из логики государственного управления, которая говорит о том, что ни один государственный деятель (в нашем случае Трамп) не допустит, чтобы большие территории с большим количеством людей и ресурсов остались бы без контроля. Контроль можно понимать по-разному. Но кто-то должен контролировать, чтобы там не вылезло что-то такое, с которым потом непонятно что делать. Для США, например, катастрофой стало то, что в 1949-м году в СССР сделали атомную бомбу, потому что они не могли контролировать эту бомбу. Но они довольно быстро поняли, что СССР склонен договариваться. Если распадается мир на зоны, то это происходит даже не столько по экономическим причинам, сколько по причинам управленческим. Категорически необходимо, чтобы на земле не было территорий, которые не контролировались бы теми, с кем можно договариваться. Вот почему Трамп начинает говорить про конференцию по разоружению в составе США, России и Китая. Он фактически говорит о том, с кем можно договариваться. Там ещё Индия объявится, разумеется. Как только вы начинаете учитывать и вот это обстоятельство, то всё сразу становится понятным.

На этом наше время подошло к концу. У микрофона был Михаил Хазин. Благодарю за внимание. Смотрите наши Telegram-каналы сегодня. До свидания.


Оцените статью