Хазин / Экономика  24

Хазин в эфире

18.05.2020 12:00

Говорит Москва

21783  9.8 (43)  

Здравствуйте. У микрофона Михаил Хазин.

Начинаем нашу сегодняшнюю передачу. Прежде чем сделать опрос, я хотел бы обсудить главную интригу предыдущей недели: причину невыплаты медикам. Причина эта оказалась очень интересной. Ещё в апреле правительство выпустило постановление, в соответствии с самыми первыми указаниями Президента. Согласно этому постановлению, должна была быть посекундная тарификация, потому что деньги должны были выплачиваться в соответствии с реально отработанными часами по табелю. Поэтому бухгалтеры, которые должны были перечислять деньги, оказались в идиотском положении. Если они исполнят указание Президента, то их посадят за неправильное использование бюджетных денег. А если они не выплатят, то тогда начинается скандал с Президентом, который и произошёл. Понятно, почему – Президент не опускается до бухгалтеров; а бухгалтеру совершенно не хочется садиться в тюрьму.

Мне очень интересно мнение слушателей. После этого голосования я как раз собираюсь обсудить ту реальную ситуацию, с которой столкнулось сегодня Российское государство. Поэтому я задаю вопрос: «Кто виноват, что врачи не получали свои деньги?»

Варианты:

  • «Виноват Президент» – (8)495-134-21-35;
  • «Виноват председатель правительства» – (8)495-134-21-36;
  • «Виноваты чиновники – от мелких клерков аппарата правительства до министров, которые не объяснили Президенту, что они написали в постановлении» – (8)495-134-21-37. 

Этот вопрос абсолютно принципиальный, потому что вопрос о выплате медикам – это вопрос об инвестициях. Иными словами, если Президент говорит о том, что надо выплатить медикам, а медикам не выплачивают, то это означает, что, если Президент говорит об инвестициях, то инвестиций не будет. Техника одна и та же; логика одна и та же. Очень интересно понять, в чём же на самом деле базовые причины всех этих безобразий. Это очень важная вещь, которая не имеет никакого отношения ни к экономической модели, ни к личным отношениям. Я нисколько не сомневаюсь, что те же самые губернаторы страшно хотели, чтобы деньги были выплачены, чтобы не попадать под гнев Президента. Но заставить бухгалтеров выплатить деньги, чтобы потом их можно было посадить, невозможно. Бухгалтер говорит: «На основании чего я могу выплатить деньги? Слова Президента для меня, бухгалтера, не указ. Я распоряжаюсь бюджетными деньгами. Есть чёткие протоколы распоряжения бюджетными деньгами. Я ничего сделать не могу».

Голосование у нас устроено очень интересно. У нас практически никто не ругает премьера. Я специально произнёс слово «премьер», потому что в начале этого скандала роль премьера играл Мишустин, а в конце скандала – Белоусов.

  • 10% за то, что виноват премьер;
  • 45% в пользу вины Президента (чуть-чуть больше);
  • 45% в пользу вины аппарата (чуть-чуть меньше).

Ключевой момент любой системы управления – это обратная связь. Если вы даёте команду и после этого не проверяете её исполнение, то можете быть уверены, что эта команда может быть исполнена, только если исполнитель в ней заинтересован. При этом как она будет исполнена – вас не касается. Вся суть управленческих реформ 90-х годов состояла в том, что чиновникам была предложена схема, которая их абсолютно устраивала – это схема приватизации, потому что они получали либо имущество, либо право продавать свой служебный функционал, получая крупные коррупционные потоки, либо же распределять бюджетные деньги, получая откаты. Это немножко разные механизмы. Использование всех этих трёх механизмов было только на руку чиновникам, которые приходили. Старые советские чиновники в этом старались не участвовать, потому что они понимали, что теоретически спрос может быть. При этом они ещё были опытные аппаратчики и прекрасно осознавали, что, может быть, системно за воровство никто ругать не будет, но если твой начальник или начальник твоего начальника, которого ты даже не знаешь, попадёт в опалу, то вся вертикаль под ним попадёт в опалу, и могут посадить. Истории с такими посадками мы видим. Но все резонно представляют, что это не борьба с системным явлением, а политические схватки.    Приватизационная элита, выращенная Гайдаром и Чубайсом, а потом Таней-Валей и компанией (там ключевую роль сыграл Березовский), которая с начала 90-х годов брала на работу тех людей, таким вопросом не задавалась. Основной их рефлекс – хватательный. Их отношение к безопасности – как у наших людей сегодня к коронавирусу. Если вероятность заболеть коронавирусом 5% (то есть один из двадцати), то наш человек резонно говорит: наплевать; зато у меня будет яхта в Карибском море и персональный самолёт. Отказываться от этого ради риска того, что тебя, может быть, посадят – ну, посадят; я откуплюсь и через пять лет выйду чистеньким; деньги никуда не денутся, поскольку конфискации у нас нет. В результате пришли эти люди. К концу 90-х годов они уже заполнили весь государственный аппарат на верхнем уровне; среднее звено было вычищено усилиями этих же людей в первой половине 2000-х. Чистку Министерства экономики закончили где-то к 2003-му – 2004-му году. Всё!  Больше в нашем госаппарате не осталось людей, которые бы не были адептами приватизационной модели. Ничего плохого, с точки зрения этих людей, в этой модели нет. Беда состоит в том, что они никакой другой не знают. Поэтому любое поручение Президента они рассматривают как объявление новой приватизации.

Например, объявляются майские указы. Это значит, что социальный блок получит новый объём бюджетов для приватизации - что мы и видим. Желающие могут посмотреть в Интернете, кто был лидерами социального блока в правительстве, когда были написаны майские указы, и почитайте, как они живут. Вы всё сразу поймёте. При этом они происходят из приватизационной элиты 90-х. В реальности не выполнялись никакие распоряжения Президента. Он в этом виноват? Почему он ничего не делал? Он ничего не хотел делать или он часть этой команды или ещё чего-то? На этот вопрос ответ очень простой. Он пришёл в 1999-м году как арбитр для межэлитного взаимодействия. Он вообще не имел полномочий на изменение этой модели. Именно поэтому он не стал восстанавливать разрушенную весной-летом 1998-го года систему контроля за деятельностью правительства. Он вернулся в 2012-м году и на совещании правительства, посвящённого исполнению майских указов (по-моему, это было в 2013-м году), задал вопрос руководителю аппарата правительства Славе Суркову об исполнении указов по существу. На что получил прямой ответ, что наша система не предполагает отчёта правительства перед Президентом по существу – только по формальным показателям. По формальным показателям – да, вы дали поручение что-то сделать в срок три недели; ровно через три недели вы получили ответ. Желающие могут посмотреть, как это работает. У меня на сайте https://aurora.network есть черновик анализа деятельности Экономического управления чубайсовского правительства по программе «Двенадцать самых важных дел» (это тогдашние «майские указы»). Чисто формальный ответ, в котором написано: мы ничего не делали; делать не будем; отстаньте от нас с вашими глупостями – это по существу. А формально: мы подготовились; столько-то постановлений написали и так далее.

Менять эту проблему можно только одним-единственным способом: изменив систему; причём не только систему управления, введя в неё механизм обратной связи (то есть механизм контроля – что есть, с точки зрения нынешнего правительства, что-то невообразимое). Они отчаянно боролись с Экономическим управлением в 1997-м – 1998-м годах. Доходило до того, что начальников отделов Администрации Президента, по указанию каких-то правительственных чиновников, арестовывали на дачах якобы за хулиганство или ещё за что-то. А когда он показывает удостоверение Администрации Президента, ему объясняют, что много видели таких бумажек; они сами могут такие нарисовать. Мне тогда пришлось звонить прокурору Московской области и вывозить человека из кутузки на машине прокурора района, который лично приехал и его вытащил. Это демонстрация того, как это работает. Это противодействие - чтобы не возникало никаких иллюзий.

Если вы понимаете, что дом, в котором вы живёте, разрушается, но ещё стоит, то это не повод, для того чтобы начать подрубать колонны, на которых он стоит, или его поджигать. Первый вопрос, который при этом возникает, - это вопрос о том, какой будет новый дом, в котором вы будете жить. Как строить новый дом – невозможно решать этот вопрос внутри. На строительство нового дома немедленно прибегают и соседи, которые кричат, что вы тут чего-то хотите делать; и разные регулирующие организации, роль которых играют самые разные окрестные страны – от Китая до США, Прибалтика, Украина и так далее – которые кричат: нечего строит новый дом; вам вашу клетушечку выделили – и живите в ней; а будете выпендриваться – вам будет бо-бо. По этой причине легко сказать: давайте мы этих уволим, всё заменим. Как только вы начинаете это делать, немедленно выясняется, что вы связанны колоссальным количеством тесных связей с самыми разными механизмами и структурами, и они тупо начинают вам гадить. Когда количество этих гадостей превышает некоторый порог, вся система идёт вразнос. Установить заново это невероятно сложно. Мы хорошо знаем, что было после Октябрьской революции 1917-го года. Это проблема, с которой неминуемо должен был столкнуться Путин.

Сегодня мы видим, что обстоятельства разные. Во-первых, внешние обстоятельства изменились в сторону улучшения. Я не хочу сказать, что Путин привёл Трампа. Но я хочу сказать, что он, судя по всему, понимал, что вероятность прихода Трампа достаточно велика. И он действовал так, чтобы оптимизировать этот вариант прихода Трампа. А дальше коронавирус и много разных обстоятельств. Теперь уже понятно, что независимо ни от чего систему управления придётся менять. И придётся менять кадры, потому что людей, которые понимают государственную службу исключительно как приватизацию, держать больше нельзя. Экономического роста не будет, потому что любой ресурс, который появится в системе, эти люди воспринимают как повод для приватизации.

На этой неделе будем смотреть, что происходит. Было анонсировано, что будут наказаны некоторые чиновники, которые виновны в том, что они не допустили, что медики получили свои деньги. С формальной точки зрения, картина должна быть такая: как только вышло это постановление, соответствующие чиновники в Администрации должны были написать его последствия для Президента (как я это делал, работая в Экономическом управлении). Тогда была система согласования проектов правительственных решений. Поэтому это постановление (ещё его проект) пошло бы на согласование к Президенту с сопроводительной запиской, в которой было написано: «Уважаемый Борис Николаевич! Принятие этого постановления означает, что медикам будут выплачивать деньги не за факт работы, а по секундной тарификации. Поэтому подавляющее большинство медиков получит копейки. Более того, будут проблемы, потому что бухгалтерским службам и чиновникам нужна ведомость. А ведомость подписывает главврач, который администратор, а не врач. И если ему какой-то врач не нравится, он просто вычеркнет его из этой ведомости». Этого не было сделано. Никто из чиновников не написал: министры назначены Президентом. Казалось бы, министры должны писать: «Уважаемый Владимир Владимирович! Жизнь такая сложная, что в результате принятия такого-то постановления, которое подготовило Министерство финансов, мы не сможем исполнить ваши указания потому-то, потому-то и потому-то…» То же самое они должны были написать премьеру. Ничего этого не было сделано. Соответственно, результат. Такая же ситуация будет по инвестициям. Минфин и Центробанк совершенно чётко продемонстрировали это много раз. Не будет у нас ни инвестиций, ни экономического роста, пока нынешняя приватизационная команда заседает в руководстве финансового блока. Это невозможно! На каждое поручение Президента будет написано колоссальное количество бумажек, которые сделают невозможным реализацию этого поручения. Деньги, выделенные на это, будут переведены банкам, которые будут конвертировать их в доллары. В результате чего у нас будут и неправильные скачки курса. В итоге будет падать жизненный уровень населения. Ничего другого быть не может.

Произойдёт одно из двух: либо хаотический снос системы, в связи с невозможностью жить в этой ситуации, либо он будет произведён сверху. Если он будет произведён сверху, то в стране начнётся экономический рост. Потенциал у нас примерно 7-10% экономического роста лет на двадцать – двадцать пять. Это было в конце 20-х – начале 30-х годов, когда все падали, а мы росли. Но наши предприниматели не готовы к этому. Во-первых, у них нет ресурса (у некоторых есть, но они про это не говорят). Во-вторых, им не дают дешёвых кредитов и инвестиционных денег. А могут и дать, если ситуация сверху будет меняться. Будет меняться ещё и среда, в которой они действуют.

Именно по этой причине и «Аврора», и Фонд Хазина сейчас активно начинают работу по объяснению того, что происходит. Мы начали продавать ежемесячные обзоры, на которые можно подписаться на сайте фонда https://fondmx.org. Там ещё мы будем делать отдельные лекции. Первая двухчасовая лекция будет 25-го мая, на которой я буду рассказывать про то, как будет меняться система спроса, структура отраслей и так далее – то есть как надо себя вести и куда лучше всего вкладывать. Это вполне актуальная тема в нынешней ситуации. Поэтому я призываю всех, кто понимает, что он всё равно не будет сидеть на попе ровно, в этом деле поучаствовать. С 22-го июня мы будем делать нашу вторую программу по карьерному консалтингу. Эта тема очень актуальна.

Нужно максимальным образом готовиться к тем изменениям, которые будут. Они могут быть и негативные, и, я очень рассчитываю, что будут позитивные. На этой неделе мы увидим, будут позитивные или нет. Если не готовиться, проблемы всё равно будут, потому что возможности вроде бы для вас откроются, а вы к ним будете не готовы. Это ключевая проблема современной жизни. Изменения будут радикальные. Та жизнь, в которой мы жили в конце прошлого года, невозможна; её повторения не будет.

Возвращаемся в студию. У микрофона Михаил Хазин. Я начинаю отвечать на вопросы слушателей.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Нет ли у вас ощущения, что в чиновничьей среде присутствует значительное число людей с военным образованием? Для них наибольшая доблесть – получить и доложить об исполнении приказа. Попытка обсудить приказ или видоизменить его приводит их в ступор.

Михаил Хазин: Нет, конечно. У военных приказ обычно очень чёток и однозначен. У военных ситуация простая: выплатить всем, кто работал с коронавирусом, деньги. Военные говорят: хорошо, надо выплатить. У него будет вопрос, как найти тех, кто работал; как получить нужное количество денег и так далее. А правительственный чиновник думает так: как сделать так, чтобы все деньги получить и ничего не выплатить? Все инструкции и постановления, которые они написали последние полтора-два месяца, - это постановления, направленные на то, чтобы никто ни копейки не получил. При этом из бюджета они все деньги выписывают. Это же не так происходит: поскольку у нас нет больных, нет тех, кто с ними работает, то денег не давайте. Нет! Они наверх транслируют: деньги давайте! А вниз они ничего не дают. Это как раз не военная; это приватизационная логика. «То есть чем больше нам дадут для приватизации, тем лучше. Но уж если мы что-то получили, то отдавать это каким-то людя́м– это верх идиотизма. Так они и работают.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Добрый день. Константин, Щёлково. Кажется очевидным, что России необходима конвергентная экономика. Первый успешный образец дал Ленин в виде НЭПа. Сейчас эта экономика построена в Китае. Как вы считаете?

Михаил Хазин: НЭП – это отдельная тема. Я её сейчас обсуждать не буду, потому что это требует очень большого количества времени. Китайская экономика фактически рухнула. Я уже говорил о бешеных структурных перекосах. США сейчас создают Китаю невероятные проблемы. Они изображают, что испытывают неприязнь, но в реальности под этим абсолютно объективное основание. Недавно я написал на эту тему большую статью на https://khazin.ru. Все мои тексты теоретические. Почему я говорю с небольшой иронией «теоретические»? Обычно считается, что теоретики должны писать заумно для таких же теоретиков. А я стараюсь писать для людей как можно более просто. Поэтому видные, признанные теоретики меня не любят. Если о теории можно писать просто, то почему тогда они не пишут просто? Если, как они говорят, просто писать нельзя, то я не теоретик. На сайте https://khazin.ru есть все мои тексты, в которых я описываю разные экономические проблемы современности. Тексты про Китай там есть тоже.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Доброе утро, Михаил Леонидович. Наша зависимость от МВФ – это фетиш нынешнего экономического блока или под этим стоит какая-то объективная реальность?

Михаил Хазин: Объективная реальность была. В начале 90-х мы встроились в мировую Бреттон-Вудскую долларовую модель, которой управляет МВФ как главный координатор и теоретик. Главный регулятор – это ФРС США. До недавнего времени выскочить оттуда было невозможно. Мы, из-за того, что у нас у экономической власти были либералы, оказались святее Папы Римского – поэтому исполняли все указания, даже если их можно было не соблюдать. За что неоднократно Кудрин и Набиуллина получали разные медальки на грудя́. Но поскольку сегодня эта система де-факто рухнула (скоро и де-юре рухнет), то соблюдать их вообще не нужно. Теоретически можно переходить к новой модели.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Добрый день. Как вы думаете, какую роль будет играть кооперация в ваших прогнозах в перспективе?

Михаил Хазин: Кооперация – это инструмент, который позволяет делать некоммерческую экономику. У нас в стране есть группы, которые этим активно занимаются и создают вполне себе работающие довольно крупные схемы, построенные на кооперативном законодательстве. При этом у них сложные отношения с налоговой системой. С одной стороны, налоговая понимает, что их взять не за что. Кстати, кооперативное законодательство, в отличие от любого другого, носит международный характер. Поэтому прищучивать людей за нарушение законодательства опасно, потому что это может вызвать сильное внешнее давление. Если это интересно более детально, напишите на «Аврору» или на https://khazin.ru. Я вам расскажу, где смотреть и что смотреть. Есть структура, которую возглавляет Илья Промптов из Костромы, который очень активно в этом направлении копает. Как всегда, когда есть что-то новое и интересное, одни говорят, что это жулики, которых скоро прикроют; другие говорят, это очень активно развивается. Я склонен считать, что так просто не прикроют, но, конечно же, какие-то сложности могут быть. Я думаю, что тема кооперации будет развиваться в нашей стране.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Трудовые мигранты выгодны либералам и олигархам; их будут содержать за счёт простых россиян. Правительство создало Агентство стратегических инициатив (АСИ) и направило себе же самому предложение уравнять мигрантов в правах. Набиуллина сказала о недопустимости прямых выплат россиянам, потерявшим работу из-за коронавируса. Давать деньги русским – это плохо влияет на экономику (Набиуллина говорит), а трудовым мигрантам – это хорошо. Объясните мне, пожалуйста.

Михаил Хазин: То, чем занимается Набиуллина, я даже комментировать не буду. Мы прекрасно понимаем, что это враждебная деятельность по отношению к России и к русским. Она представляет здесь абсолютно враждебную систему, называемую МВФ Бреттон-Вудской моделью. Абсолютно аналогичная ситуация в США. Приход Трампа как раз и означает, что американское население обнаружило, что де-факто Соединённые Штаты Америки оккупированы транснациональной силой – финансовым глобализмом. Только США начали бороться с этой силой; мы пока нет. С выплатами гастарбайтерам нужно разбираться, что там написано. Прямые выплаты гражданам, по требованию Президента, уже начались – что бы там ни говорила Набиуллина. И Набиуллина, и Силуанов вставляют палки в колёса точно так же, как они вставляют палки в колёса по выплатам медикам. С точки зрения либерала-прихватизатора, выдавать людям деньги – это что-то запредельное. По поводу гастарбайтеров мне сказать сложно; я соответствующие документы не читал. Но ситуация, при которой в стране есть безработные граждане, а при этом приглашаются гастарбайтеры, сама по себе абсолютно неприемлема. Но нужно учитывать, что у нас Евразийский союз, внутри которого свободное перемещение рабочей силы. В этом смысле киргизы не являются в нашей стране гастарбайтерами; они вполне законные работники. В Москве, например, в сетевых ресторанчиках подавляющее большинство работников - киргизы.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Лариса, Подмосковье. Что, Путин не видит, что эти двое – Набиуллина и этот… забыла от злости – ему вредят? Их снять нельзя? Кто они такие, что вообще невозможно от них избавиться?

Михаил Хазин: Это не люди. Это представители некой очень мощной и глобальной силы. Когда уходил Игнатьев, даже сама по себе мысль о назначении человека не из этой силы (Глазьева) вызвала такую бешеную реакцию! Это было до появления Трампа. Эту антитрамповскую кампанию, которую мы сегодня наблюдаем с середины 2016-го года, мы уже видели на примере Глазьева. Эти силы контролируют все СМИ. У нас сегодня не существует государственной пропаганды. У нас сегодня не существует патриотической пропаганды. А либеральная пропаганда, пропаганда финансового глобализма существует. И она создаёт имиджи и образы. Все смотрят на Глазьева не в соответствии с его словами, не в соответствии с его деятельностью, а в соответствии с либеральной пропагандой. Либеральная пропаганда идёт из всех СМИ, включая Первый канал, ВГТРК и так далее. На ВГТРК есть ещё какие-то возможности чего-то альтернативного. Можно любить Соловьёва, можно его не любить; кто-то говорит, что его слишком много. Я не буду сейчас это комментировать. Но он, по крайней мере, пытается дать какую-то альтернативу либеральной пропаганде. Но поскольку он один,  получается плохо. Либеральная пропаганда лезет всюду: в фотографиях нацистов на плакатах в честь Победы; в появлении Гитлера на сайте Бессмертного полка и так далее. Это результат пропаганды. Она хорошо оплачивается. Мы видим наиболее яркие пропагандистские либеральные институты. А вот альтернативной пропаганды нет. Почему? По этому поводу есть много разных мыслей и слов. Я, как человек, который занимается экономикой, с этим постоянно сталкиваюсь. Я объясняю людям, что будет происходить, уже двадцать лет. И двадцать лет мне говорят, что я маньяк. Ладно, двадцать лет назад можно было говорить, что я ничего не понимаю. В 2008-м году можно было говорить: вы там рассуждаете о том, что будет после кризиса; но этого точно быть не может. Я уже говорил про своё интервью «Комсомольской правде», которое у меня взял Женя Черных. Сегодня, когда кризис перешёл в острую форму, стало понятно, что то, о чём я говорил, оно сейчас и будет. Я же не зря предлагаю свои семинары, подписки на обзоры и так далее. ценность наших обзоров и ценность моих лекций даже не в том, что я скажу, а в том, что там не будет либеральной пропаганды. Просто посмотреть на мир без либеральной пропаганды – вы очень удивитесь. Он совсем не такой. Тот же Путин – куда он ни ткнёт пальцем, там всюду либеральная команда. Это раковая опухоль, которая проросла практически во все государства мира. Справляться с ней очень сложно. Как только вы одно щупальце чуть-чуть прижмёте, немедленно восстают все остальные, потому что у них есть единый координационный центр, который находится за пределами России. Его даже ущучить нельзя; с ним ничего нельзя сделать. Это как на Украине – любая попытка убрать какого-нибудь бандеровца немедленно кончается тем, что все соросовские стипендиаты начнут на вас наезжать. А несоросовских стипендиатов там во власти практически нет. То есть тронув одного, вы автоматически получаете войну со всеми. Нужно быть невероятным виртуозом, чтобы такую войну выиграть.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Двести миллиардов рублей выбрасывают на биржу, чтобы доллар низкий… Мужики в пивной говорят - это чтобы иностранцы ушли без потерь из рубля в свою валюту. Правильно это или нет?

Михаил Хазин: Это вопрос сложный. Чем руководствуются наши Центробанк и Минфин, контролируя биржу, я вам даже сказать не могу; у меня этой информации нет. У Глазьева она есть, потому что он до недавнего времени был членом Национального банковского совета. Сейчас он стал международным евразийским чиновником и перестал быть членом Национального банковского совета. Я могу только делать косвенные выводы. Девальвация 2014-го года была требованием МВФ. Все развивающиеся страны девальвировали свои валюты. Но в мировом рейтинге устойчивости национальных валют, по итогам 2015-го года, Россия заняла последнее место. При том, что это явно противоречит Конституции Российской Федерации, которая требует, чтобы Центробанк поддерживал устойчивость национальной валюты. Моё подозрение состоит в том, что чиновники Центрального банка находились в коррупционной связи с валютными спекулянтами и целенаправленно раскачивали валютную пару рубль-доллар, чтобы получить максимальный доход. Понятно, почему они не были наказаны – потому что наказать чиновников Центробанка можно только наказывая Набиуллину, которая представляет здесь МВФ. А в 2014-м году наказать МВФ мы ещё не могли. Сегодня это возможно. В начале этого года такая же картина. Точно так же мы занимаем последнее-предпоследнее место в рейтинге устойчивости валют. Из чего я тоже делаю вывод, что там такая же схема. Там есть закрытые внутренние процедуры и личные отношения. Если прослушать их разговоры, если проанализировать их действия, может быть, и можно. У меня такого ресурса нет. Теоретически – да, если возвращаться к национально ориентированной экономике; если восстанавливать независимость Российской Федерации, то в этом случае, конечно, с этим безобразием надо бороться.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Михаил, добрый день. Андрей, Москва. У меня вопрос по поводу экономического кризиса. Он носит больше характер политический или медицинский?

Михаил Хазин: Он носит абсолютно объективный экономический характер. Вся эпидемия коронавируса, с точки зрения развития этого кризиса, привела к одному-единственному эффекту – он чуть-чуть ускорился. Никаких дополнительных факторов не проявилось. Сказать о том, что в чём-то виноват коронавирус – смешно. Это, разумеется, не помешает всем чиновникам объяснять, что, если бы не коронавирус, всё было бы нормально. Но, к сожалению, они ни в чём не виноваты. Впрочем, как мы знаем, чиновники вообще никогда ни в чём не виноваты.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Добрый день. Меня зовут Сергей. Если всё-таки Путин снимет Набиуллину и Силуанова, что будет с Россией? Нам назначат новые санкции или начнётся гражданская война?

Михаил Хазин: Если при этом будет изменена экономическая модель и кредитно-денежная политика, в стране начнётся экономический рост. Войну нам сегодня никто не объявит, хотя шума в либеральной прессе будет очень много. Может быть, придётся часть жёлтой прессы в России прикрыть за то, что они подрывают государственную устойчивость. Что касается воплей и соплей в мировой жёлтой прессе типа Financial Times, New York Times и так далее и тому подобное – да, это будет. Как нас учил Трамп – это всё фабрика фейковых новостей. Какая нам разница! Вы будете переживать от того, что не будете читать газету Financial Times? Мне регулярно звонят какие-то журналисты и спрашивают: Михаил Леонидович, вот сегодня утром в газете «Ведомости» или в газете «КоммерсантЪ» появилось… Я говорю: не читайте по утрам жёлтую прессу, потому что с точки зрения человека, который занимается реальной экономикой, комментировать новости, которые появились в «Ведомостях» или в «КоммерсантЪ»-е – это как-то неприлично даже.

Михаил Хазин: Следующий вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, Михаил Леонидович. Юрий, Белгород. Как вы оцениваете ситуацию в Белоруссии? Это самодурство руководителя или это разумные действия?

Михаил Хазин: Я не буду сейчас комментировать ситуацию в Белоруссии. У меня нет времени разбираться в этой ситуации. Я знаю точно, что подавляющее большинство источников (как белорусских, так и российских) пишут некоторую ангажированную картину. Она может быть ангажирована в одну сторону; она может быть ангажирована в другую. США прилагают большие усилия, чтобы отколоть Белоруссию от России. Я комментировать ничего не буду. Я считаю, что Путин и Лукашенко найдут оптимальное решение тех проблем, которые у нас возникают.


Оцените статью

Голосования

Как вы считаете, насколько был бы полезен перенос столицы в один из центров Дальнего Востока или Сибири?