Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

М.Хазин Прогноз на 2005 год для России.

Наука и образование

20.03.2005 09:29  

Михаил Хазин

178

Хотя этот текст задумывался как прогноз, на самом деле он представляет имз себя некоторые размышления о текущих российских тенденциях и их самой ближайшей экстраполяции. М.Хазин Прогноз на 2005 год для России.

Я довольно долго манкировал своим обязательством написать прогноз для России – что довольно естественно. Ситуация меняется столь часто и столь сильно, что более или менее осмысленный прогноз дать трудно. Ну в самом, деле, как можно было дать прогноз по ситуации в России до встречи Путина и Буша в Братиславе? А как – до их встречи в мае в Москве? И по этой причине настоящий текст будет носить ярко выраженный субъективный характер, а его прогнозная значимость будет достаточно сильно ограничена. Но, как говориться, чем богаты, тем и рады. Кто может, пусть скажет лучше.
Начнем мы с анализа инфляционной статистики 2004 года. Данные за весь год я пока не видел, а вот сборник Госкомстата (или как он там теперь называется?) по итогам 11 месяцев смотрел. И цифры в нем примерно такие: потребительская инфляция – 11% (отдаленный американский аналог – CPI), дефлятор ВВП – около 18% (точную цифру не помню), индекс оптовых промышленных цен – около 28% (аналог США – PPI). Отметим, что разница между первой и последней почти в три раза слишком велика для того, чтобы считать ее устойчивым эффектом. Либо это локальное явление (с учетом обычной тенденции в среднесрочной перспективе – от потребительской инфляции в сторону промышленной, означающее начало стремительного роста цен), либо имеет место серьезная подтасовка данных.
Потребительская инфляция в начале года резко выросла (практически, на 2% в январе и феврале или более 20% в годовом исчислении), что, вроде бы, свидетельствует в пользу первой гипотезы. Однако за последние годы появление таких разрывов для России – дело обычное, что говорит, скорее в пользу подтасовки в сторону искусственного занижения роста потребительских цен. Но это, в конце концов, не так важно. Интересно другое: какую из приведенных цифр Госкомстат использует для оценки ВВП, уровня жизни населения, уровня зарплат, пенсий и т.д.? Если исходить из логики, то, разумеется, это должен быть дефлятор ВВП. Но не секрет, что все экономические технологии мы берем сегодня в США, а они для этого используют индекс CPI (даже еще более точно, так называемый «корневой» индекс CPI, который еще меньше).
Анализ С.Егишянца показывает, что США этот индекс активно занижают. Цели понятны – именно этот индекс используется для индексации зарплат, пенсий и прочих расходов. То, что и в России, его, похоже, серьезно занижают, косвенно свидетельствует, что именно его государство использует для демонстрации гражданам их «растущего» благосостояния. Потому что любой человек, который ходит по магазинам или (не дай Бог!) платит за квартиру, прекрасно понимает, что рост цен в прошлом году составил никак не меньше 20% - что показал и опрос на нашем сайте.
А теперь представим себе, что для приведения экономических показателей «к единым ценам», с целью устранения инфляционных искажений, используется все-таки дефлятор ВВП. Если бы индекс оптовых цен в промышленности отличался от него на доли процента, то и разговаривать было бы не о чем. Но он отличается больше чем в полтора раза (на 10%!) и в этой ситуации для промышленного производства необходимо делать оценку исходя не из усредненной (с заниженной потребительской!), а из реальной цифры промышленной инфляции. Что автоматически понижает результаты нашей промышленности как раз на эти самые 10%.

Если рост в ней по официальным данным составил за год около 7% - то это означает, что реально, промышленность упала где-то на 3% - а все остальное манипуляции с цифрами. Я специально не изучаю статистические данные более подробно – уже приведенный анализ показывает, что доверия к ним нет никакого, а посему и изучать их особо тщательно достаточно бессмысленно. Разве что находить все новые несоответствия.
Отметим только, что если в качестве дефлятора ВВП используется, по американским образцам, все-таки индекс потребительских цен, то из официальных цифр роста российской промышленности нужно вычитать уже процентов 16 – что и вовсе дает спад, выражаемый в двухзначных числах. А для того, чтобы не выглядеть «однобоким» можно добавить, что агрессивная политика налоговых служб последних лет вызвала активный уход «в тень» многих производственных предприятий – что меняет цифры реального ВВП уже в сторону некоторого увеличения, которое, однако, явно до компенсации упадка не дотягивает.
В заключение этого анализа можно отметить только одно – никакого экономического роста в стране на сегодня нет. И все либеральные экономические рецепты в очередной раз показали свою полную беспомощность.
Какие последствия из всего этого безобразия будут в уже активно идущем 2005 году?
Негативные тенденции будут продолжаться – просто потому, что никаких оснований для позитива просто нет. Почти 30% инфляция в оптовых промышленных ценах неминуемо выплеснется на потребительский рынок – что даст (уже дает!) сильный рост потребительской инфляции. В официальных цифрах его можно будет частично компенсировать за счет падения цен на недвижимость (которое началось еще в прошлом году, но масштаб которого сложно оценить, поскольку основная информация по ценам конкретных сделок находится у продавцов и посредников, заинтересованных в их росте), но покупать недвижимость сегодня может такая незначительная часть общества (причем в связи с негативом в экономике эта доля будет быстро падать), что существенного влияния это на окончательный результат не окажет. Свой вклад в рост цен внесет и монетизация льгот, и, главное, реформа ЖКХ, которая, с большой вероятностью, сделает невозможным для значительной категории населения, даже простого сохранения тех условий жизни, которые сложились в последние годы.
Я на этом сайте уже как-то писал, что при Советской власти население пусть медленно, но верно, двигалось в части условий жизни, по линии землянка – барак – коммуналка – отдельная квартира. Сейчас, под чутким руководством российских либералов, эта линия движения значительно быстрее пошла в прямо противоположном направлении.
Иными словами, если либеральная экономическая политика будет продолжена, то нас ждет исключительно дальнейшее развитие и продолжение негативных тенденций, уже оформившихся, но частично еще официально не признанных. В частности, доказывать продолжение «роста» ВВП станет труднее и, скорее всего, фальсификация статистических данных станет значительно более откровенной.

В этом месте необходимо сделать отступление. Этот текст я писал в районе 8 марта и следующие несколько абзацев (выделенные в две пустые строчки) несколько устарели.

Однако есть некоторые основания считать, что эта «либеральная вакханалия» может (хотя бы частично) приостановиться. Главным основанием здесь стал уже совершенно откровенный конфликт между председателем правительства Фрадковым и его (формальными) подчиненными Грефом, Кудриным и примкнувшему к ним Шувалову. Постоянным читателям нашего сайта не нужно объяснять, что последние представляют собой «оккупационную администрацию» «Западного» глобального проекта в России и в этом смысле подчиняются своему «гауляйтеру» (в роли которого пребывали в свое время и Гайдар, и Чубайс, и Березовский, и Волошин, а сейчас, скорее всего, подвизается Абрамович), а не какому-то там «туземному администратору» Фрадкову. Однако «правила игры» все-таки соблюдать надо, а наши «монетаристы-либералисты» отказываются соблюдать даже формальные ритуалы подчиненности, демонстративно отказываясь исполнять указания премьера.
И вот здесь очень интересно проанализировать, что же стало камнем преткновения в отношениях Грефа, Кудрина и их соратников (которых, для краткости, мы будем в дальнейшем называть ГКШ) с Фрадковым. Дело в том, что премьер, для которого повышение ВВП (так называемое «удвоение») есть прямое поручение Президента, решил хоть как-то вовлечь вывезенные за рубеж (но пока еще, правда, не прихватизированные) средства Стабилизационного фонда, для чего предложил уменьшить НДС, который достаточно негативно сказывается на эффективности инвестиций в российскую промышленность. Стабфонд при этом, естественно, будет использован как источник для компенсации выпадающих доходов бюджета.
Почему такая незначительная операция может дать эффект? Дело в том, что, начиная с 2000 года, российской экономикой рулили практически исключительно выходцы из министерства финансов (Касьянов, Кудрин, Христенко). Я пока нигде не встречал, чтобы в качестве антикризисного управляющего кто-либо использовал профессиональных бухгалтеров, но, как известно, у России свои дороги. Как следствие, экономическая целесообразность была принесена в жертву единообразию, в результате чего доходы бюджета выросли, но вот вкладывать деньги в инвестиционные процессы (напомню, что инвестиции – это увеличение основных средств, а вовсе не фондовые спекуляции, которые по неизвестным причинам называют «инвестициями» либералы-монетаристы) стало, мягко говоря, не совсем выгодно. И одним из формальных «камней преткновения» стал как раз НДС, порядок сбора которого существенно замедляет возврат инвестированных средств.
ГКШ взвились – со страниц всех СМИ грозно объявляя, что Стабилизационный фонд - это «святое» и нечего его трогать «грязными руками» с преступными целями повысить в стране экономический рост, который и так достаточен. Действительно, только что Минэкономразвития официально объявило, что рост выше «чего-то там» (отметим, что анализ, проведенный в начале этой статьи однозначно показывает, что это «чего-то там» на самом деле является не ростом, а спадом) категорически не допускается современно экономической «наукой», и в этом смысле желания Фрадкова есть, скорее всего, просто попытка унизить великих экономических «гуру» ГКШ, что есть уже просто личный «наезд».

Не исключено, однако, что дело даже более сложное. Если в начале 90-х основной задачей «оккупационной администрации» была приватизация, а потом – комбинация «ГКО – валютный коридор» (напомню – самая крупная афера, принесшая максимальные прибыли организаторам, за все время существования постсоветской России, по сравнению с которой залоговые аукционы – просто детские игры), то что сейчас? По каким параметрам ГКШ отчитываются перед Абрамовичем, за что последний держит их на столь «хлебных» местах? Есть все основания считать, что этим критерием является недопущение инвестиций в российскую промышленность. Именно за то, что потенциальные инвестиции «купируются» в Стабфонде, именно потому, что у нас гибнет авиационная промышленность, что загибается оборонка и сохраняют свои места, связанные с получением взяток в десятки, а то и сотни миллионов долларов (а кто не верит – сколько по вашему, составляют откаты от признания, или отказа, или досрочной выплаты российского долга в несколько миллиардов долларов), перечисленные персонажи.
И как в этой ситуации ГКШ должны были воспринять инициативы Фрадкова – не просто как покушение на их «экономический авторитет», а куда хуже, как попытки покуситься на их места, а следовательно, их доходы! И в этой ситуации Фрадков создает правительственную комиссию по бюджету, которую возглавляет сам, в которой единственный заместитель – бесцветный и бессмысленный Жуков, а Греф и Кудрин – только рядовые члены! Это не просто рядовые «аппаратные игры», это куда более опасная для наших либерастов вещь.
Но что может сделать такая комиссия, спросит не искушенный в подобных «играх» читатель? И будет не прав. В 1997-98 гг. понадобилось всего несколько месяцев аппаратной борьбы, чтобы полностью (и, как выяснилось, навсегда) дискредитировать образ Чубайса - политика и менеджера, в глазах Ельцина. Причем на основании абсолютно прозрачных, достоверных и проверяемых обстоятельств и фактов. Причем вся работа велась абсолютно в рамках «аппаратной этики» (и даже эстетики), мы ни разу ни опускались до личных нападок на Чубайса. И как человек, который эту аппаратную войну на практике организовывал и координировал, я могу сказать, что повторить аналогичную операцию против упомянутой публики ничего не стоит. Хотя необходимо учитывать, что ГКШ – это, конечно, не Чубайс (который, конечно, менеджер прямо скажем, хреновый, но зато политический махинатор выдающийся. И воля у него, в отличие от нынешних, имеется), но и Путин – не Ельцин.
Беда наша состояла тогда в том, что не было альтернативы. Лившиц, который, формально, претендовал на то, чтобы заменить Чубайса на посту экономического «гуру» и главного экономического чиновника страны, был слишком «мягковат» и не выдержал даже самого простого давления. Как со стороны самого Чубайса, так и со стороны Березовского, который быстро ему объяснил, кто есть who. В результате, когда дело дошло до некоторого «подведения итогов», Лившиц просто сбежал с поля боя. После чего, кстати, и мое пребывание в Кремле стало совершенно немыслимым.

Отметим, что в 1998 году, после дефолта, публичного обсуждения пагубности либеральных концепций для экономики так и не случилось, главным образом потому, что окружению Примакова-Маслюкова вполне понравились те приватизационно-коррупционные механизмы, которые в рамках реализации этой концепции были разработаны и внедрены. И в результате проиграли и Примаков, и вся Россия.
Если в такой ситуации Путин оставит все, как есть, то это будет означать публичное признание того, что он сам является частью «оккупационной администрации». После этого распад нынешней государственной машины (возможно, с распадом России в целом) будет, скорее всего, делом даже не лет, а месяцев. Вопрос в том, кому это сейчас выгодно за пределами России? Нет уверенности, что даже Абрамовичу (поскольку сейчас у него в Лондоне высокий чин «колониального гауляйтера», а после распада России кем он станет? Владельцем нескольких миллиардов крайне сомнительного происхождения?), не говоря уже о США. Да и Европе вряд ли выгодно получить у своих границ неуправляемое образование, с большим набором ядерных материалов и явно готовое к поглощению со стороны нового Халифата.

Для комментария можно только отметить, что правительство решение приняло: после совещания 12 марта Кудрин с чувством глубокого удовлетворения сообщил общественности, что никакого снижения налогов в ближайшие три года (то есть до президентских выборов) не будет. Комментарии я опускаю, каждый желающих их может сделать сам. Теоретически, на этом можно было бы и закончить, но я все-таки приведу написанное еще до 12 марта окончание текста.
А вот если Путин снимет, наконец, ГКШ, то есть шанс на разворот тенденции. Хотя, конечно, пройдет еще достаточно много времени, прежде чем на посты руководителей российской экономики придут люди, основой целью которых будет не увеличение личного капитала, а благосостояние своей страны.
Лично я, исходя из собственного печального опыта, склонен считать, что ГКШ организуют звонок Путину (из Лондона или еще откуда), после чего последний либо уволит Фрадкова, либо просто даст «отбой» его активности (зная немного самого Фрадкова, могу с уверенностью сказать, что без прямого приказа Президента он бы на такую конфронтацию не пошел). В результате все вернется «на круги своя», а медленный (но все ускоряющийся) распад российской экономики продолжится. До тех пор, пока мировой кризис и неминуемое падение цен на нефть не прекратит эти муки навсегда. Но это, скорее всего, произойдет уже за пределами текущего, 2005 года.

PS. События последних недель, которые Олег Леонов с RBC-Daily метко назвал «возвращением живых мертвецов», показывают, что все так называемые «российские политики» поняли специфику ситуации. Ну, если не поняли, то почувствовали. И немедленно выскочили на политическую арену, причем у Чубайса это получилось особенно эффектно. Приведенный выше текст объясняет эту активность, однако по моему мнению, она является преждевременной. Повторения «режима Путина» в новой редакции быть не может (зачем его тогда менять?), а никакой новой концептуальности эти деятели явно не несут, что делает употребление термина «мертвецы» оправданным. Так что будем ждать, какую именно новую концептуальность нам представят российские политики или Кремль, которому в этой ситуации же тоже нужно что-то «вякнуть».


Оцените статью