Голосования



Что вы думаете о деле Улюкаева?




Хоронить заказывали?

Хоронить заказывали?

Михаил Веллер

76876


Прогноз на 2007 год

Наука и образование

05.01.2007 15:30  

Михаил Хазин

88

Экономический прогноз на 2007 год с анализом выполнения прогноза на 2006 год. Прогноз на 2007 год

Когда-нибудь, в учебники истории (и экономики) 2006 год войдет как год «великого перелома». Из-за того, что именно в этом году явно и четко проявились те тенденции распада современного долларового мира, смены мировой финансово-экономической парадигмы, которые уже скоро пятый год обсуждаются на этом сайте. В предыдущем прогнозе (на прошедший, 2006 год) этой теме было уделено достаточно много места и, традиционно, с его разбора, мы и начнем прогноз будущий.
Ключевой акцент в нем был сделан на проблеме доллара и главном факторе, определяющим отношение к нему в мире, учетной ставке ФРС США. Общая тенденция, к остановке роста ставки, была предсказана верно, хотя момент остановки и не был точно указан. Чего нельзя сказать о причине – опасность перехода к дефляционному сценарию, угроза которого в преддверии американских выборов была особенно неприятна, описана достаточно подробно. А отказ от прекращения политики подъема ставки был, скорее всего, вызван именно ею. Хотя, есть и еще одна серьезная причина – но о ней ниже, уже собственно в прогнозе.
Описана была и тенденция снижения реально располагаемых доходов американских граждан, и сокращение темпов роста ВВП США. Собственно, если посмотреть на экономическую статистику США незашоренным взглядом, то скорее всего, мы увидим, что в 2006 году там начался экономический спад. Отметим, что употребление слова «рецессия» в этом случае не совсем верно, поскольку оно обычно используется для обозначения циклического спада, вызванного преимущественно монетарными причинами, а нынешние проблемы носят в основном структурный, не циклический характер.
Достаточно много говорилось в прогнозе и об эмиссионных механизмах поддержки спроса в США. Скорее всего, именно эти механизмы обеспечили приостановку обвала «пузыря» на рынке американской недвижимости, который явно обозначился во второй половине предыдущего года. По всей видимости, за счет эмиссии же сформировался мощный рост на фондовом рынке, который дал в конце 2006 года новые абсолютные рекорды индекса Доу-Джонса.
Отмечена и важность для развития ситуации в мировой экономике переговорного процесса между Китаем и США, хотя, естественно, в нем не мог найти отражения уникальный визит секретаря казначейства США Полсена, председателя ФРС Бернанке и еще 5 министров США в Китай, состоявшийся в самом конце года. Визит, который, по большому счету не дал для «Запада» никакого позитивного эффекта, лишь став вторым (после визита президента США Буша на саммит АСЕАН в Ханое) признанием поражения США в части контроля финансово-экономической ситуации в Юго-Восточной Азии.
Достаточно подробно была описана и проблема выборов в США, которые оказали очень серьезное влияние на процесс принятия решений в Вашингтоне и Нью-Йорке.
Если говорить о недостатках прогноза, то в нем фактически не нашлось места таким важным, чтобы не сказать основополагающим, событиям, как введение расчетной единицы Азиатского банка развития – ACU и череды объявлений о создании зон свободной торговли – в странах АСЕАН, Индии-Бразилии-ЮАР, активизация соответствующих процессов среди стран Латинской Америки, которые возглавляют новые, «левые» лидеры, во главе с Уго Чавесом и Эва Моралесом.

Отдельно нужно несколько слов сказать о том, что о необходимости создания зоны свободной торговли объявила и Европа: перед саммитом ЕС в конце года о необходимости такого шага объявила канцлер Германии, причем по ее мнению в эту зону должны входить ЕС, США и Канада. С точки зрения текущей ситуации это выглядит бредом – у «Западного» глобального проекта есть ВТО, а создание более локальных зон – это разрушение и ВТО, и всей современной системы международной торговли, основанной на долларе США. Такое заявление можно рассматривать исключительно как признание невозможности сохранения текущего положения дел – а значит речь фактически идет о консолидации «Западного» глобального проекта в ситуации резкого усиления внешних угроз. Угроз, о самом факте существования которых после 1991 года как-то стали забывать... Разумеется, эту фразу Меркель можно воспринимать и как оговорку, и как случайность, однако что-то не верится...
И хотя о валютных зонах, на которые должна распасться пока единая долларовая зона, на сайте писалось много, такой серьезный сдвиг в направлении их создания не был отмечен. Кроме того, несмотря на то, что неоднократно обсуждались границы новых валютных зон, в том числе, войдет ли Япония в зону доллара, прогноз не предполагал, что этот вопрос, фактически, окажется решенным уже в 2006 году. Учредителями Азиатского банка развития являются и Япония, и Китай, и введение ACU фактически означает, что Япония сделала стратегический выбор не в пользу доллара. Иными словами, США и весь «Западный» глобальный проект понесли самое тяжелое поражение со времен распада мировой системы социализма – и в прогнозе об этом не было ни слова.
С учетом того, что значительная часть прогноза была посвящена вариантам искусственного стимулирования кризиса, это означает, что год назад я серьезно недооценил готовность главных игроков мировой экономики (национальных элит, в первую очередь) изменить сложившийся баланс сил и, соответственно, переоценил волевые возможности элиты «Западного» глобального проекта. Последняя оказалась явно не готова к решительным действиям, даже несмотря на то, что объективное развитие ситуации ставит под серьезную угрозу ее ведущие позиции в мире. Что касается элит национальных, то они достаточно уверенно «нащупали» идею «валютных зон» и начали активную работу по направлению их развития.
Таким образом, анализ прогноза показал, что, в общем, тенденции в мировой экономике были предугаданы достаточно адекватно, а вот их относительные «веса» и скорость развития – не совсем. Более точно, недооценена оказалась объективная составляющая кризисных процессов и, соответственно, переоценена субъективная . С учетом этих ошибок, мы и приступаем к прогнозу на начавшийся год.
Главным итогом прошедшего года стало то, что перешли из латентной стадии в явную процессы образования валютных зон – то есть, иными словами, тенденция к отказу от доллара, которая до сих пор носила чисто негативный характер, приобрела конструктивный оттенок. Как было написано в прогнозе на 2006 год, от доллара избавлялись не потому, что было понятно,

к чему стремиться, какую новую модель создавать, а из-за явных издержек по его использованию и страха еще больших убытков. Именно по этой причине повышение ставки в США могло существенно замедлить, а то и (на ограниченное время, правда) повернуть вспять негативные для доллара изменения в мировой экономике.
Именно отсутствие конструктивной составляющей в процессе отказа от доллара позволяло элите «Западного» проекта и руководству США балансировать на все более тонкой грани между усилением и ослаблением доллара. Фактически, всем участникам мировой финансовой системы неявным (а на закрытых совещаниях мировой финансовой элиты может быть и явным) образом говорилось о том, что не стоит так уж сильно выводить финансовые потоки из доллара. Поскольку издержки от распада единой финансовой системы на его основе могут существенно превысить потери от его колебания и снижения, от которых, собственно, и страхуются участники мирового торгового процесса. К тому же, не исключено даже, что со стороны некоторых стран угрозы «выхода из доллара» приобретали явные оттенки шантажа.
Но «парад торговых суверенитетов», сопровождающийся явным фиаско Дохийского раунда ВТО показал, что основные участники международных рынков открыли для себя тот же механизм, за счет которого совершал свою экспансию «Западный» глобальный проект. Имея за спиной неограниченный финансовый ресурс собственного центрального банка действительно можно добиться серьезных результатов – что и показали события XIX-XX века. Но только в том случае, если этот банк – единственный. А если в ответ на попытку экспансии конкурентов мы начинаем использовать ресурсы собственного центрального банка – то начинают «играть» совсем другие эффекты.
И в результате главный фактор, стимулирующий руководство ФРС повышать учетную ставку в США в 2005-2006 годах, работать перестает. Увеличивать ставку ради повышения доходности номинированных в долларах ценных бумаг, то есть, на самом деле, ради повышения привлекательности доллара, становится просто бессмысленно: таким способом «перебить» эмиссионные возможности центральных банков, пусть и регионального по сравнению в ФРС масштаба, просто невозможно! Правда, возникает естественный вопрос: а куда сегодня девается эмиссия ФРС, почему нельзя ее использовать для повышения конкурентоспособности тех финансовых институтов, которые предпочитают работать с долларом? А она практически полностью идет на поддержание совокупного спроса в США, причем по кредитному механизму: рост общего долга субъектов американской экономики составляет около 10% в год и уже достиг почти 50 триллионов долларов. Прирост этого долга – 5 триллионов в год – увеличивает совокупные активы американской финансовой системы, но он требует постоянного увеличения денежной массы для обслуживания своего оборота. Отметим, что рост мирового ВВП, равного примерно 60 триллионам долларов (по паритету покупательной способности), не превышает 4% или, соответственно 2.5 триллионов $ в год.

Остановить эту «вакханалию роста» совершенно невозможно – рухнет и американская экономика (80% ВВП которой формируется за счет потребительского спроса) и финансовая система США – в условиях массовых банкротств. Впрочем, это уже дефляционный сценарий, подробно описанный в предыдущем прогнозе.
Второй аргумент в пользу повышения ставки – быстрый переход к дефляционному сценарию как инструмент той или иной политической силы. Но в 2007 году он также работать не будет – поскольку итоги выборов сделали совершенно непредсказуемым, на какую из партий в конце концов «свалится» ответственность за происходящие неприятности и, соответственно, кто сможет нажить на нем политические дивиденды. Да и вообще, риск самой политической системы в этом случае становится настолько запредельным, что вряд ли найдутся желающие экспериментировать.
Таким образом, единственным реальным аргументом для повышения учетной ставки остается инфляционное давление. Впрочем, и он является достаточно спорным, поскольку как выяснилось за прошедший год, доходности казначейских облигаций перестали реагировать на повышение ставки. Разумеется, вашингтонские поклонники монетаризма могут еще пару раз проверить, как специфически монетарные инструменты работают в условиях структурного кризиса, однако в этом случае они уже явно будут напоминать героев старого анекдота: «Только бледнолицая собака может дважды наступить на одни и те же грабли».
Впрочем, и удержаться будет почти невозможно. Приведенные выше цифры роста американского долга и еще более серьезные цифры роста деривативов (рынок FOREX, например, растет со скоростью порядка 30% в год) и сопровождающий их рост долларовой ликвидности неминуемо ускорят инфляционные процессы. Это вызовет рост напряженности в обществе (как в политической его части, так и в целом), не ответить на который будет совершенно невозможно. А ответить, в рамках «монетарно-либерального образа мысли» можно только одним способом – в очередной раз поднять ставку.
Таким образом, в наступившем, 2007 году, существенного подъема ставки не будет. Может быть, один-два раза, исключительно как ответ на резкий рост инфляционных процессов. Которые будут ускоряться как в связи с ростом эмиссии, так и из-за «вымывания» доллара с мировых рынков. Как следствие, рост цен на сырьевые товары продолжится, однако покупательная способность доллара будет падать, причем все больше и больше, и в этом смысле нет уверенности, что продавцы природных ресурсов увеличат свои доходы в реальном выражении. При этом процессы образования зон, «свободных» от доллара, будут существенно ускоряться, следующими, за Юго-Восточной Азией, будут Латинская Америка и Ближний Восток (после ухода США из Ирака и Афганистана). Впрочем, оценить скорость этих процессов достаточно сложно, поскольку США будут уходить из Ирака мучительно и долго.
Эти процессы будут стимулироваться в связи с состоянием самого доллара, который немножко вырастет относительно других валют в начале года, но затем начнет уверенное падение, что еще более увеличит дефицит внешнеторгового баланса в США и ускорит процессы эмиссии.

Серьезные проблемы начнутся, точнее, глубже проявятся, в Европе. Конец года совпал с большим праздником для Евросоюза – вхождением в него еще двух государств, однако когда будет следующий такой праздник и будет ли он вообще, серьезный вопрос. Европа встала перед серьезнейшим системным кризисом, и именно в 2007 году станет окончательно ясно, что избегать кардинальных решений больше невозможно. Отказ Германии и Франции от российских предложений по Штокмановскому месторождению многими комментаторами воспринимался как окончательный выбор курса на «западную» солидарность, особенно с учетом упомянутого в начале этого текста объявления о фактической «консолидации» «Западного» глобального проекта. Однако, скорее всего, это предложение будет не последним, а первым в большой череде аналогичных «искусов», направленных на раскол ЕС и, по всей видимости, в конце концов, один из них сыграет свою роль, хотя, скорее всего, и не в 2007 году.
Связано это с тем, что единственной идеей, объединяющей ЕС в последние годы, являлось стремление к «евроинтеграции». С принятием Болгарии и Румынии этот процесс остановился, а что дальше? Одним из главных экономических источников существования ЕС является перераспределение долларового эмиссионного дохода, в рамках «западной» системы мирового разделения труда. Эта система разрушается, а альтернатива – перевод евро в эмиссионную валюту, то есть отказ от «Пакта стабильности». Это не просто замена «шила» на «мыло», ФРС на ЕЦБ. Это радикальное изменение всей модели управления Евросоюзом, поскольку формально большинство голосов в системе управления ЕС принадлежит малым и средним странам. Сейчас это компенсируется распределением донорских средств, которые приходят именно от экономических лидеров, что и позволяет им контролировать политическую систему ЕС. Но если главным источником поддержки спроса станет ЕЦБ, то ситуация в рамках системы управления может принципиально измениться. Будут ли готовы лидеры ЕС передавать малым странам значительно большую долю контролируемого ими ресурса, причем в условиях падения жизненного уровня своего собственного населения? Это очень большой вопрос. Во всяком случае, для его решения потребуется радикальная идеологическая перестройка всей европейской элиты, которой пока не наблюдается даже в проекте. А элита Германии и Франции соревнуется в демонстрации «западной» солидарности, экономического смысла в которой нет вовсе.
Но это – тенденции. А серьезных острых потрясений 2007 год Европе принести не должен. Противоречия по линии «старая» - «новая» Европа будут нарастать по мере ослабления доллара и, соответственно, уменьшения того ресурса, который можно перераспределять в рамках ЕС. Франция, Германия и Великобритания будут активно создавать механизмы «консолидации» «Западного» проекта, которые экономически означают создание единой валютной зоны, о которой говорила Меркель. Ощутимого эффекта это не даст – но зато отвлечет организационные и интеллектуальные ресурсы от разработки реальных путей выхода из фактической ситуации.

Китай будет спокойно наращивать ресурсы в рамках продолжения текущих тенденций и готовить выход юаня на международные рынки (переход к его полной конвертации). Нет уверенности, что этот выход реально произойдет, но тут имеет место тот самый случай, когда угроза сильнее ее реализации. Уже сейчас такой выход позволит Китаю взять под контроль половину мировых финансовых рынков – но почти автоматически разрушит долларовую финансовую систему. Китаю это не нужно – так что под угрозой реализации своих планов он может исключительно «мирным» способом добиваться всех необходимых ему целей. Тем более, что США сами опрометчиво толкают его на этот путь, требуя ревальвации юаня.
В Латинской Америке процессы консолидации, вплоть до обнародования планов создания своей валютной зоны, будут продолжаться. Оформятся ли они окончательно в начавшемся году – вопрос, но именно в этом регионе будут наиболее сильны тенденции возрождения «Красного» глобального проекта, то есть государственного контроля над ссудным процентом, что особенно интересно.
Отдельно нужно сказать несколько слов о Ближнем Востоке. Конфликт между шиитами и суннитами там будет продолжаться, и не только потому, что США его активно стимулируют, но и из-за объективных причин. Дело в том, что уже неизбежный уход США из Ирака и Афганистана невероятно усиливает Иран, который на сегодня, за счет персидской, или, если угодно, арийской, традиции, является единственной из мусульманских стран индустриальной державой. Это означает, что по мере распада долларовой системы, он станет все более и более привлекательным для мелких исламских, и даже арабских стран, доходы которых начнут падать. В свою очередь, страны с суннитской элитой потеряли возможность создать свою валютную зону, на базе так называемого «золотого динара», поскольку их основные экономические лидеры, Малайзия и Индонезия, попали в зону китайского влияния. В такой ситуации им будет очень трудно сопротивляться иранскому влиянию, особенно с учетом существенной части шиитского населения в некоторых из них. Гражданская война в Ираке, раздуваемая американцами, конечно, несколько замедлит процесс усиления Ирана, но только отчасти.
Очень интересны в этом смысле процессы в Израиле, элиты которой явно решили полностью «зачистить» политическую верхушку страны. Это, в общем, рациональное решение, однако пока совершенно непонятно, кто именно контролирует этот процесс – элита «Западного» или «Еврейского» глобальных проектов. Соответственно, неясно, какой стратегический путь выдерет себе «новый» Израиль и ответ на этот вопрос станет очень важным моментом 2007 года.
Международные финансовые организации и объединения (такие, например, как G20) попытаются решить две основные задачи. Во-первых, они будут стабилизировать международное долларовое обращения путем создания механизмов «более справедливого» распределения эмиссионных денег. Фактически, речь пойдет об искусственном выправлении структурных перекосов, создании некоторого отдаленного аналога Госплана СССР. Особенно активно в этом направлении будут действовать проектные институты «Западного» глобального проекта (МВФ, Мировой банк), но именно по этой причине их эффективность и, следовательно, авторитет будет падать. Да и никакого реального результата в этом направлении не будет...

А вот второй задачей станет отработка технологий будущего взаимодействия валютных зон. Пока – очень предварительное. Вот здесь было бы очень интересно поучаствовать, тем более, что Россия в формате G20 имеет право голоса. К сожалению, пока этот голос просто тупо присоединяется к голосу Вашингтона, поскольку Россию в этом формате представляет явный представитель «западной» «пятой колонны» Кудрин.
Для России наиглавнейшим вопросом является ее место в будущем распределении мира на валютные зоны. В зону евро нас не возьмут, в зоне юаня делать нечего. Интересно было бы пообсуждать эту тему с Индией и Ираном (с Сирией), да и суннитские страны не стоит сбрасывать со счетов. Но для этого Россия должна продемонстрировать свой собственный потенциал в рамках объединительных процессов. Именно собственный, а не навязанный Вашингтоном, который до сих пор полностью контролирует как денежную, кредитную и финансовую политику России, так и ее денежные власти в лице известных либерал-реформаторов Кудрина, Игнатьева, Улюкаева, и так далее. И главным вопросом, который категорически необходимо решить на этом пути – это вопрос с Союзным государством с Белоруссией. Если не получится здесь – то не получится нигде. А если получится, то можно будет уже на полном серьезе рассматривать вопрос и Украины, и Молдавии – поскольку деваться им, с учетом общемировых тенденций, будет, прямо скажем, больше некуда. Ну а там наш геополитический ресурс серьезно вырастет и масштаб решаемых задач можно будет серьезно увеличить.
И в этом смысле кризис Российско-Белорусских отношений очень полезен. Неэффективность «старого» формата отношений была уже очевидна, а переход к новым формам был возможен только после серьезного обострения. Будем надеяться, что оно приведет к конструктивным результатам – поскольку это, по большому счету, главная геоэкономическая задача России на сегодняшний день. И если она не будет решена в начавшемся году – то шансы России на сколько-нибудь достойное место в мировой экономике XXI века весьма незначительны. А шансы нынешней российской элиты на сохранение своего положения – практически ничтожны.
В заключение можно отметить, что никаких революционных событий в начавшемся году, скорее всего, не будет. Многие эффекты предыдущего года существенно усилятся, процесс распада долларового мира ускорится, однако в острую стадию кризис, скорее всего, пока не перейдет.

М.Хазин, 1-5 января 2007 года.


Оцените статью