Критические заметки по проблеме саморегуляции «рыночной экономики»   64

Экономика

11.10.2017 15:35  7.9 (45)

Алексей Григорьев

4602

Критические заметки по проблеме саморегуляции «рыночной экономики»

 

Весной 2014 года мне довелось присутствовать на одной Конференции по политэкономии. И вот там на одном из круглых столов, в котором я принял участие, я решил выяснить, известно ли научной общественности то, что я наконец-то понял, а именно, что «закон спроса и предложения» или знаменитый «крест Маршалла» является большим заблуждением, что одобряемая всеми либеральными экономистами картинка лишена всякого смысла. Я считал это очень важным, поскольку именно эта идея стала базовой для адептов рыночной экономики. Мне тогда сообщили, что это уже давно всем известно. По этой причине я не стал заканчивать уже практически готовую статью по данному вопросу и её где-то публиковать. Ну, раз все знают, зачем сотрясать воздух. Хотя некоторые сомнения у меня всё-таки были, поскольку лично я ни одной статьи с убедительной критикой «закона спроса и предложения» не встречал. И вот прошло почти четыре года, но серьёзных статей по данной теме я так и не увидел. Поэтому не смотря ни на что я решил всё-таки написать свою собственную статью и кратко изложить свои соображения по данному вопросу.

Прежде чем приступить непосредственно к изложению темы, мне хотелось бы сказать несколько слов о том, как и почему я вышел на эту проблему. Как-то очень давно, ещё в школе, я пришел к, возможно, спорному убеждению, что главное понять, а не запомнить. Должен признаться, что такая моя позиция стала причиной ряда проблем при сдаче экзаменов как в школе, так и в ВУЗе. Вместе с тем она оказалась безусловно полезной в моих дальнейших исследованиях при создании Новой политэкономии. Следуя своему убеждению, я критически оценивал буквально всё. Для меня было важнее не запомнить объяснения и трактовки, данные другими, а самому понять суть всякой возникшей проблемы и самому сформулировать её решение. Таким образом, мне пришлось переосмыслить довольно большое число различных понятий и частных теорий. В ряде случаев моё понимание совпадало с тем, что уже было кем-то высказано, но были случаи, когда моё понимание расходилось с тем, что было общепринято, иногда значительно. Так получилось и с известным всем «законом спроса и предложения».

Читая о представлениях прошлого мы сегодня видим много ошибок и даже несуразностей, которые тогда допускались. При этом нельзя сказать, что в рассуждениях наших предков не было никакой логики. Она безусловно была. Так, например, в представлении о плоской Земле, покоящейся на черепахе, тоже есть своя логика. Почему на черепахе? А на чём же ещё? Ведь вокруг вода. И действительно в какую бы сторону человек ни пошел, он в конце концов придет на берег океана. А почему плоская, так если Земля круглая вся вода утечет. В принципе логично. Безусловно, современному человеку очень сложно, а то и невозможно, понять ход мысли людей прошлого. Откуда у них бралась такая логика? Вот такой же невероятной представляется мне сегодня логика экономистов, открывших «закон спроса и предложения» и окончательно сформулированный Альфредом Маршаллом в 1890 году, т.е. 127 лет назад. Я не хочу сказать, что в этом законе нет ни доли истины. В его основе лежит как раз вполне реальный (но не абсолютный) психологический феномен: сводящийся к тому, что люди в целом предпочитают покупать подешевле, а продавать подороже. Именно так. Но в результате ошибочных логических манипуляций этот постулат превратился в ошибочный «закон», ставший к тому же фундаментом всей экономики свободного рынка. Но как же такое могло произойти? Однако, если вспомнить апории Зенона, где вполне логично доказывается, что Ахиллес никогда не догонит черепаху, становится понятно, что логические ошибки могут привести даже к абсурду. Попробую разобраться, что же в «законе спроса и предложения» не так и где ошибки.

Начну с рассмотрения его составных частей: отдельно закона спроса и закона предложения. «Закон спроса» формулируется так: «величина (объём) спроса уменьшается по мере увеличения цены товара.» (Для простоты изложения все цитаты беру из Википедии). Хочу сразу обратить внимание читателей на очень важное обстоятельство. Несмотря на то, что используется термин «величина спроса», о реальном спросе, т.е. о потребностях людей, речи как раз не идёт. Изменение цены при заданной покупательной способности ведет к изменению объёма покупок (продаж), а не спроса. А это далеко не одно и то же. Реальные нужды людей и получаемая ими зарплата вещи очень разные. Печальное следствие такой подмены понятий состоит в том, что смысловой акцент переводится с реальных нужд людей (спроса) на их платёжеспособность. Т.е. не очень обоснованно считается, что если у кого-то есть деньги, то это и есть спрос, а если денег у человека нет, то вроде как он ни в чём не нуждается. Всё предельно просто: есть деньги — есть спрос, нет денег - нет спроса. И тогда, действительно, указанная в «законе спроса» зависимость обнаруживается. Для пущей убедительности подтягивают математику. «Математически это означает, что между величиной спроса и ценой существует обратная зависимость (однако не обязательно в виде гиперболы, представленной формулой y = a/x). То есть повышение цены вызывает понижение величины спроса, снижение же цены вызывает повышение величины спроса.» Нас пытаются убедить, что объем продаж — это и есть спрос. Возможно, что с точки зрения продавца это именно так. Есть даже такое определение «Спрос (англ. demand) — это зависимость между ценой и количеством товара, который покупатели могут и желают купить по строго определенной цене, в определенный промежуток времени.» Т.е. с точки зрения либералов спрос — это не реальные потребности людей, а зависимость. При это элементарная ситуация, когда чего-то желают но не могут купить или когда могут, но не желают, даже не рассматривается. Хотя всем нормальным людям понятно, что спрос — это потребность населения в каком-либо товаре и она от цены не зависит. От цены зависит только потенциальная возможность приобрести конкретный товар в случае необходимости, поскольку финансовые возможности граждан достаточно ограниченны. Более адекватные экономисты, например Кейнс, понимают, что на самом деле речь идет о «платежеспособном спросе», который, если разобраться, реальным спросом не является. Это лишь лукавый термин, обозначающий на самом деле не реальные потребности (спрос), а лишь наличие у покупателя денег. И в этом случае действительно, при наличии у человека денег, он может сделать тем больше покупок, чем меньше цена и наоборот, если конечно имеется реальная потребность в каком-то товаре, т.е. спрос. Но наличие денег определяется вовсе не спросом и предложением, а совсем другими обстоятельствами, например наличием работы и уровнем дохода.

Чтобы лучше понять допущенные ошибки, давайте внимательно рассмотрим математическую формулу и определимся со всеми её членами. Очевидно, что «х» — это цена товара; «у» - лукавый «спрос», а точнее, количество (объём) купленного товара. А что же тогда из себя представляет «а»? Что мы реально делим на цену, причем не понятно какую?

Если это деньги, имеющиеся у покупателя, то разделив на цену какого-то товара, получаем количество товара, которое можно купить на эти деньги. Довольно банально. Видимо, в либеральном понимании, это и есть спрос. Но если разделить на другую цену, получим другое количество товара, и так до бесконечности. Т.е. нам наукообразно объяснили, что чем больше у нас в кармане денег, тем больше мы можем купить, или, если мы выберем не дорогой хлеб или масло, а что-то очень дешёвое, например спички, то на ту же сумму можем купить этого очень много. Но человеку не нужно столько спичек. Можно также предположить, что «а» это предложение товара, предназначенное для удовлетворения реального спроса. Но тогда это должно быть предложение конкретных товаров, отвечающих реальному спросу: обуви, одежды, еды, машин, квартир и т.п. А можно ли разделить все это на цену в рублях или долларах? Типа тысяча пар обуви делим на какую-то цену. Получается... Ничего не получается. Это полный бред. Адепты этого закона естественно скажут, что предложение тоже выражено в деньгах и тысяча пар обуви стоит столько-то и теперь можно поделить одно на другое. Согласен, поделить теперь можно, но причем тут спрос. Мы сначала количество товара умножили на цену, а затем на неё же поделили. Получили первоначальное количество товара. Возникает тот же вопрос, а где же спрос? Если есть просто некое предложение на определенную сумму, то как это увязывается с конкретными товарами? На какую цену всё это следует поделить? Продавцы могут предлагать всё, что угодно. Как пелось в одной популярной в 90-е годы песне: «Хлеба нет, но полно гуталина».

Ещё важно понять «субординацию» величин, т.е. что от чего зависит, что есть функция, а что аргумент. В «законе спроса» аргументом изначально была цена, а объём покупок (продаж) — функцией от цены. Повторюсь, при изменении цены изменяется объем покупок (продаж): при понижении цены объём растёт, при её повышении — падает. Нельзя не согласиться, так оно и есть. Теперь попробуем наоборот — объём продаж будет аргументом, а цена - функцией от объема продаж. Для математики это никакого значения не имеет, формула та же. А для экономики? Согласно функции обратной пропорциональности получаем: увеличение объема покупок (продаж), ведет к уменьшению цены, и соответственно, уменьшение объема покупок (продаж) ведет к повышению цены. В реальности это мягко говоря не так. Потому что реальная жизнь — это не математика.

Теперь самое время рассмотреть вторую часть «закона спроса и предложения» - «закон предложения». Он трактуется так «Закон предложения — при прочих неизменных факторах величина (объём) предложения увеличивается по мере увеличения цены на товар.» В целом понятно, но возникает вопрос, а почему это, ни с того ни с сего, цена увеличивается? Сама или кто-то её всё-таки устанавливает? Ну как же, ответят адепты свободной торговли, если растёт спрос, то растёт и цена. Вот именно, если растет спрос, то в «свободной экономике» продавцы поднимают цены. Так к чему же на самом деле ведет рост спроса (объёма), к уменьшению цены по «закону спроса» или к увеличению цены по «закону предложения»? Выводы в конце статьи.

Ошибочность трактовки закона была усугублена ещё и тем, что две очевидно однонаправленные тенденции спроса и предложения (неизвращенная логика подсказывает, что когда растет спрос должно расти и предложение, а когда спрос падает предложение тоже должно сокращаться) противопоставили одна другой. Теперь это не следующие друг за другом относительно параллельные (в идеале совпадающие) кривые, а взаимно пересекающиеся - «крест Маршалла». А для того чтобы сделать такое, практически невозможное, были изобретёны такие ирреальные понятия, как совокупный спрос и совокупное предложение. Что есть совокупный спрос по Маршаллу? Это платежеспособный спрос, т.е денежная масса на руках у населения. Но ведь всем понятно, что это только эквивалент того, что реально люди могут купить, а не то, что им нужно. А это полностью затушевывает реальные потребности людей. Подумайте сами, какова реальная потребность человека, эквивалент которой равен, например, десяти тысячам рублей? Это что? Люди идут в магазин и на рынок не для того, чтобы свои деньги обменять на точно такие же. Людям нужны конкретные товары, продукты, услуги. А ведь реальный совокупный спрос посчитать, в принципе, можно. Да, есть некоторые сложности, потому что считать нужно в реальных товарах, в физических объемах, в штуках, килограммах, литрах. Сложно, но возможно. В этом вопросе у ГОСПЛАНА СССР был определенный опыт. Но тогда не получится той красивой, динамичной кривой спроса. Вот и пришлось заменить реальный спрос на платежеспособный, поскольку совокупный платежеспособный спрос выражается как раз в деньгах, и он хорошо посчитан — это денежная масса на руках у населения. ЦБ эту цифру знает. А реальный спрос стал никому не интересен.

Ещё более ирреальным и даже абсурдным является «совокупное предложение». Утверждается, что «Рыночную экономику можно рассматривать как бесконечное взаимодействие спроса и предложения, где предложение отражает количество товаров, которое продавцы готовы представить к продаже по данной цене в данное время.» Лукавят либералы. Реальные товары — это физические объёмы, штуки, тонны. На самом деле это не товары, а лишь сумма денег, эквивалентная этим товарам. Т.е. совокупная стоимость всех выпущенных товаров и предлагаемых услуг. Может показаться, какая разница, только остаётся вопрос: каких товаров? Для кого? Это, к сожалению, оказывается не важно. Главное, чтобы совокупное предложение соответствовало совокупному спросу. Но такое соответствие достижимо практически всегда, при любом объеме производства. Манипулируя ценой, стоимость предложения всегда можно привести к совокупному платежеспособному спросу, т.е. имеющейся наличности, просто назначив цену равную частному от деления покупательной способности населения на реально произведенное количество товара. Если продукции произвели мало, то будет, конечно, дороговато, но зато всё будет соответствовать, главное баланс. А будет ли снижена цена, если произведено очень много? Несмотря на уверения либеральных экономистов и выкладки закона спроса и предложения, такого не будет. Производители лучше уничтожат товар, чем будут отдавать его за гроши. Так происходило уже не раз. И нужны какие-то форс-мажорные обстоятельства, чтобы заставить частных производителей пойти на понижение цены, поскольку существует ещё одна аксиома капиталистической экономики: «Как известно, товары изготавливаются фирмами ради прибыли.» Кстати этим механизмом балансирования объясняется и хронический дефицит социалистической экономики и витринное изобилие капиталистической. Дело в том, что удовлетворить реальные потребности возможно только одним способом - за счет увеличения выпуска продукции, т.е пока товара не хватит всем в достаточном количестве будет дефицит, что и происходило в СССР. В капиталистической экономике помимо этого «в рукаве» имеется и другой способ, намного проще и эффективнее, которым так активно пользуются. Проблема «удовлетворения» спроса (а реально сокращение платежеспособного спроса) решается за счет поднятия цен. И в том и в другом случае наступает баланс спроса и предложения, только на разном ценовом уровне. Вот такой фокус.

Несколько слов о попытке представить «совокупные спрос и предложение» в графическом виде. Достаточно критически посмотреть на график так называемого «спроса», чтобы понять, что ни о каком спросе речи не идет, на графике отражена всё та же тривиальная мысль, что чем дешевле товар, тем большее его количество можно купить на одни и те же деньги. Очевидно, что автомобилей и квартир на зарплату удастся купить значительно меньше (если вообще удастся), чем хлеба и картошки. Теперь посмотрим на другой график «совокупного предложения». Как это не парадоксально, но он вообще отвязан от реальности. Его вообще нельзя привязать к каким-то конкретным цифрам, поскольку когда речь идет о сопоставлении цены (растет она или нет) то невозможно отразить на одном графике динамику цен и на картошку, и на медь, и на автомобили, и вообще на все возможные товары. Понятно, что даже если картошка вырастет в цене в десять раз она все равно будет дешевле меди. Более того, в одном графике невозможно даже сравнить цены на товары, измеряемые в штуках, и товары, измеряемые в тоннах. Таким образом, можно лишь констатировать, что первый график указывает на ограниченные финансовые возможности покупателей (динамика вниз), а второй на очевидную жадность продавцов (динамика вверх).

И вот кульминация, пересечение этих двух кривых. Обе кривые выражают лишь некоторую тенденцию, причем, если первая с некоторой долей обоснованности, то вторая выражает лишь гипотетическую возможность. И что означает их пересечение? Только то, что нашелся покупатель на какой-то товар. Но если мы хоть немного привяжем графики к реальности, т.е. дадим хоть какую-то размерность, то получим совсем другую картинку: астрономическое множество пересечений (количество покупателей помноженное на количество товаров) и, очевидно, все они будут находится в зоне платежеспособного спроса населения. Что касается «точки равновесия», то она такая же лукавая, как спрос и предложение. В реальности вся её равновесность заключается в том, что покупатель не может заплатить больше, чем у него есть денег на самое необходимое для жизни. И только в случае безгранично высоких доходов, которые есть лишь у примерно 1% населения, эту точку можно с определённой натяжкой считать «равновесной». Но в любом случае такую цену вряд ли можно назвать «справедливой». Можно ли назвать равновесными и справедливыми аукционные цены? Они, очевидно, максимально возможные в данных конкретных условиях. Но если для антиквариата это приемлемо, то для продуктов первой необходимости, безусловно, нет.

Самое время подвести итог и указать на причину таких явных противоречий в общих рассуждениях защитников рыночной экономики. Всё дело в том, что произошла подмена - функцию заменили на аргумент. По-моему, совершенно очевидно, что далеко не все логические цепочки работают в обе стороны. Ну, например, если мы постулируем, понятную всем зависимость, что, чем большее расстояние человек пробегает, тем сильнее устаёт. Но также очевидно, что инверсия этого постулата, т.е. если кто-то сильно устал это значит, что он много бегал, не отражает истины. Действительно, почему обязательно бегал? Однако это не значит, что такого не может быть. Так и в случае «закона спроса», начали с верного постулата, с того, что изменение цены ведет к изменению объема продаж (именно не спроса, а объема продаж), а затем подменили это трактовкой, где объём продаж ведет к изменению цены, что является пусть и не абсолютной, но ложью. Именно цена является ведущим началом. Что касается динамики спроса и предложения, то она, безусловно, имеет право на существование, но в очень узких рамках. Нельзя сказать, что такого механизма установления цен вообще не существует, т.е. тогда, когда именно вилка спроса и предложения влияет на их изменение, причем (и это очень важно) в обе стороны. Очевидно, что этот механизм имеет очень ограниченную область действия. Например, в биржевой торговле. Но утверждать, что этот закон универсальный и работает во всех сферах экономики - огромное заблуждение. Не удивительно, что последователям Маршалла приходится оправдываться «Реальная картина на рынке сложнее этой простой схемы, но выраженная в ней тенденция имеет место.» Безусловно имеет, но к этому следует ещё добавить, иногда, в некоторой степени и при определённых условиях. И какой же тогда это универсальный закон?

Теперь, когда, как я надеюсь, в целом ситуация ясна, вполне можно оценить и реальные возможности подобной системы к саморегуляции. Правда, о какой саморегуляции вообще может идти речь, когда очевидным регулятором является цена. Тем не менее, на этом следует остановиться подробнее, поскольку данная концепция стала экономической догмой, бесспорно очень удобной для правящего класса, поскольку из неё вытекает очень простой вывод: не нужно ничего регулировать, делай, что хочешь, всё отрегулируется само собой. Но как я показал, если не игнорировать реальность, никакой саморегуляции не получается. Это становится ещё очевиднее, если задать всего несколько вопросов. Первый, увеличится ли платежеспособный спрос (а если читатель помнит, это имеющиеся в распоряжении населения деньги) от того, что цены будут уменьшены? Или произойдет ли сокращения платежеспособного спроса от того, что цены вырастут? Ответ однозначен, нет. Потому что количество денег у населения никакого отношения к рассматриваемой динамике реального спроса и предложения не имеет. Но изменение цен однозначно приведет к изменению уровня жизни большинства граждан. Другой вопрос, а уменьшится ли потребность (реальный спрос) населения в одежде и еде у населения в результате увеличения на них цен. Нет, она только увеличится. Что очевидно противоречит «закону спроса», который гласит, что «величина (объём) спроса уменьшается по мере увеличения цены товара.» Скорее наоборот, их потребности, а значит потенциальный спрос только увеличится. Как мы видим в рассматриваемом законе все поставлено с ног на голову. Таким образом, реально в условиях свободного рынка мы имеем следующую динамику: при повышении цены растет предложение товаров, а спрос соответственно уменьшается. А при уменьшении цены - предложение сокращается, а спрос растет. Ну, и как тут не быть кризису. Ситуацию недостаточного производства я уже рассматривал: для соблюдение баланса просто повышаются цены. А вот в случае перепроизводства, предприниматели используют совсем другой механизм, а не тот, который предполагают авторы концепции саморегуляции экономики — снижение цен. Они либо уничтожают товар, либо, если возможно, складируют, либо сокращают производство, выбрасывая на улицу множество людей. Последний вариант для них предпочтительней. Однако в силу самого механизма якобы регулирования он ведёт лишь к усугублению кризиса, поскольку резко уменьшает платежеспособный спрос, что наглядно показал кризис 1929-33 годов в США. Об этом написано очень много, так что не буду повторяться. Ну, и о каком регулирующем механизме спроса и предложения и тем более о саморегуляции свободной экономики может идти речь? Вот такие мои соображения по данному вопросу.

 


Оцените статью