Федеральная резервная система США: эпоха Бернанке

Экономика

25.12.2013 15:41

Михаил Хазин

104

Ноябрь 2005 года. В Конгрессе проходят слушания по утверждению кандидатуры Бена Бернанке на посты главы ФРС. В этот день в Вашингтоне моросил мелкий дождик, однако, не в пример погоде, перспективы экономики США казались безоблачными. Темпы экономического роста замахнулись на отметку 3%. Цены на жилье повышались - на тот момент им оставалось расти еще пять месяцев...

Собравшиеся сенаторы благосклонно разглядывали сидящего перед ними скромного профессора, которого пресса называла то бородатым, то носящим бакенбарды. «Отменное назначение», - прокомментировал Ричард Шелби, лидер республиканцев в банковском комитете Сената. «Чрезвычайно впечатляющее», - согласился с ним его оппонент, демократ Крис Додд. За несколько лет пребывания в составе совета управляющих Федеральной резервной системы Бернанке уже успел отличиться, обозначив свой стиль. Так, он заверил, что Федрезерв ни за что не допустит повторения в стране Великой Депрессии, а также в ряде дерзких выступлений осмелился дать нагоняй Банку Японии за дефляцию. Сенаторы с радостью утвердили его на должность руководителя ФРС. Обращает на себя внимание один пророческий момент. «Я хотел бы надеяться, что Вам не придется преодолевать никаких кризисов, но я знаю, что трудности будут», - сказал Шелби. «Я приложу все усилия, чтобы быть готовым ко всему, с чем мне доведется столкнуться», - ответил Бернанке.

Прошло всего полтора года – и Бернанке с головой окунулся в пучину финансового кризиса и рецессии, ставших проверкой на прочность как его обещаний не допустить новой депрессии, так и его убежденности в том, что Центробанк всегда может стимулировать экономику, даже в условиях застрявших у нулевой отметки процентных ставок. Пройдет еще немало лет, прежде чем история сможет вынести окончательный приговор смутному времени правления Бернанке, причем, учитывая начавшееся сворачивание программы покупки активов, пока рано ставить точку. И, тем не менее, в феврале Бернанке уступает кресло главы ФРС Джанет Йеллен, а значит, пришло время подвести первые итоги и вынести предварительные оценки эффективности его деятельности на посту руководителя ЦБ. Насколько он преуспел в достижении своих целей? Экономике США по-прежнему далеко до полной занятости, но анализ макростатистики, проведенный с учетом всей глубины финансового кризиса, заставляет отдать Бернанке должное за его усилия в деле стабилизации и восстановления экономики.

«Думаю, монетарная политика сыграла в этом активную роль», - считает гарвардский профессор экономики Кармен Рейнхарт, автор трудов по финансовым кризисам прошлого. «Если сравнить масштабы начального снижения с динамикой предыдущих кризисов в США, то мы увидим, что на этот раз экономика нащупала дно на более высоких уровнях. Я выставляю Федрезерву высший балл». Место Бернанке в истории могут определить результаты такого сравнения. Да, кризис был, и он все еще терзает Америку и весь мир – но смог бы кто-нибудь справиться с ним лучше? Прежде всего, следует определиться, считать ли самого Бернанке виновным в кризисе. Если да, то существенная часть его заслуг автоматически списывается со счетов. Бернанке принимал активное участие в экономической политике в период 2002-06 г.г., когда на рынке недвижимости и в финансовом секторе вызревали пузыри. Кроме того, Федрезерв отвечал за регулирование ряда банков, впоследствии оказавшихся проблемными. Историки смогут в полной мере оценить степень этой вины лишь после того, как будут вскрыты все папки и досье. Бернанке определенно выражал некоторую обеспокоенность динамикой цен на жилье: так, осведомленные источники сообщают, что в 2005 г. он представлял президенту Джорджу Бушу–мл. экономические выкладки последствий обвала цен на недвижимость.

Однако, как и подавляющее большинство экономистов, Бернанке проглядел риски, которыми ситуация на рынке жилья была чревата для финансовой системы, и за это он заслуживает осуждения. В 1990-е он не принимал участия в масштабных финансовых процессах отмены государственного регулирования – но он и не предупреждал о скрытых угрозах такой децентрализации. На данный момент похоже, что Бернанке, скорее всего, будет причислен к когорте политиков, которые не смогли предотвратить кризис, но и не были его активными инициаторами. Вторым вопросом является собственно кризис – и здесь звезда Бернанке сияет очень ярко. Одни лишь цифры уже говорят сами за себя. В течение первых полутора лет финансового кризиса показатели цен на активы, роста экономики, внешней торговли и банкротств банков были очень схожи с показателями Великой Депрессии. Мир оказался на краю пропасти. Однако с середины 2009 г. такая сравнительная динамика стала демонстрировать дивергенцию. В то время как в 1930-31 США накрыла вторая волна банкротств, сокращения кредитования и углубления рецессии, в 2009 г. экономика страны начала стабильно восстанавливаться. И это – отражение успеха, достигнутого Федрезервом – и Бернанке – в деле стабилизации банковской и финансовой системы.

«Бен Бернанке заслуживает большого уважения за умелые действия во время кризиса», - полагает Марвин Гудфренд, ранее сотрудник ФРС, а ныне – профессор экономики из Университета Карнеги-Меллон в Питтсбурге. Для того чтобы распознать проблему рынков частного кредитования и затем устранить ее, рискнув балансом ЦБ и поставив на кон беспрецедентно большие суммы, «требуются мастерство и смелость, которые нельзя недооценивать», - утверждает Гудфренд. Одно событие в летописи последнего кризиса продолжает оставаться спорным, вызывая неоднозначные оценки: 15 сентября 2008 года Федрезерв и Казначейство США допустили банкротство Lehman Brothers. Этот момент стал переломным, придав кризису кредитования совершенно паническую окраску. Критики считают его главной и определяющей ошибкой в развитии финансового кризиса. Позиция Бернанке сводится к указанию на полную неплатежеспособность Lehman. Как он объяснял, ФРС выступала за спасение банка, но лишь Казначейство имело полномочия направить на это государственные средства. Кроме того, даже если бы ЦБ нарушил все правила и задействовал собственный баланс для поддержки Lehman на плаву, тогда Конгресс, скорее всего, не выделил бы средства на программу выкупа проблемных активов (TARP), и в этом случае жертвой стал бы другой банк – о банкротстве могли бы объявить Citigroup, Merrill Lynch или Wachovia.

К концу 2009 года стало ясно, что Бен Бернанке сдал экзамен по специальности «депрессия». Однако после вступления в 2010 году в свой второй срок на посту главы ФРС он столкнулся с проблемой совсем иного свойства. На сей раз Бену Бернанке предстояло пройти испытание в качестве теоретика монетарной политики. «Я уверен, что Федрезерв пойдет на любые меры, необходимые для предотвращения сильной дефляции в США», - заявил он в 2002 году. «Если процентная ставка Центробанка была вынужденно снижена до нуля, это отнюдь не означает, что он исчерпал весь арсенал своих средств». В 2002 году подобные нестандартные идеи Бернанке – к примеру, покупка долгосрочных активов или сдерживание роста доходности облигаций – представляли собой всего лишь теоретические предположения самого «академического» из членов управляющего совета. Однако к лету 2010 над страной явственно нависла угроза дефляции. Ставка безработицы продолжала держаться на отметке 9,5%. Инфляция потребительских цен упорно снижалась. В последующие годы Федрезерв запустил несколько раундов количественного смягчения, реализуя программы покупки активов, получившие известность как QE2, QE3 и Операция Твист. В рамках следования курсу политики нулевых процентных ставок, ЦБ пообещал поддерживать ставки на низких уровнях сначала до середины 2013 г., затем – до конца 2014 г., затем – до середины 2015 г., и, наконец, - до момента, когда уровень безработицы достигнет отметки 6,5%.

Политика ФРС со всех сторон подвергалась шквалу критики, который не утихает и по сей день. Ястребы пугают инфляцией. На данный момент, их пророчества безосновательны, однако для того, чтобы полностью устранить опасения на эту тему, Федрезерву еще предстоит отойти от политики смягчения и сократить свой $4-трлн. баланс. Критика со стороны голубей представляется более любопытной. К их стану примкнул и ряд коллег-экономистов Бернанке, занимающихся аспектами монетарной политики, такие как Пол Кругман, считающий, что действия главы ФРС идут вразрез с его собственными агрессивными заявлениями образца 2002 года, или Майкл Вудфорд из Колумбийского университета, уверенный, что ЦБ выбрал из своего арсенала не те инструменты. «Я не выставил бы им высокой оценки за поведение в пост-кризисный период», - признается Лоуренс Болл, профессор экономики в Университете Джона Хопкинса. «Они проделали огромную работу с точки зрения задействованных миллиардов долларов, однако эти меры были неадекватны, поскольку не отвечали назначению – возвращению экономики к уровню полной занятости».

Отчасти это объясняется естественной осторожностью ЦБ в отношении новых, нетрадиционных средств политики. Но помимо этого, следует учитывать давление, под которым находился Бернанке – со стороны как членов FOMC, так и враждебно настроенного Конгресса – а также тот факт, что ему удалось методично и постепенно раскачивать Банк, переводя его в более агрессивный режим. «Вот - Комитет. 19 живых людей, сидящих за столом», - говорит Ричард Фишер, президент ФРБ Далласа, один из ветеранов FOMC и противник QE. «Я думаю, есть пределы тому, чего он мог бы добиться, если бы хотел сделать больше». Впрочем, возможно, самый справедливый способ оценки деятельности Бернанке – статистика. По крайней мере, в одном аспекте результаты потрясают: за 8 лет его пребывания на посту главы ЦБ средний показатель инфляции, несмотря на тяжелейший финансовый кризис, составил 1,8% против целевого уровня ФРС 2%. Если Бернанке считал своей миссией недопущение дефляции – он преуспел в этом.

Кроме того, США смогли опередить по экономическим показателям большинство остальных развитых экономик, хотя именно Америка оказалась в эпицентре финансового кризиса. Текущий объем выпуска продукции на душу населения в США превосходит аналогичный результат 2007 года. В Британии, Франции и Италии этот показатель по-прежнему остается на значительно более низких уровнях. Динамика роста, которую демонстрируют США, приблизительно схожа с канадской, хотя во время кризиса эта страна пострадала гораздо меньше. Сложно сказать, в какой степени экономика обязана этими результатами именно монетарной политике. Еврозону сотрясла серия кризисов суверенного долга. Ужесточение фискальной политики в США произошло позднее чем в других странах, хотя неутихающие бюджетные баталии, разворачивающиеся в Конгрессе после 2010 года, постоянно расстраивали планы Бернанке, путая ему все карты. Вряд ли стоит считать простым совпадением, что США улучшили свои показатели после реализации более агрессивной, по сравнению с другими государствами, монетарной политики.

Проведем последний тест: оглянемся на финансовые кризисы прошлого и зададимся вопросом, было ли на этот раз что-то по-другому. В августе 2010 г. Бернанке произнес речь, заложившую фундамент для запуска QE2 – программы покупки активов в размере $600 млрд. В тот же день Кармен Рейнхарт представила свою работу «После падения» (After the Fall), в которой постулировалось, что в течение десятилетия после финансового кризиса ставка безработицы в богатом государстве будет в среднем на 5% превосходить докризисные показатели. В США прошло шесть лет после кризиса, а ставка безработицы превышает докризисный уровень лишь на 3,3%, причем до завершения десятилетия этот результат должен улучшиться еще больше. С другой стороны, спустя шесть лет после кризиса, показатель выпуска продукции на душу населения в среднестатистической стране должен отставать лишь на 1,5%, в то время как в США он пока ниже на 2,1%. Впрочем, автор рассматривала в качестве моделей страны меньшего размера. Как оказалось, ни монетарная политика, ни Бен Бернанке не могут творить чудеса. И, тем не менее, когда настанет время сойти с поста главы ФРС и покинуть мраморный дворец на Конститьюшн-авеню – Бернанке сможет сделать это с высоко поднятой головой.

Политика прозрачности: Революция продолжается

Когда в 2006 году Бен Бернанке возглавил Федрезерв, он поставил перед собой одну цель: он хотел повысить прозрачность и, в частности, ввести конкретные целевые инфляционные уровни. Последние восемь лет ознаменовались множеством фальстартов и бесконечными дебатами на тему коммуникативной политики ЦБ, но Бернанке, при поддержке своего заместителя Джанет Йеллен, смог постепенно совершить революцию в этой области. В числе нововведений можно упомянуть публикацию всесторонних и исчерпывающих экономических прогнозов, практику пресс-конференций, указание на дальнейшие перспективы монетарной политики и – после долгих лет споров – введение официального целевого уровня инфляции (2%). Все эти новшества, по всей вероятности, сохранятся, указывая на постоянный характер структурной реформы принципов деятельности ФРС. Как ожидается, Йеллен продолжит и углубит эти реформы. Кроме того, Бернанке качественно изменил процесс обсуждения внутри ФРС. Если Алан Гринспен сначала говорил, как, по его мнению, следует действовать Центробанку, а затем выслушивал мнения, то Бернанке поступал наоборот. При нем представители Ферезерва выступали наперебой, делая разнообразные – и подчас сбивающие с толку – заявления.

«Мне кажется, [Бернанке] вывел на чрезвычайно высокий уровень культуру дискуссии внутри FOMC», - считает Ричад Фишер, президент ФРБ Далласа. «Бен – достойный пример для подражания, идеальный образец того, как надо выслушивать мнение каждого присутствующего». В настоящее время отмечается некоторая напряженность вследствие расхождений между поощряемой Бернанке практикой диссидентства и устоявшейся в ФРС традицией принимать решения на основе консенсуса. Однако возвращение к стилю Гринспена маловероятно. «Призыв к прозрачности, прозрачности и еще раз прозрачности не утихает», - отмечает Фишер. «Я не представляю, как можно загнать этого вырвавшегося на свободу джинна обратно в бутылку».

Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Financial Times Источник: Forexpf.Ru - Новости рынка Forex

Сcылка >>


Оцените статью