Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Суверенизация промышленной базы США

Экономика

03.03.2015 14:37

Сергей Толкачев [staroga]

212

Решоринг в США в случае последовательного развертывания вкупе с внедрением новых промышленных технологий приведет к радикальной смене сложившейся системы мирового разделения труда

Очевидный и нарастающий кризис глобальной модели мироустройства, начало которой было положено на рубеже 80-90-х годов ХХ века в ходе так называемой неоконсервативной революции в Великобритании и США, имеет не только валютно-финансовую основу, связанную с распадом долларовой системы координат, но и более глубокую материальную основу, выражающуюся в кризисе индустриальной базы 3-5 технологических укладов. Надо признать, что вся современная индустриальная база – детище ХХ века – основанная на базисных нововведениях 3-5 ТУ – электричество, двигатель внутреннего сгорания, нефтехимия, и пр., или Вторая промышленная революция в терминах Рифкина –  достигла пределов своей эффективности, оцениваемой с позиции прибыльности на инвестиции в капитальные активы.  Глобализация производства, подаваемая как закономерный этап углубления международного разделения труда, т.е. дальнейшее развитие единичного разделения труда  путем переноса отдельных и все более мелких технологических операций на предприятия в разных странах мира, явилась последней попыткой продлить жизнеспособность устаревающей технологической структуры. Однако недостаточная эффективность технологической глобализации запустила паразитический нарост в виде финансовых пузырей, неизбежного спутника любых технологических и проектных новаций.

Вспомним, что исключительно модный ныне термин "глобализация" применялся эпизодически с конца 60-х г. ХХ в. В качестве же одного из концептуальных он был использован в 1981 г. американским социологом Дж. Маклином. Впервые применительно к экономике термин «глобализация» появился как журналистский неологизм в 1984 году в редакционном комментарии «Уолл-стрит джорнэл» по поводу решения кабинета Маргарет Тэтчер, открывавшего иностранным банкам прямой доступ на финансовый рынок лондонского Сити. Характерно, что до 1991 года термин «глобализация» употреблялся только с прилагательным «финансовая».

В США главным популяризатором глобализации как процесса слияния национальных рынков одноименных продуктов в мировой рынок, происходившего под воздействием транснациональных корпораций стал консультант Гарвардской школы бизнеса К. Омэ. В 1990 г. им была опубликована книга "Мир без границ", после чего термин "глобализация" получил широкое распространение. Он использовался автором для характеристики последствий взаимодействия на мировой арене ведущих экономических центров - США, ЕС, Японии. Согласно утверждению автора, мировой прогресс к этому времени начал определяться не национальными экономическими центрами, а глобальными экономическими фирмами (ТНК).

Экономическая наука активно включилась в изучение этого "феномена", и вскоре было определено пять основных направлений развития процесса: 1) финансовая глобализация, 2) становление глобальных ТНК, 3) регионализация экономики, 4) интенсификация мировой торговли и 5) тенденция к конвергенции экономических систем. Но специалисты различных отраслей знания вкладывали в это понятие свое понимание проблемы: географы связывали его с созданием пространства, в котором прослушивается звучание колокола, историки характеризовали его как определенный этап развития капитализма, философы начали увязывать его с идеей, выдвинутой в свое время Кантом, о появлении "вечного мира и образовании единого мирового правительства", политологи видели в глобализации прежде всего разрушение государственного национального суверенитета, а вот экономисты конечно же изобрели теорию, что глобализация есть процесс становления общемирового технологического способа производства, этакая объективная-преобъективная фаза очередного витка международного разделения труда. В настоящее время наиболее признанным считается определение глобализации, данное экспертами Международного валютного фонда, как "растущей экономической взаимозависимости стран всего мира в результате возрастающего объема и разнообразия трансграничных потоков товаров, услуг и капитала, а также благодаря все более быстрой и широкой диффузии технологий".

Именно «диффузия технологий», ведущая к углублению международного разделения труда и сопутствующему росту  межстрановой торговли в рамках ТНК, стала тем последним ресурсом пролонгации жизненного цикла отживающей технологической структуры, которая обеспечила еще примерно 30 лет (1980-2008) экономического роста и имитации жизнеспособности глобализированной модели жизнеустройства. Однако, финансовый кризис 2008 года и последующая нестабильная динамика мировой экономики уже в течение 7 лет разрушают сложившуюся гладкую теоретическую систему.

Промышленно развитым странам, прежде всего, США, пришлось пойти на значительные жертвы в виде деиндустриализации ради сохранения видимости некоей объективной закономерности технологической глобализации. Деиндустриализация Америки, выражающаяся в сокращении рабочих мест в обрабатывающей промышленности (manufacturing) в течение последних десятилетий, ныне рассматривается как ошибочный путь, подлежащий исправлению.

В США как грибы после дождя появляются новые доклады и книги, пропагандирующие отказ от «прелестей» технологической глобализации и возврат к организации промышленного производства полного цикла на территории США. Например, в марте 2015 г. появляется  книга почетного президента сталелитейной компании  Nucor Дэна ДиМикко «Сделано в Америке. Почему производство вещей вернет нам величие»[1]. Он призывает создать 30 млн рабочих мест в промышленности до 2025 года для ликвидации бюджетного дефицита и начала решения проблемы огромного государственного долга. Особенно болезненно ДиМикко воспринимает потерю 5 млн. рабочих мест в промышленности в 2000-е годы, поскольку бум рабочих мест в сфере услуг отнюдь не способствовал сохранению среднего класса. В качестве примера он показывает, что даже неквалифицированный рабочий на текстильном предприятии штата Нью-Джерси несколько лет назад зарабатывал 15 долл. в час, а теперь он получает 10 долл. в час в качестве повара в окружной тюрьме.[2]

В США уже четко обозначились аналитические центры, «фабрики мысли», пропагандирующие неадекватность теории постиндустриальной экономики, понимаемой как ненужность и устарелость промышленности для прогрессивного развития. Роберт Аткинсон, президент Фонда информационных технологий и инноваций, несмотря на вполне «постиндустриальное» название своего фонда, яростно критикует «замшелое вашингтонское мышление» небезызвестного функционера и отчаянного проходимца Ларри Саммерса, который мыслит абстрактными штампами «экономики знаний и сервисной экономики, и призывает не соревноваться в производстве товаров, которые другие нации могут производить с меньшими издержками». Гораздо более авторитетный в академическом мире профессор Принстона Алан Блайндер, также подвергся критике за то что он придерживается ошибочно трактуемой рикардианской теории сравнительных преимуществ и рекомендует Америке отказываться от промышленного производства и сосредотачиваться на подлинных конкурентных преимуществах  в сфере наукоемких услуг, что якобы принесет потребителям прирост благосостояния.

[3]

Основной движущей силой американской реиндустриализации является стимулируемый властями процесс решоринга. Термин решоринг (reshoring) как противоположный оффшорингу, приобрел с 2009 года невиданную популярность уже не только среди бизнесменов и журналистов, но и среди аналитиков и даже теоретиков бизнеса и экономики. До сих пор существует терминологическая неопределенность и конкуренция терминов. Наряду с reshoring для описания сути процесса встречаются такие термины как  nearshoring, intelli-sourcing, backshoring, русификацию равно как и коннотационные тонкости которых мы не считаем нужным здесь приводить.

Решоринг означает пересмотр господствовавшей до недавнего времени философии распыления экономической деятельности по земному шару в поисках удешевления единицы производимой технологической операции и концентрацию важнейших производственных операций на территории США для обеспечения промышленной независимости или промышленного суверенитета страны.  Упоминавшийся Дэн ДиМикко, как один из глашатаев нового американского промышленного суверенитета, на конференции по поводу реиндустриализации штата Калифорния объявил новый манифест экономической суверенизации США. Он напомнил, что американское процветание в ХХ веке базировалось на таких основах как производить больше чем потреблять, сберегать больше чем тратить и удерживать дефициты на управляемых уровнях. Для того чтобы снова обрести экономическую независимость и создать 26-29 млн. рабочих мест нужно предпринять четыре шага: 1) достичь энергетической независимости; 2) сбалансировать торговый дефицит; 3) перестроить инфраструктуру под задачи 21 века; 4) переделать американский «регуляторный» кошмар.[4]

Особое значение для промышленной суверенизации США имеет новая индустриальная революция, глашатаем которой являются технологии 6-го ТУ, обеспечивающие переход в эпоху интеллектуального производства. Интеллектуальное производство базируется на традиционных навыках промышленного производства и фундаментальных исследованиях в физике, химии, биологии и нанотехнологиях. Оно интегрирует информационные технологии, роботостроение, использование сенсоров, 3Д печать, нанотехнологии и новые материалы. Интеллектуальное производство  настолько же продвигает вперед производственный процесс, насколько персональные компьютеры означали шаг вперед по сравнению с базовыми компьютерами.

Уже в настоящее время стало возможно использование концепции «интернета вещей» в обрабатывающей промышленности, что получило название «умного производства» в США или Индустрии 4.0 в Западной Европе. Эта концепция, получающая наименование кибер-физическое производство, позволяет добиться высокой автоматизации промышленных операций, эффективного контроля со стороны информационных технологий.[5]

Тем самым, внедрение и повсеместный переход к новым производственным технологиям радикально пересматривает и перестраивает ту глобальную технологическую структуру, которая возникла в результате предельного развития глобальной производственной эко-системы традиционного индустриального уклада, основанного на технологиях 3-5 ТУ. Новые производственные технологии не нуждаются в дополнительных средствах удешевления производственного процесса, которыми в уходящую эпоху технологической глобализации являлись инструменты бесконечного дробления единого технологического процесса на отдельные мельчайшие компоненты и передача на аутсорсинг все возрастающего количества технологических операций, что подорвало промышленную базу США. Решоринг как отрицание  «закономерностей» технологической глобализации олицетворяет новый мощный тренд восстановления и суверенизации американской промышленной базы. Этот тренд означает пересмотр всей сложившейся системы международного разделения труда и должен привести в ближайшие годы к реорганизации обслуживающей её валютно-финансовой системы. А Россия в эту эпоху новой промышленной революции получает прекрасный  шанс на  пересмотр своего второстепенного и крайне зависимого положения в отживающей системе международного разделения труда в роли поставщика сырья и продукции низкой степени переработки и соответствующего укрепления собственного промышленного суверенитета.

 

[1] Dan DiMicco. «American Made.Why Making Things Will Return Us to Greatness» Introduction by David Rothkopf. St. Martin's Press. Palgrave Macmillan Trade. March 2015

[3] R. Atkinson. Should Washington Work to Slow the Loss of Manufacturing From Trade? // IndustryWeek. October 10, 2014


Оцените статью