Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




В российские магазины - и желудки - поступил пластиковый рис из Китая

Головоломка про российский цемент   7

Экономика

09.12.2016 08:21  

Александр Ситников

293

Головоломка про российский цемент

В России потребление цемента за девять месяцев этого года рухнуло на 10,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, в абсолютных объемах — с 49,8 до 44,3 млн. тонн. Самое большое падение зафиксировано в Центральном, Приволжском, Сибирском и Северо-Западном федеральных округах. Такую новость сообщил британский портал Global Cement.

По прогнозу Союзцемента, российское производство цемента в 2016 году может составить порядка 57 млн. тонн. Для сравнения: в 2015 году было 62 млн. тонн, а 2014 году — 71 млн. тонн. Значит, за два года произошло 20% падение спроса на «хлеб строительства». Отдельно отметим, что суммарная мощность российских заводов оценивается в 109 млн. тонн, то есть сегодня половина простаивает.

Между тем, известные экономисты Хорхе Лопес и Лес Раддок, специалисты по макроэкономике, оценивают динамику объемов потребления цемента, наряду грузоперевозками, в качестве базового индикатора экономического здоровья государства. В частности, в Соединенных Штатах местная ассоциация СПС заявила, что в текущем году потребление цемента вырастет на 4%, а ВВП увеличится на 2,3%; в Индии — на 8% и 7,6% соответственно; во Вьетнаме — аналогичные темпы; и так далее. Возможно, до конца года будет кое-какая коррекция цифр, но тренд очевиден. В целом прогноз усиление мирового спроса на цемент в 2017 и 2018 годах оценивается на уровне 4%, что чуть выше проекции экспертов на рост глобального валового продукта.

Если следовать статистическим исследованиям экспертов, то падение ВВП России в 2016 году на 0,6% и на 3,7% в прошлом году не соответствует рухнувшему на 20% внутреннему спросу на цемент и диссонирует с установившимися тенденциями на глобальном рынке.

Нестыковку, во-первых, трудно объяснить ситуацией в жилищном строительстве, как бы драматически она не выглядела на первый взгляд. Так, по оценке Союзцемента, российские застройщики в 2016 году сдадут ориентировочно 72 млн. кв. метров жилья, или на 3 млн. кв. метров больше чем в 2013 году. Между тем три года назад потребление цемента в России составляло 69 млн. тонн, то есть больше, чем сейчас на 12 млн. тонн.

Во-вторых, не так уж плохо обстоят дела с финансированием национальной инфраструктуры, на которую, собственно, приходится значительный объем потребления цемента.

Согласно аналитике Газпромбанка, в транспортную и энергетическую инфраструктуру с 2015 до 2020 года запланировано инвестировать 11 трлн. рублей, или в среднем 2,2 трлн. руб. в год. Ровно столько, сколько в 2010—2014 годах. Причем капиталовложения в строительство дорог, портов и аэропортов, на которые приходится львиная доля инвестиций, не сократятся, а напротив, вырастут.

Здесь уместно привести еще две бесспорные закономерности, связанные с потреблением цемента. Оказывается, чем крупнее страна, тем больше «хлеба строительства» необходимо на транспортную доступность, связь и энергетику (в пересчете на душу населения — ред.), а чем севернее государство — тем весомее доля ВВП, идущая на эти цели. Например, в Соединенных Штатах приблизительно 60% всего цемента расходуется на инфраструктуру, а в Финляндии, по данным Министерства транспорта и связи, — порядка 10% валового продукта приходится только на транспортный комплекс.

Конечно, кто-то скажет, Россия — это не Америка, однако и для развивающихся стран, в том числе и со слабой динамикой, имеются свои экономические закономерности. Анализ 15 африканских экономик показал, что устойчивого увеличения валового продукта добились только те страны, которые обеспечивали капиталовложения в инфраструктуру на уровне 4% ВВП и более. В этой связи можно говорить о своеобразном «локомотиве», который тянет за собой промышленность, потребление, рынок труда и так далее. Кстати, эксперты Хорхе Лопес и Лес Раддок не питали иллюзий, что африканцы осваивали деньги в полном объеме. По мнению экономистов, до половины государственных средств исчезают в «черной дыре» казнокрадства.

Таким образом, в исследуемых странах, которые демонстрируют неплохие экономические показатели, в реальности лишь 2−2,5% валового продукта вкладываются в транспортный комплекс, энергетику и связь. Другими словами, элиты африканских государств делают все, чтобы не опускаться ниже обозначенного предела. В этом и заключается своеобразный общественный контракт, который, несмотря на весь негатив, обеспечивает положительную динамику ВВП.

В российском правительстве, кстати, тоже ориентируются на данные цифры, заложив в стратегию развития экономики до 2020 года долю инвестиций к ВВП на уровне 2,5% (с учетом инфляции — авт.). Но в этом-то заключается еще одна серьезная нестыковка. Даже с учетом нынешних сокращений бюджетный статей, денег в казне достаточно, чтобы обеспечить небольшой рост валового продукта России, а мы всё ищем очередное «дно».

Если зайти на сайт «Инвестиции в инфраструктуру России», то там еженедельно объявляются десятки концессионных конкурсов с объемом инвестиций до 1 млрд. рублей. Причем значительная часть, так или иначе, связана с возведением новых объектов или с масштабными ремонтными работами. Вот только «хлеба строительства» почему-то покупается всё меньше и меньше.

Зато в СМИ регулярно звучат новости о выделении дополнительного финансирования на те или иные объекты, при этом расходы по некоторым проектам в разы превышают первоначальную смету. А то и вообще, открыто воруют деньги, о чем правительство узнает постфактум. Например, президент Владимир Путин, глава государства, наблюдал за первым пуском ракеты с «Восточного» из окопа, хотя по бумагам были возведены административно-деловой комплекс и смотровая площадка.

Все дело в том, что реальный контроль со стороны властей над заключенными концессионными соглашениями вообще отсутствует. Сегодня есть некий сырой проект постановления правительства Российской Федерации «Об утверждении порядка проведения мониторинга заключения и реализации заключенных концессионных соглашений», опубликованный 22 октября 2016 года на сайте Минэкономразвития России.

Но самое забавное заключается в том, что по новым правилам, если, конечно, мониторинг введут в юридическую практику, участники государственно-частного партнерства должны лишь передавать в электронном виде сведения об исполнения контракта в базу данных ГАС «Управление». Это чем-то напоминает «пчелы против меда». Между тем, в США концессионеров крупных строек уже давно контролируют по объемам отгруженных в их адрес стройматериалов.

Можно по-разному относиться к индексу восприятия коррупции Transparency International и считать его политически ангажированным в отношении нашей страны, которую поставили ниже Нигерии и Мадагаскара. Однако цифры, в том числе связанные с катастрофическим падением спроса на цемент при необходимом уровне финансирования концессионных соглашений, свидетельствуют, что «слуги народа» в годы кризиса стали алчнее, и их аппетиты приводят уже к падению национального ВВП.


Оцените статью