Голосования

В эпоху какого руководителя России Вы предпочли бы жить?




О том как всё устроено

Политика финансовой нестабильности

Экономика

04.03.2016 11:02  

Михаил Хазин

226

Alexander Friedman, Group CEO of GAM Holding, was Global Chief Investment Officer of UBS Wealth Management, Chief Financial Officer of the Bill & Melinda Gates Foundation, and a White House fellow during the Clinton Administration.

ЛОНДОН – Двадцать четыре года назад, в разгар уродливой президентской кампании в США, руководитель избирательного штаба Билла Клинтона аккуратно подытожил предвыборное послание своего кандидата: «Это экономика, тупица». Сегодня, когда инвесторы изо всех сил пытаются понять, что вызывает такую сильную нестабильность финансовых рынков, можно привести такое же лаконичное объяснение: «Все дело в тупой политике».

Политика центральных банков перешла от поддержки рынков к их потенциальной дестабилизации. Теперь рынки обращаются за поддержкой к структурным реформам и фискальной политике. В свете этих событий, текущие движения цен следует рассматривать через призму геополитики. И картина открывается не очень красивая.

Очевиднее всего это проявляется на нефтяных рынках, где цены просто рухнули и марки Brent и Crude на сегодняшний день колеблются в районе 30 долларов за баррель. Степень падения цен на нефть, а также последующие дефляционные опасения приводятся в качестве основного фактора, стоящего за общей нестабильностью рынка. В январе корреляция между ценами на сырую нефть и индексом S&P 500 достигла нового пика, побив рекорд 1990 года.

Становится все более очевидным, что именно динамика поставок, а не падение спроса, объясняет падение с отметки в 110 долларов за баррель летом 2014 года. Переход к конкурентному ценообразованию, вызванный разрушением монопольной власти Саудовской Аравии, а также желанием ОПЕК противостоять угрозе разработки сланцевых месторождений в США, стал причиной первого падения цен. Аналогично, недавняя отмена санкций в отношении Ирана и последовавшее за этим увеличение мировых поставок нефти привели в течение нескольких последующих дней к дальнейшему падению цен на 9 %.

Такая динамика поставок формируется под воздействием политики. Ежедневные заголовки о возможных скоординированных мерах со стороны ключевых стран-производителей нефти питают нестабильность цен на нефть и определяют склонность инвесторов на финансовых рынках к риску. Тем не менее, политика настолько запутана, что координация представляется, в лучшем случае, маловероятной; министр нефтяной промышленности Ирана недавно назвал заморозку добычи в ОПЕК «шуткой». Парламентские выборы в Иране еще больше увеличивают неопределенность.

Помимо нефти, другим популярным объяснением текущего смятения на рынке является замедление экономического роста в Китае, которое многие инвесторы называют причиной резкого падения цен на акции в этом году. Однако замедление, которое отражает переход Китая от инвестиций к потреблению в качестве двигателя роста, было ожидаемо, а показатель роста в 2015 году составил 6,8 %, что соответствует прогнозам.

Реальной проблемой были политические ошибки, допущенные политическими лидерами Китая. Опрометчивое вмешательство на рынках акций в июле 2015 года, а затем и плохо анонсированные корректировки обменного курса в августе, заставили инвесторов усомниться в компетентности лиц, определяющих китайскую политику.

Это беспокойство росло с начала года. В валютной политике продолжается неразбериха, в то время как вновь введенные (и вскоре отозванные) процедуры временного прекращения торгов на рынке ценных бумаг ускорили падение рынка, поскольку инвесторы попытались продать акции до исчезновения ликвидности. Кроме того, закупки государственных финансовых учреждений, наряду с запретами продаж для крупных учреждений-акционеров, не могут оставаться постоянной мерой, если рынок должен быть по-настоящему свободным. Ожидаемая смена руководства – шесть из семи членов постоянного комитета Политбюро будут заменены в течение следующих 18 месяцев – только усилит неопределенность.

Изменчивая политика так же все больше сказывается и на других развивающихся рынках. В Бразилии правительство изо всех сил пытается сбалансировать свою популистскую программу с более низкими ценами на сырьевые товары, сокращением роста и постоянной инфляцией. Кроме того, реформы парализованы из-за коррупционного скандала. Неудивительно, что фондовый рынок Бразилии с мая прошлого года упал на 28 %.

Точно так же и в России, политика усугубила шок от падения цен на нефть. Западные санкции способствовали усугублению и так замедляющейся траектории роста и поставили под угрозу способность России повысить уровень заемного капитала на мировых рынках. Начиная с 2014 года рубль стремительно упал на 130 %, а ВВП в 2015 году сократился на 3,7 %.

Тем не менее, Россия является звездой по сравнению с Венесуэлой, где правительство президента Николаса Мадуро направило экономику к полному распаду. Действительно, аналитики заявляют, что страна уже прошла «точку невозврата». Даже относительно динамичная Индия испытывает серьезные затруднения, поскольку социальные протесты ставят под вопрос ее захватывающую программу реформ.

В Европе эффективность денежно-кредитной политики Европейского центрального банка идет на убыль, по мере того как политическая сцена становится все более хрупкой. В Соединенном Королевстве опросы показывают, что референдум 23 июня о продолжении членства в Европейском союзе будет чрезвычайно жестким – очевидная угроза для стабильности рынка, отражающаяся в мгновенной распродаже фунтов стерлингов.

Тем временем, миграционный кризис угрожает правительству Германии; в настоящее время расколы, существующие в партии канцлера Ангелы Меркель, углубляются, а сама партия теряет поддержку населения. Одностороннее решение Австрии и девяти балканских государств о блокировании потока мигрантов через свои границы подпитывает политическую турбулентность. Кризис мигрантов будет иметь далеко идущие последствия, в том числе и в виде потенциального разрушения Шенгенской зоны.

В Южной Европе недавние выборы в Испании были неубедительными, и отсутствие стабильного правительства может подорвать восстановление экономики, которое набирает обороты в 2015 году. В то же время, реструктуризация долговых обязательств итальянского государственного банка усилила нестабильность, а ведущие банки переживают исключительно сильные однодневные падения акций. Ущерб репутации Маттео Ренци как надежного премьер-министра вызвал опасения возобновления политических потрясений.

Говоря о Японии, акции там оставались сильными с момента вступления в должность премьер-министра Синдзо Абэ, опираясь на «три стрелы» его стратегии «Абэномики»: кредитно-денежное стимулирование, финансовые стимулы и структурные реформы. Банк Японии запустил одну стрелу, расширив денежную базу на 80 триллионов иен (710 миллиардов долларов), а в последнее время еще и принял отрицательные процентные ставки. Однако значительная часть импульса была утрачена, поскольку инвесторы ждут структурных реформ, необходимых для устойчивого улучшения экономических и рыночных фундаментальных показателей.

В Соединенных Штатах глубокое разочарование избирателей привело левых к выдвижению на предстоящие президентские выборы кандидатуры Берни Сандерса от Демократической партии, а также к удивительно злобной кампании, которую ведет Дональд Трамп. После укрепившегося лидерства Трампа среди кандидатов от Республиканской партии, после состоявшихся праймериз в десяти штатах в «Супервторник» финансовые рынки, которые ищут стабильность и предсказуемость, изо всех сил пытаются найти ее в политике крупнейшей в мире экономики.

Может история и не повторяется, но давайте надеяться, что она хотя бы будет рифмоваться. В 1990-х американская экономика стабилизировалась, а затем ринулась вперед, движимая за счет ускорения производительности труда и поощряемая надежной монетарной и фискальной политикой. Но может оказаться, что экономику куда легче исправить, чем сегодняшнюю дисфункциональную политику, которая может быть неотъемлемой частью «новой нормы».

Сcылка >>


Оцените статью