Здравствуйте! Мы часто в жизни употребляем слова обстоятельства непреодолимой силы
, но далеко не всегда понимаем их содержательный смысл, особенно в нашей текущей ситуации. Сейчас мне хотелось бы объяснить это, по крайней мере, на двух примерах. Первый пример – это Соединённые Штаты Америки.
Дело в том, что есть такая специфическая вещь, что статистические органы и, собственно, те, кто принимают политические решения, узнают о неприятных тенденциях несколько раньше, чем рядовые обыватели. Ну, просто потому, что они видят некие тенденции. Я сейчас даже не говорю, что подтасовывают цифры, хотя подтасовывают, конечно, в большинстве случаев.
Так вот, в Соединённых Штатах Америки вчера, ну, виноват, на этой неделе, на предыдущей, вышли некие статистические данные. Ну, теоретически, они, разумеется, опубликованы в макроэкономических обзорах фонда Хазина, но поскольку я тут собираюсь радикально менять формат этих обзоров, мы пока закрыли подписку. По этой причине я некоторые наиболее интересные вещи буду рассказывать в разного рода эфирах, но вот эту вот вещь нужно сказать.
Соединённые Штаты Америки – это общество потребления. Там перед кризисами иногда доля потребления ВВП доходит до 80%. В норме около 70%, это очень много.
И по этой причине, если вдруг начинает падать потребительское доверие, индекс потребительской активности, то это для американской экономики это очень серьёзный удар, потому что люди вместо того, чтобы потреблять, начинают либо сберегать, либо же начинают автоматически сокращать кредиты, то есть они перестают брать потребительские кредиты, что тоже сокращает спрос. Так вот, самый главный индекс потребительской уверенности Соединённых Штатов Америки делает Мичиганский университет. Так вот, прелесть состоит в том, что данные, которые вышли на прошлой неделе, оказались абсолютным минимумом за всё время наблюдений, где-то там с 1952 года, хуже, чем в кризис 70-х годов, хуже, чем кризис 2000-2001, хуже, чем кризис 2008 года, хуже, чем ковидный карантин.
Понимаете, это не просто катастрофа, это просто ужас-ужас-ужас. И если посмотреть на график, то видно, что эта тенденция проявилась в общем не сегодня, а она уже по крайней мере заметна пару месяцев, и по этой причине очень любопытный момент. Я не исключаю, что резкие действия Соединённых Штатов Америки и в Иране, и соответственно и другие внутренние конфликты в Соединённых Штатах Америки связаны как раз с этим обстоятельством непреодолимой силы.
То есть элита Соединённых Штатов Америки поняла, что старая модель больше работать не может, что это наихудшая ситуация даже не за полвека, а там уже за 70 лет, если не 80, ну, как бы сколько там, с 52 года сколько прошло, 75, да, 74 года. Вот это вот картина, которая во многом определяет поведение американских политиков, даже если они чего-то недопонимают. Потому что вот это вот ощущение, что тикает мина замедленного действия, и непонятно, когда она рванет, оно очень сильно действует на всех, кто принимает решение, и все прекрасно понимают, что надо будет в ноябре месяце на выборах каким-то образом эту ситуацию обыгрывать.
Это во многом страшно, это очень тяжело, потому что для того, чтобы принимать хотя бы относительно правильные решения, нужно понимать, собственно, что происходит, а этого понимания в Соединённых Штатах Америки нет, но тем не менее понимать надо. Второе – это Россия. Мы видим дикий уровень напряженности, мы видим, что там участились аресты, мы видим, что чиновники и как бы руководители не самого высокого звена начинают принимать абсолютно неадекватные меры, ну, там я, это речь касается телеграмма, борьбы с телеграмом, и в том числе вырубающие интернет, речь касается совершенно неадекватной реакции на, ну, в общем, очевидную вещь, которую все специалисты объясняли ещё в прошлом году, что нельзя повышать тарифы.
Мы видим, что весьма высокопоставленные в прошлом военные начинают говорить правду о том, что происходит на фронте. И это правда ужасная, то есть люди начинают понимать, что те, кто здесь в Москве рулят военными действиями, это что-то, ну, как бы, это, скажем так, прямо странные люди, и непонятно, на кого они работают и как бы в чьих интересах. И таких историй много.
Мы видим, что, например, как бы не принимаются меры по контролю за беспилотниками, до сих пор, да, никто не поставил радиолокационные станции на аэростаты, запрещено создавать системы локальной ПВО вокруг важных заводов за счёт самих этих заводов, ну, и так далее, и тому подобное. Так вот, ключевое событие, которое произошло, это снижение рейтинга власти. Я сейчас не буду говорить конкретно о президенте, потому что это снижение рейтинга власти в целом.
Если в 22-м году или тем более в 14-м общество не просто поддерживало власть, а как бы вот была такая вот даже эйфория некоторая, то сегодня ситуация другая. Все говорят, так они враги, они специально пакостят. Говорят, но президент же не пакостит.
Да, но тогда почему он их не убирает? И это стало оказывать серьёзное влияние на политические рейтинги. Я достаточно подробно и на закрытом канале, и вот в последних эфирах, особенно в сегодняшнем «Говорит Москва» я эту ситуацию подробно расписал, что она означает, почему так происходит. Но сегодня можно сказать только одно, что вот это вот снижение рейтинга точно так же, как в Соединённых Штатах Америки снижение покупательной, индекса покупательской уверенности, требует обязательных конкретных действий.
Вот почему я абсолютно убеждён, что эти действия воспоследуют. Потому, что политические лидеры прекрасно понимают, чем это грозит, если ушами хлопать и никак на это не реагировать. Вот это вот и есть обстоятельства непреодолимой силы, в том смысле, что они носят характер, на который каждый конкретный чиновник повлиять не может.
Это требует некоторого изменения в Соединённых Штатах Америки экономической политики, в нашей стране управленческой модели. Вот это вот объективная ситуация. Мы сейчас не будем говорить про всех остальных, потому что, если мы посмотрим, например, на ситуацию промышленности в Великобритании, там это можно назвать только одним словом – обвал.
Очень похожая ситуация в Западной Европе. И по этой причине, когда мне начинают рассказывать об их грандиозных планах, у меня это вызывает некоторый скепсис. Потому, что я не вижу, как они это могут делать.
А вот в Соединённых Штатах Америки и у нас делать можно. Но в Соединённых Штатах Америки всё равно кризис будет продолжаться. Но в любом случае они должны переходить к политике борьбы с кризисом.
А у нас, соответственно, нужно менять управленческую структуру вместе с некоторым количеством кадров в силу того, что эти люди, опять-таки, я никого не обвиняю в том, что они вредители, враги и так далее. Хотя действия, скажем, британской сетки по СМИ видно невооружённым глазом, и уже многие эксперты об этом писали. Но, в общем и целом, я сильно подозреваю, что подавляющее большинство чиновников об этом даже не думают.
Они думают совершенно о другом. Они думают о том, как выполнить указания начальства так, чтобы им было хорошо. Так вот стало уже понятно, что невозможно, потому что, то начальство, которое есть сегодня, не в состоянии обеспечить повышение рейтинга власти.
Да, вот как бы в старом анекдоте про то, что когда количество клиентов в публичном доме сокращается, то нужно не кровати переставлять, а менять девочек. Вот так и тут. Совершить ещё одну ротацию либеральных чиновников, назначить там Набиуллину министром финансов, Силуанова министром экономического развития, Решетникова председателем Центробанка или Орешкина бессмысленно.
Эффекта не будет. И по этой причине у меня совершенно глубокое убеждение, что нас ждут в самые ближайшие, уже даже не месяцы, а недели очень интересные события, что внутри страны, что в Соединённых Штатах Америки. И вызваны эти события, ещё раз повторю, не военными действиями, то есть не внешним воздействием, не каким-то заговором, то есть внутренним воздействием, они вызваны объективными обстоятельствами непреодолимой силы, которые требуют принципиальных изменений в политике.
Вот такая вот история. Спасибо. Благодарю за внимание.
