Расшифровка интервью: "Доллар, Трамп, пузырь и ИИ"
Михаил Хазин в программе Алексея Мамонтова
Ведущий (Алексей Мамонтов): Добрый день, уважаемая аудитория нашего YouTube-канала "Найди Мамонта". Напомню, это проект, который совместно ведёт наша ассоциация и финансовый портал Финверсия. Наш сегодняшний гость в программе — Михаил Хазин, известный блогер, социолог, человек, который заслужил право говорить вполне независимо. Я думаю, это не многим сейчас дано, а мысли и суждения которого всегда интересны. Привет, Миша.
Михаил Хазин: Я уж точно не социолог. И вряд ли меня можно назвать блогером. Нет, я экономист. Экономист, причём автор монографий, книг.
Мамонтов: Последнее время только и слышно: Трамп, Трамп, Трамп... Разные суждения у меня на канале — одни называют его голливудским героем, другие говорят о выдающихся результатах, достигнутых за считанные месяцы. Как ты считаешь, движение Трампа в сторону прогресса во внутренней и внешней политике достигает результатов?
Хазин: Понимаешь, для того чтобы это сформулировать, надо сначала понять две вещи. Первое — что он хочет, не хочет ли он катастрофы и привести нас в пропасть, всех сбросить.
Есть замечательный анекдот про то, как приходит человек к директору цирка и говорит: "У меня есть такой номер. Мы поднимаем под купол цирка содержимое выгребной ямы, а потом её бросаем, и она шмякается об арену, заливает всех. И тут выхожу я в белом фраке". Вот это трамповский стиль.
Трамп — это не человек. Трамп — это проект.
Я об этом говорил ещё 5 ноября 2014 года на Дартманской конференции в городе Дейтоне, штат Огайо. Результаты промежуточных выборов в США 4 ноября 2014 года чётко показали, что американским гражданам не нравится сценарий спасения мировой долларовой системы ценой разрушения экономики США. Они хотели бы восстановление экономики США, реального сектора, даже ценой ликвидации мировой долларовой системы.
Трамп пришёл в 2016 году. Лозунг "Сделаем Америку снова великой" — это лозунг восстановления реального сектора американской экономики, чтобы Америка делала самолёты, корабли и всё остальное.
Хазин: Что-то они сделали — количество космических запусков, которые сейчас делают американцы, запредельно велико по сравнению со всеми остальными. А вот с корабликами большие проблемы. И самое главное — проблемы с реальным сектором. Он продолжает сокращаться.
Когда Трамп начал в 2016 году, я говорил, что у него ничего не получится, если он пытается сохранить мировую долларовую систему. Это просто невозможно.
На прошлой неделе он почти победил. Он не просто заставил ФРС снизить ставку — он заставил всех единогласно за это проголосовать, включая мадам Кук.
Мамонтов: Они фактически манипулируют экономической статистикой...
Хазин: Все статистики делают это. Все, вообще все. Особенно если их правильно подчинить. Вот как у нас подчинили Росстат Министерству экономического развития — и сразу цифры экономического роста поднялись в небеса.
Я хорошо помню, как в 1994 году первый замминистра экономики орал на руководителя Госкомстата: "Я уже доложил в правительство, что у нас 0,2%, а ты пишешь 0,5%. Два часа тебе на то, чтобы исправить!"
Конкретные цифры по США:
- В марте 2024 года сотрудники Федерального резервного банка Филадельфии сообщили, что Бюро трудовой статистики завысило данные по занятости примерно на 800 тысяч человек
- За последний год "нарисовали" миллион лишних рабочих мест
- Реальная инфляция не 3-4%, а как минимум 8%
Хазин: Когда у тебя сигналы разные — это означает структурный кризис. Экономика сильно отошла от равновесного состояния.
Проблема в том, что ВВП — мировой, американский, европейский, китайский — в равновесном состоянии ниже нынешнего номинального:
- Для США — в три раза
- Для Европы — в два раза
В США в три раза, потому что там дикий навес виртуальных финансовых активов, который вообще ни к чему не имеет отношения.
По искусственному интеллекту: объём продаж компаний растёт в логарифмической зависимости от сделанных инвестиций. То есть для увеличения объёма продаж на 2 миллиарда нужно увеличить инвестиции в два раза — это триллионы! Все понимают, что это несовместимо с жизнью, но остановить нельзя, потому что будет "ужас, ужас, ужас".
Мамонтов: Трампу удалось создать финансовое пространство в 12 триллионов за счёт вложений в криптовалюты. Он создал новую эмиссию — криптоэмиссию?
Хазин: Так, так. Как бывший ответственный секретарь правительственной комиссии по борьбе с неучтённым наличным денежным обращением, я тебе скажу: нет ничего вреднее для денежного обращения, чем разрешить оборот суррогатов. А Трамп разрешил не только оборот, но и эмиссию.
Почему никто не вкладывается в реальный сектор?
Если ты вложил 10 миллиардов в строительство завода, то 8 лет строится завод, потом он постепенно выходит на проектную мощность, и только потом идёт прибыль — полтора процента в год. За это время ты мог бы вложить деньги в фонд и получать 8% в год.
Трамп говорит: "Я напечатаю денег и дам тебе. Вкладывай в реальный сектор". Но ты вызываешь McKinsey или BCG, которые говорят: "Мы напишем бумагу, как оптимизировать вложения, чтобы сэкономить 3%. За это дашь нам полпроцента от 10 миллиардов. Писать будем 8 месяцев". А все эти 8 месяцев ты 10 миллиардов крутишь на бирже.
Пока существует мировая долларовая система с печатанием денег, никакой идиот не будет вкладываться в реальный сектор.
Хазин: Ты с искусственным интеллектом связывался? Он меня всё время раздражает.
Масштаб воздействия искусственного интеллекта — это замена пишущей машинки на компьютер. С точки зрения писателя компьютер гениален — один раз написал, потом можно долго править. С точки зрения барышень, работающих на пишущих машинках, это плохо — исчезли рабочие места. Но с точки зрения экономики это пшик.
Я в молодости писал работы по биохимии — оценка третичной структуры белка по спектру кругового дихроизма. Типичная задача в многомерном пространстве определить границы кластеров. Искусственный интеллект такую работу сделает быстро и без проблем.
Но искусственный интеллект — это обработка больших баз данных. И всё. Он действительно даёт эффект — например, у нас лучше всех в мире читают рентгеновские снимки, потому что настроили системы обработки. Но это не какое-то сумасшедшее достижение.
Страшная тайна: считать движение молекул не научились до сих пор. Искусственный интеллект мозги не заменяет.
Мамонтов: Возникает ощущение, что Трамп не освободил экономику от финансового капитала, а наоборот нагружает её дополнительно огромным сегментом спекулятивного капитала в виде криптовалют.
Хазин: Всё очень просто.
Доля финансового сектора в прибылях:
- До 1914 года (ФРС была создана в конце 1913 года) — 5% (нормальная посредническая доля)
- Сегодня — больше 70%
- К ней добавится ещё 12 триллионов криптовалют
Когда у мировой элиты 70%, ты покупаешь кого угодно. Она рулит исходя из своих интересов. Но уже стало понятно, что она не в состоянии — из 70% нельзя сделать 140%, больше 100% не бывает.
Система устроена так, что должна непрерывно расти (проценты же!). Если расти не может — начинается кризис. Он и начался. В рамках этого кризиса система должна рухнуть.
Финансисты больше всего боятся бонапартизма — пришёл бы Наполеон, в каждый банк направил роту и всё национализировал.
Сегодня именно тот момент, когда сыпется вся система, потому что у неё ресурсов больше нет. Задача Трампа — чтобы кризис был хотя бы минимально управляемым, потому что финансисты не умеют управлять реальностью.
Хазин: Почему на прошлой неделе все члены комитета ФРС проголосовали за снижение ставки? Потому что произошёл сговор.
Когда этот важный для Трампа вопрос решался, он поехал в Лондон. Вывод: там он и договорился.
Евроатлантические элиты, противостоящие Трампу, состоят из трёх частей:
- Уолл-стрит — всю жизнь контролировал ФРС
- Лондонский Сити — всегда был против, вставлял палки в колёса
- Европейский политикум в Брюсселе — самая слабая группа
После прихода Трампа Уолл-стрит ослаб, и рулить в евроатлантической группе стал Лондон.
Возможная сделка:
Лондон Трампу: "Мы снимаем защиту с руководства ФРС. Одни уолл-стритовцы против тебя не потянут. Ты перехватываешь контроль над ФРС, но в обмен отдаёшь нам контроль над Евросоюзом. Денег Евросоюзу больше не даёшь — только нам".
Последствия сразу после "сделки":
- Поляки перекрыли китайский транзит в Евросоюз
- Начались проблемы с аэропортами
- Европейские страны начали признавать Палестину
Признание Палестины означает войну на Ближнем Востоке, а война на Ближнем Востоке — высокие цены на нефть.
Мамонтов: Угроза глобальной безопасности растёт из-за бушующего финансового капитала?
Хазин: Ядерного конфликта не будет. Я подозреваю, что израильская бомба уже под контролем американцев — ровно для того, чтобы не дай бог... У англичан американцы давно отобрали бомбу. В Америке этим занимаются специально обученные военные, которые гораздо более рациональны, чем банкиры.
Наши бомбы мы контролируем. Китайцы тоже не будут бросаться бомбами. Пакистан может, Саудовская Аравия — если Израиль перегнёт палку. Но это их проблемы.
Мамонтов: Трамп — эффективный менеджер с точки зрения внутренней политики?
Хазин: Никакого прорыва в экономике нет. Он оказался неплохим тактическим игроком в условиях растущей нестабильности. Говорить о стратегической успешности невозможно, потому что нет стратегии.
Как в сказке про Илью Муромца: на камне написано "Налево пойдёшь — отымеют, направо пойдёшь — отымеют, прямо пойдёшь — отымеют". Голос с неба: "Илюша, а будешь на месте стоять — два раза отымеют!"
Признаем за Трампом талант человека, который сумел удержаться во власти. Он пристронил демократов, ослабил наркомафию, решил тему криптотехнологий. Мир он изменил радикально. Вопрос: если бы его не было, может, было бы то же самое или даже лучше. Но сегодня мы видим, что это он.
Мамонтов: Спасибо, Миша. Мы не договорили некоторые вещи — обсудим в следующий раз Лондон, Европу и их роль в глобальном конфликте. Это интригующая беседа.
Программа "Экономика и финансы" с Алексеем Мамонтовым — совместный проект каналов Finversia и "Найди Мамонта"