Здравствуйте.
Произошедшие за последние два дня события категорически требуют моего комментария. Хочу сказать сразу: мы с негодованием отметаем глупейшую логику «Путин всё слил». Реакция мировой общественности на объявление о встрече с Трампом на Аляске вызвала такую волну истеричного противодействия со всех сторон, что не остается сомнений – этой встречи ужасно боятся. И боятся ее именно те, кого на ней не будет.
Теперь о выборе места. Аляска – территория, связанная и с Россией, и с США. Это символично. Это не визит младшего к старшему, тем более что уже анонсировано, что следующая встреча пройдет на территории России. Здесь же играют роль два ключевых обстоятельства: безопасность и отсутствие посредников. Думаю, встреча состоится в таком месте, куда подобраться будет крайне сложно. А количество желающих повлиять на переговоры или подслушать их столь велико, что выбор Аляски очень показателен – он выводит диалог из-под контроля третьих сил.
Важно понимать: встреча явно состоялась по инициативе американской стороны. И дело тут не в том, что Трамп хочет Нобелевскую премию мира. Проблема глубже. Есть два вопроса, которые требуют срочного и серьезного обсуждения на самом высоком уровне: ситуация на Ближнем Востоке и стратегические отношения в связке Россия – Китай.
Целый ряд игроков, в первую очередь Великобритания, останутся за бортом и не получат прямой информации о содержании беседы. Если бы встреча проходила, условно, в арабских странах, то есть на традиционной британской периферии, вероятность утечки записи была бы высока. На Аляске этого не будет. А почему они так боятся? Дело в том, что Владимир Путин в некотором смысле значительно более свободен в своих действиях, чем его американский коллега.
Трамп находится в крайне сложной ситуации, его держат со всех сторон. Даже получение объективной информации от российского президента – для него чрезвычайно важный козырь. Сможет ли он потом на что-то повлиять – вопрос сложный, его возможности очень ограничены. Именно поэтому Путин пошел ему навстречу. Что Россия за это получит? Посмотрим. Я далек от мысли, что разбираюсь в текущей ситуации лучше нашего руководства, поэтому с большим нетерпением жду результатов. Причем результаты будут как явные, которые объявят официально, так и неявные, которые проявятся уже потом.
Теперь о другом – о множестве слухов вокруг так называемого мирного договора между Арменией и Азербайджаном, о том, что США взяли под контроль атомную промышленность Армении, и так далее. Давайте скажу прямо: весь этот регион устроен так, что мир и благополучие в нем возможны только под эгидой империи.
Таких империй, способных нести эту функцию, может быть три: Персидская, Османская (в том или ином виде) или Российская. Османская империя в лице нынешнего султана Эрдогана пребывает в крайне сложном состоянии. У меня, если быть откровенным, нет уверенности, что через пять лет Турция будет существовать в нынешнем виде. Это не прогноз краха, а констатация высокой вероятности. Экономически там полная безнадега. Собрать под своей рукой новый «Великий Туран» невозможно – для этого нужны колоссальные деньги, которых у Турции нет и не будет. Они могут сеять хаос в соседних странах, но построить устойчивую империю – нет.
Персидская империя (Иран) тоже в сложном состоянии, и у нее есть куда более важные и адекватные направления экспансии, например, побережье Персидского залива. Лезть на север им незачем и не с чем. Таким образом, то, что происходит в Закавказье сегодня, – это преддверие большой региональной войны. Но войны не между странами, а между множеством групп, нечто вроде «гуляй-поля» по украинскому образцу 1918-1919 годов. Итогом может стать, например, возникновение государства курдов – не на территории Армении, но кусок Нахичевани они могут оттяпать, как и часть Турции. Вероятностных сценариев там слишком много, чтобы что-то предсказывать точно.
В этом регионе пыталась командовать Великобритания, и мы видим, насколько «качественно» у них это вышло и с Пашиняном, и с Алиевым. Но действия США однозначно показывают, что реальный контроль Лондона очень слаб. А раз он слаб, то вероятность хаоса катастрофически велика. И я не понимаю, кто его может остановить. Россия в ближайшее время туда не пойдет – заниматься этим безобразием нам совершенно не интересно.
Теперь вернусь к встрече с Трампом. Кто-то считает, что Трамп, желая Нобелевскую премию, будет выкручивать Путину руки, чтобы тот заключил перемирие на Украине. Тут принципиально важный момент: поскольку режим Зеленского управляется из Лондона, то сам факт, что Трамп увел встречу из-под потенциального контроля британцев, говорит о том, что он не собирается идти у этого режима на поводу.
Зеленский уже заявил, что никакой торговли территориями не будет и что война продолжится до победного конца. Что с этим будет делать Трамп – его дело. Общая же логика абсолютно банальна: при существующем на Украине режиме никакие договорённости невозможны. А менять режим – значит, полностью ломать существующую модель управления украинским государством. Альтернативной модели на сегодня не существует.
Не вызывает сомнений, что и у Трампа, и у Путина есть свои соображения на этот счет. У Трампа, возможно, какие-то виртуальные конструкции, у Путина – точно конкретные. И они могут это обсуждать там, на Аляске. Больше это обсуждать некому – у других игроков просто нет реальных рычагов. Трамп уже показал, что, может, он и не в состоянии навязать свою волю всем, но сломать виртуальные конструкции, которые строили Великобритания, Турция и другие, – он может легко. Это ярко показала история с Арменией и Азербайджаном.
С учетом потенциальных договоренностей с Пекином, для Трампа сейчас принципиально важно выстроить хоть какую-то управляемую систему вокруг США. Именно поэтому мы с нетерпением ждем этой встречи. Но при этом нужно понимать: сегодня никто не в состоянии реально управлять такими большими и проблемными территориями в одиночку – ни Украиной, ни Ближним Востоком, ни Закавказьем. Без создания устойчивых коалиций ничего хорошего не получится.
Спасибо за внимание.
Статья подготовлена на основе расшифровки видеоинтервью.