Доброе утро.
Все понимают, что главный экономический враг США — это Китай. Логично было бы ожидать внятной стратегии против него. Но беда в том, что его тарифная война не запускает главный процесс — инвестиции в американскую промышленность. В итоге пошлины просто увеличивают стоимость товаров для американцев, то есть падает уровень жизни населения. Экономика США и так ухудшается, безработица растет, а Трамп своими действиями усугубляет ситуацию. Спрашивается — зачем?
У меня складывается впечатление, что он запутался в деталях. Каждый его отдельный шаг можно как-то объяснить и даже найти для него разумную схему. Но беда в том, что эти схемы друг другу противоречат. Возьмем геополитику. Если ты собираешься давить на Китай, тебе нужно брать в союзники Индию. А он что делает? Обрушивает на нее пошлины! Кто-то скажет, что он давит на всех членов БРИКС. Но чем ему не угодил БРИКС? Это же не военный блок, а просто объединение стран, у которых есть свое мнение о долларовой системе. Может, лучше заняться самой системой?
Его стиль общения только усугубляет ситуацию. Есть два способа скрыть свои мысли: молчать или говорить чрезвычайно много и противоречиво. Трамп выбрал второй. Он может за полминуты выдать четыре взаимоисключающих тезиса, а потом заявить, что будет ходить кругами. И каждый журналист потом выхватывает удобную ему цитату. В итоге общая картина выглядит диковато.
На этом фоне очень показателен визит спецпредставителя Трампа Уиткофа в Москву. Я не знаю, о чем они там говорили — это могут быть спекуляции, например, про возможную атаку Израиля на Иран. Но важен сам факт: в то время как в Брюсселе продолжают русофобскую риторику, представитель Белого дома демонстративно гуляет по парку «Зарядье» и ведет переговоры с людьми, назначенными Путиным. Это четкий сигнал: переговоры с Москвой ведутся, и это устраивает обе стороны.
Кстати, подобные аппаратные сигналы есть и у нас внутри страны. Взять, к примеру, встречу Мишустина с Чемизовым, где премьер, мягко говоря, «троллил» последнего. Для обывателя это ничего не значит, но в аппаратной кухне это демонстрация изменения статусов. Это такой же важный сигнал для своих, как и прогулка Уиткофа для внешнего мира.
Все это говорит об одном: идет очень сложная и динамичная игра с множеством участников. И темп этой игры нарастает из-за серьезного экономического кризиса, который ослабляет ресурсы разных властных группировок — и в России, и в мире.
И здесь, мне кажется, кроется ключ к пониманию Трампа. Он, как и Ленин с Брестским миром, может исходить из логики: «Наплевать, что я говорю сегодня. Если через три месяца случится обвал, все эти слова и обязательства ничего не будут значить». Его задача — выжить здесь и сейчас, а потом всё можно будет денонсировать или переиграть. Поэтому он так легко раздает обещания и угрозы — это его способ давления. Он ждет, что страны испугаются и пойдут на уступки. Как, например, Вьетнам.
Проблема в том, что никто, включая, возможно, его самого, не понимает, что будет после точки хаоса, к которой мы приближаемся. У него тоже, образно говоря, «август». Но он играет в эту игру, понимая, что его слова не имеют долгосрочного веса, а многие его оппоненты — нет. Что, впрочем, дает ему некоторое преимущество.
Что касается Евросоюза, то с ним другая история. Его встреча с фон дер Ляйен — это не экономический, а политический успех. Он выкинул из Брюсселя Лондон и Пекин. Так что, как бы над ним ни смеялись, определенного результата он добился.
А несчастная Индия… Она сейчас — заложник этой непредсказуемой стратегии, которая может быть пересмотрена в любой момент. Ждет, обнулятся ли обязательства через три месяца или нет. Как и все остальное.
Статья подготовлена на основе расшифровки видеоинтервью.