Сегодня я хочу поговорить не о Восточном экономическом форуме – это промоакция, рекламное мероприятие, подчиняющееся совершенно другим правилам, нежели экономический анализ. Поговорим о том, что действительно важно – о будущем экономической модели нашего мира.
Старая система исчерпала себя
Вся современная жизнь любой страны – России, Китая, США, Евросоюза, Индии – проходит в рамках старой финансово-экономической модели. Её можно назвать Бреттон-Вудской в рейгановском изводе. Суть её в колоссальной накачке совокупного спроса, но проблема в том, что накачивать становится всё сложнее – деньги взять неоткуда.
Когда на каждом следующем шаге вы должны дать денег больше, чем производит экономика, появляются лишние деньги, которые нужно стерилизовать. Главный стерилизационный механизм США – финансовые рынки, где инфляция идёт в полном объёме, только считается она по "положительным симптомам" – растёт капитализация финансовых активов опережающими темпами.
В результате исчезает реальный сектор, растёт инфляция. Механизмы разрушения этой системы я описывал в предыдущих передачах, сейчас важнее понять – что будет дальше?
Невозможность создания альтернативы "снизу"
Пока старой системы нет, новую создать нельзя – она просто умрёт. Представьте: придумали крестьяне способ получать урожай дешевле других. Поедут на рынок – перекупщики всё скупят по заниженным ценам и продадут по той же цене, что остальное. Этих крестьян с дешёвыми ценами на рынок не пустят.
Расширять производство тоже будет проблематично – прибыль получают посредники, а не производители. Создать альтернативную экономическую систему снизу практически невозможно.
Новые ростки пробиваются двумя способами: либо когда старая система полностью разрушена (но тогда резко падает уровень жизни), либо когда это происходит сверху. Это принципиальный очень важный момент.
Исторические параллели и текущие вызовы
То, что мы описывали в книге "Лестница в небо" и "Кризис и власть" – споры в политбюро 1927-28 годов о принятии программы индустриализации и коллективизации – имеет прямое отношение к сегодняшней ситуации. Тогда СССР вышел на нормальные темпы роста для капиталистической страны, сравнимые с Англией и Францией, но промышленности не было.
Как говорил Сталин: "Либо у нас есть 10 лет, или нас сомнут". И сталинская группа этот план реализовала. Но сегодня что делать, когда крестьян нет? У меня даже есть шутка: предлагаю во всех банках и инвестиционных компаниях открыть курсы экскаваторщиков и сварщиков – люди потом не пожалеют, зарплата там будет выше операционистской.
Ключевые различия между странами
Если рассмотреть страны, играющие принципиальную роль – тройку политическую и экономическую (Си, Путин, Моди), то мы увидим принципиальное отличие России и Индии от США и Китая по уровню жизни населения.
В США и Китае уровень жизни поддерживается сильными внеэкономическими факторами: в США – эмиссией доллара, в Китае – экспортом (той же эмиссией доллара). В России этого нет. У нас реально достаточно низкий уровень жизни по сравнению с Западом, и теоретически существует возможность развития за счёт внутренних инвестиций.
Именно поэтому либеральные элитные группы в России выпрыгивают из штанов, чтобы инвестиций не было – сначала был вывод всех денег на Запад, сейчас запредельно высокие ставки.
Признание необходимости альтернативы
Альтернатива монополии всегда приходит в два этапа. Сейчас только начался первый – публичное признание, что альтернативу нужно искать. Это очень сильное и яркое действо, потому что вся экономическая наука последних десятилетий, два поколения экономистов говорили одно: рынок всё порешает, главное – иностранные инвестиции.
В Китае несколько человек – Си, Путин и Моди – договорились о том, что может существовать альтернативная экономическая модель. Это прорыв, это окончание монополии.
Разумеется, это не улучшит наши либеральные экономические вузы, не изменит профессоров, хотя они легко перекрасятся – как профессора всегда и делают. Но у них проблема: они не знают, что говорить. Когда люди десятилетиями занимаются фикцией, интеллектуальный потенциал сильно ослабляется.
Проблема интеллектуальной деградации
Не может такого быть, что человек 20 лет объяснял, что красное – это зелёное, и вдруг неожиданно после этого ему надо объяснить всё про радугу, про цветовую гамму. Он не может. Это известная история – если человек очень долго заставляется говорить не то, что думает, талант исчезает.
Я очень хорошо помню воспоминание Бальзака, который, когда пришёл из армии, решил стать писателем. Он приказал себе каждый день писать 30 страниц. Сначала мог закончить посреди предложения, даже посреди слова – урок выполнен. Потом уже не мог остановиться. Настоящий писатель не может перестать писать, настоящий экономист не может перестать думать об экономике.
Необходимость создания критической массы
Невозможно разговаривать о чём-то новом, если вы это не проговорили. Часто нужно проговаривать месяцами и годами. Я хорошо помню, как мы с Олегом Григорьевым и большой группой людей создавали современную экономическую теорию в рамках Ассоциации политических экспертов и консультантов.
Наши споры позволяли отрабатывать терминологию и суть. Конфликты с Олегом имели методологическое основание: он пытался новые мысли загнать в прокрустово ложе старой терминологии, а я говорил – зачем? Под этим нет логики и смысла.
Сегодня те разговоры, которые мы вели в 2010-е годы, не проведены даже на государственном уровне. Все люди, занимающие должности, говорят на старом языке, на котором невозможно описать происходящее.
Я помню, как в начале 2000-х меня обвиняли в том, что не существует термина "структурный кризис" в экономической науке. Сегодня этот термин уже существует, хотя применяется по-разному.
Задача создания альтернативной повестки
Для рационального построения новой экономической модели необходимо появление критического количества людей, которые более-менее одинаково и в единых терминах обсуждают происходящее. Учёные и управленцы – разные люди с разным подходом к жизни и темпераментом.
Нам необходимо создавать места, где можно обсуждать альтернативную экономическую повестку. Это наиболее важная задача. Сначала интеллектуальные посиделки, потом к ним присоединяются чиновники и студенты, дальше выход в публичное поле – сайты, форумы, газеты, журналы.
Разумеется, это вызовет сильное противодействие, поскольку финансирование идёт через коммерческие структуры, получающие деньги от эмиссионного центра доллара. Нужны альтернативные источники денег.
Отсутствие кадров с советским образованием
В 2000-е в России была критическая масса альтернативно мыслящих людей с советским образованием, проходивших политэкономию. Сегодня таких людей нет – большинство на пенсии или умерли. Значительная часть участников аспековских обсуждений уже ушли из жизни.
Нужны новые люди, но их нет. Есть мои каналы, сайт khazin.ru, книжки, но этого критически мало из-за отсутствия публичного обсуждения.
Неизбежность разрушения старой модели
Никто не понимает базовую проблему: независимо от поведения лидеров любых стран, Бреттон-Вудская экономическая модель будет разрушаться неминуемо. Выстраивать стратегические планы в расчёте на эту модель бессмысленно.
Времени остаётся всё меньше. Поэтому я значительно меньше волнуюсь по поводу военных приготовлений Западной Европы – ресурсов под эту модель уже не будет, жизнь будет сильно меняться в лучшую сторону для нас.
Произошёл колоссальный раскол британской элиты, аналогичные процессы будут в США, Китае и у нас. Вопрос один: придумайте что-нибудь. Либеральные команды, имеющие монополию на финансово-экономическое знание, ничего придумать не могут.
Наше преимущество и перспективы
Мы единственная страна, в которой есть альтернативная экономическая теория. Она развивается уже 25 лет, и люди, которые её развивают, имеют опыт государственного управления. В этом смысле мы можем эту тему подхватить.
Я подозреваю, что уже имеется большой интерес к нашим разработкам у тех, кто принимает политические решения. Они понимают, что купить нас нельзя, и если бы у нас было желание уехать, мы бы это уже давно сделали.
Этапы создания новой модели
На первом этапе будут попытки создать группы под руководством либералов – у них ничего не получится. Способные самостоятельно высказывать идеи люди туда не пойдут.
После этого полтора-два года уйдёт на создание критической массы людей, думающих в одном направлении. Среди них будут молодые и пожилые чиновники с советским опытом, бывшие предприниматели, разорившиеся в результате экономических катаклизмов.
Временные рамки и реалистичные ожидания
У нас сейчас не 1998 год, когда Геращенко исправил всё за 3 месяца. Сегодня это не получится. Придётся с большим трудом выбираться из ситуации, в которую влипли.
Процесс выхода будет медленным. Невозможно выйти из тяжёлого кризиса без критической массы людей, видящих мир альтернативно. Перейти к ситуации роста в нашей стране можно за пару лет, но делать новую экономическую модель понадобится ещё 2-3 года. Выйти на уровень серьёзного роста, как в начале 2000-х, удастся только лет через пять.
Китайцы приедут к нам учиться – тут у меня вопросов нет. То, что мы им расскажем, они перелопатят по-другому, но база будет наша. А что будут делать в Западной Европе и США, представить не могу.
Кризис оказался настолько глубоким – не столько экономический, сколько интеллектуально-философский – что для его преодоления прежде всего нужно вырастить новых людей. Мне кажется, это на сегодня самая главная задача, поскольку в этом месте мы впереди планеты всей на много десятилетий.
Заключение
Начавшаяся трансформация мировой экономической системы представляет собой сложный и противоречивый процесс. Мы обладаем уникальным преимуществом – развитой альтернативной экономической теорией, но реализация этого преимущества потребует создания критической массы людей, способных мыслить в новых категориях.
Отрыв, который мы имеем перед другими странами, составляет не 2-3 года, как советская космонавтика обогнала американскую, а значительно больше. Его безусловно нужно использовать, но делать это придётся терпеливо и методично, понимая всю глубину стоящих перед нами задач.